Екатерина Боброва – Стихийница. Совенок 7 (страница 8)

С этими словами ее оставили одну. Оля растерянно огляделась. Снежок неодобрительно шевелил ушами, косясь на чужаков красными глазами.

Не съедят, – решила Оля и зашагала в указанном направлении.

– Эй, мелкий, – окликнули ее через пару шагов. – Новенький? Упырь привел?

И троица парней двинулась наперехват.

– А это кто? – удивился один из парней, заметив Снежка у нее на руках. – Что за зверь?

– Кроликов никогда не видел? – пренебрежительно бросил второй, цепко оглядывая новичка. – У нас, в Розмандии, таких целые поля. Только покрупнее и окрас серый.

– Звать как? – уточнил третий. Самый опасный. Стоял он, засунув руки в карманы брюк. На лице застыло скучающее выражение. И парень явно был не прочь развлечься.

– Пепел, – хрипло – голос от волнения сбоил – выдавила из себя Оля, уже понимая, что до столовой она сегодня нормально не дойдет. Интересно, как тут за драки наказывают, потому как они со Снежком собрались драться. Кролик напрягся, ощерил зубы. Он еще пытался намекнуть на какую-то волну, которой можно по мозгам дать, но Оля не могла вспомнить, как ее сделать.

– Зверя дай подержать, – один из парней протянул руку, и тут же с криком отдернул – на пальце отпечаталась пара острых зубов, быстро налившихся кровью.

– Ах ты гад! – замахнулся он на Снежка. Оля увернулась, приготовившись ударить – жар уже просился наружу, но тут из-за колонны к ним шагнул еще один парень. Встал между ней и остальными, и Оля уткнулась взглядом в его спину. Форменный китель парень снял и был в одной черной рубашке.

– Делать нечего к девчонке цепляться? Или давно в подвале не сидели? – уточнил он, складывая руки на груди.

– Девчонке? – взвизгнул пострадавший, слизывая сочившуюся из глубоких ранок кровь.

– Ослеп? Или помочь зрение улучшить?

Напряжение, сгустившись, повисло в коридоре. Их скандал привлек внимание, и вокруг начал собираться народ.

Но стоять вот так за спиной было неловко. Да и парень один против троих…

– Может он плохо видит и мне ближе подойти? – спросила Оля, обходя своего защитника и вставая рядом. Тот повернул голову, удивленно вскинул брови. Оглядел озадаченно.

– Спину прикрою, – доверительно прошептала ему Оля. И парень неожиданно расхохотался.

– Ну, мелочь… Даешь. Спину она мне прикроет! Ты мне до груди даже не достаешь.

– А я прыгучая и верткая, – горячо заверила его девочка. Парень ей понравился. Темноволосый. Глаза черные. Веселые.

– Смотри, Ветер, какой у тебя защитник появился, – хохотнул кто-то из толпы, – тебе теперь даже наставник Хе не страшен.

– Да ну вас, темные, – отмахнулся парень и потянул девочку за плечо. – Идем, провожу, а то кто-нибудь еще прицепится. Луча теперь бойся. Он злопамятный. И за кроликом смотри. Залезет куда не следует – таширы сожрут.

ГЛАВА 4

– А кто такие таширы?

Они неспешно шли по открытой галерее, обрамлявшую внутренний двор школы. Спину девочки щекотали любопытные взгляды.

– Таширы – стражи школы. Оживленные, – Ветер охотно отвечал на ее вопросы. – Охраняют территорию по ночам и следят за порядком. Здесь есть несколько закрытых зон. Туда и днем нельзя ходить. Воспитатели потом покажут. Если честно, впервые кому-то разрешили притащить с собой питомца, – и парень озадаченно покачал головой, потом спросил: – Упырь уже дал тебе имя?

– Пепел, – отозвалась девочка.

– Повезло. Видать, настроение хорошее было. Мог и похуже чем назвать. У нас и Тыква есть и Стекло, и даже Дырка.

Они поднялись по ступеням вверх, вошли в просторную анфиладу, и Оля восхищенно закрутила головой. Стены коридора были увешаны часами разной формы, расцветки. Встречались как совсем простые, так и со сложным узором, были даже со странными животными наверху. Только вместо времени на циферблатах стояли занятия, уроки, у кого-то красным горели надписи, намекая, что это наказание.

– Впечатляет, да? – улыбнулся Ветер, довольный ее реакцией. – Это следилки с расписанием. У каждого ученика своя собственная. Когда тебя внесут в списки, не забудь проверить часы. И почаще с ними сверяйся. За опоздания здесь наказывают.

Дверь в столовую обнаружилась аккурат за стеной с часами и охраняли ее две темно-серые статуи животных: вытянутые морды, длинные уши, мощные лапы.

Привычный к ним Ветер прошел, не заметив, а вот она задержалась и подскочила в испуге, когда правая статуя вдруг дернула носом. А потом алый язык скользнул, облизываясь, по зубам. Девочка поспешно рванула за провожатым. Рядом с Ветром было спокойнее.

В столовой их встретила высокая сухопарая женщина. Ее темные волосы были забраны наверх, перевязаны бархатной лентой в плотный пучок и зализаны так, что ни один волосок не торчал наружу. На длинном лице нашли свой отпечаток прожитые годы, а слишком выдающийся нос делал хозяйку похожей на птицу.

При виде парня тонкие брови женщины неодобрительно взметнулись вверх.

– Ветер, только не говори, что проголодался!

– Никак нет, госпожа управительница, – бодро отрапортовал парень, вытягиваясь по струнке, – я привел к вам новенькую. Пепел, – и он подтолкнул девочку вперед.

Взгляд серых глаз цепко впился в Олю. Потом скользнул ниже.

– А это что такое? – с брезгливым потрясением уточнила женщина, указывая на Снежка.

– Господин директор разрешил взять его с собой, – девочка притиснула кролика к груди, и тот полузадушено пискнул.

Управительница глянула так, что стало ясно – обоим не жить.

– Я сам видел – они вместе пришли, – снова влез Ветер, явно поставив себе цель собрать как можно больше неприятностей за сегодня.

Во взгляде женщины промелькнули сомнения напополам с раздражением.

– Допустим, – она склонила голову. Прошлась рукой, отряхивая невидимую пылинку с длинной темно-зеленой юбки. – Я уточню у господина директора завтра утром. Пока можете остаться, – и подчеркнула: – Оба.

Оля незаметно перевела дыхание, разжимая стиснутые пальцы.

– Идем, – позвала женщина. Оля помахала на прощанье Ветру, поймала его улыбку и с легким сердцем пошла за управительницей.

– Меня зовут госпожа Лирьяра Горра. Зови меня госпожа Горра или управительница, – тепла в голосе женщины не прибавилось. Оля представила, какому по счету ученику она это говорит и поняла, что требовать участия к каждому невозможно. – Сейчас я покажу тебе комнату. Сегодня уже поздно для правил. Так что переживи эту ночь и завтра поговорим.

И было непонятно – шутит она или всерьез.

Еще этот коридор… Старый, темный, с рассохшимися кое-где деревянными панелями и странным, тусклым светом от стеклянных колб.

– Тебе повезло. Девочек в этому году не набрали в твой класс, будешь одна.

Оля посмотрела с недоумением. Что хорошего в том, чтобы учиться одной среди мальчишек?!

– Жить в комнате одна будешь, – пояснила госпожа Горра, заметив ее недоумение.

Они поднимались по скрипучей лестнице на третий этаж. И снова статуи. На этот раз в углах на лестничных площадках. Лохматые животные с квадратными мордами стояли на задних лапах и выглядели изготовившимися к атаке.

Оля на всякий случай обошла их стороной.

– С соседками по этажу потом познакомишься. Сегодня тебе лучше никуда не ходить, – предупредила женщина, открывая первую на третьем этаже дверь. Щелкнула пальцами, и под потолком зажегся свет.

Оля заинтересовано огляделась. Шесть кроватей. Столы в центре, сдвинутые вместе. Какой-то мусор по углам. Стены, выкрашенные в грязно-розовый. Нет, когда-то он был нежно-розовый, но теперь просто грязным. Паутина в углах.

– Комнату в порядок привести. Стены отмыть, мусор убрать, – в голосе женщины появились устало-стальные нотки. – Срок три дня. Проверю. Старшая на этаже Родник. К ней обратишься за ведром и тряпками. Магию не применять. Паука видишь? – и она ткнула пальцем на что-то маленькое и мохнатое в углу. – Он питается силой. Будешь магичить – вырастет и сожрет. Поняла?

Оля не поняла. Она вообще имела смутное представление о том, кто такой паук, но не верить причин у нее не было, так что она кивнула.

– Хорошо, – равнодушно похвалила ее управительница. – За той дверью – ванная комната. Белье возьмешь в шкафу. Там же висит форма. Оденешь завтра утром. А теперь спать. Живо.

И она легонько хлопнула по стене, приглушив свет – наверху остался гореть слабый огонек, и комната сразу стала в два раза больше и страшнее.

Хлопнула дверь – Оля осталась одна. Она положила кролика на пол, и тот заскакал по комнате, обнюхиваясь и осматриваясь. Сняла с плеча сумку.

Полотняную сумку ей выдала Гейра. Она же разрешила набрать сухой травы для кролика, дала пару яблок, морковки и подарила букварь. С ним, уча буквы, девочка и просидела целый день. Так что был шанс, что завтра утром она сможет кое-как прочитать расписание на часах.

Первым делом Оля устроила лежанку для кролика, вытащив из шкафа забытую там коробку. Как временное решение пойдет, дальше надо будет что-нибудь придумать. Затем наведалась в ванную комнату. Вздохнула при виде грязи и запустении. Три дня? Она и за неделю тут не управится. Достала из шкафа чистое постельное белье. Там же нашелся смешной комплект, состоящий из штанов по колено и длинной рубашки. Нежно-голубой цвет в горошек намекал, что в этом надо спать.

Свет выключать было боязно. Взгляд то и дело возвращался к углу, где засел страшный паук, жрущий магию. Но Снежок, обскакав территорию, заверил, что поводов для тревоги нет.