Екатерина Боброва – Некромантами не рождаются (страница 35)
— Корабль вашего батюшки? — уточнил он, хотя ответ был и так очевиден.
— Именно его, — донеслось из-за россыпи скал громко на такийском, — дергаться не советую. У нас есть, чем вас удивить, даже в этом проклятом месте. Идите на берег, капитан желает с вами поговорить.
От второго корабля отчалила узкая лодка, гребцы налегли на весла, и она понеслась, взрезая волны, к берегу.
— Кто это? — полюбопытствовал Кельс, озираясь. В чем главе нельзя было отказать, так это в чутье на неприятности.
— Друзья, — бесстрастным тоном ответил Харт, мысленно проклиная упертого такийца. Старый дурак! Боится, что они его дочурку насильно замуж выдадут? Да проще пламя в воду превратить, чем заставить Касмейру сделать что-то против воли.
Но такийцы просто с ума сходили, если речь заходила о дочерях. Для них жена — добытое воровством сокровище, зато дочь — сокровище, рожденное в сердце. Дочерей баловали, берегли, крайне придирчиво отбирая им мужей.
Харт до сих пор не понимал, как Таврис рискнул отпустить дочь в академию Асмаса. Как и то, каким образом Касмейра ухитрилась не просто избежать замужества, но и удрать из дома, еще и добраться до Асмаса. Поразительная женщина. По характеру — настоящий капитан, пусть и без корабля и команды. Самое то для скверного характера некроманта.
— Наши где? — напряженно уточнил Шиль, кладя ладонь на навершие меча.
Берег был пугающе пуст.
— Надеюсь, у них хватило ума не сцепиться с такийцами, — проворчал Харт, представляя последствия. Морской народ хоть и ставил мужскую красоту среди достоинств на первое место, но трусостью никогда не отличался. А уж взять на абордаж чужое судно они могли и с закрытыми глазами.
— Сергей, — Харт чуть отстал, поравнявшись с идущим в задних рядах некромантом, — ты мне доверяешь?
— Допустим, — неопределенно отозвался мужчина.
— Тогда не вмешивайся. Как бы тебя ни пытались спровоцировать — не реагируй.
— Иначе что? — недобро прищурился некромант.
— Если убьешь вон того лысого, что вылез сейчас из лодки, Касмейра сильно расстроится и ты лишишься своего учителя, — ответил Харт, потом скомандовал:
— Всем оставаться на месте.
И зашагал в одиночестве к поджидающим его такийцам.
От группы моряков отделилась и двинулась ему навстречу широкоплечая фигура капитана.
Глава 15
— Где он? — спросил вместо приветствия Таврис, ощупывая взглядом стоявшую в отдалении группу. — Просто укажи — я все сделаю сам. Он у меня здесь, в песке, заживо похоронен будет. Хотя нет. Слишком легкая смерть. Я ему в глотку хищную плесень напихаю, пусть пожирает заживо.
Харт слушал, не перебивая. Человеку нужно выговориться. Со всех парусов сюда мчался. Ночью, небось, и глаз не сомкнул от нетерпения.
За спиной послышалась невнятная возня, и Третий понадеялся, что Шильярд выполнит приказ, не дав Касмейре вмешаться в разговор.
— Или на мачту вместо паруса повешу. Пусть бултыхается, пока не сдохнет.
Таврис мечтательно посмотрел за спину Харту. Подался вперед.
— Прошу выдай его, брат Харт. Ты же сам отец, должен меня понять!
«Твоя дочь тоже будет любить сладкое», — всплыло в памяти, и принц мысленно содрогнулся. Не дай Девятиликий оказаться на месте Тавриса. Он бы точно не стал играться с плесенью или парусами… Сжег бы к жыргхве. Или нет…
— Неужели считаешь свою дочь настолько глупой, что она могла потерять голову от мужчины?
Капитан моргнул, явно не рассматривая иные варианты, прищурился.
— Защищаешь? Слышал он твоя дальняя родня, — голос исполнился подозрением. — Я хоть и уважаю тебя, Третий принц, да и капитан из тебя вышел бы неплохой, но не смей становиться у меня на пути. Не пощажу.
Ишь, приперло, — подумал недовольно Харт. До угроз опустился. Совсем мозги пеплом покрылись.
— Не позволю дочери жизнь испортить и связаться с бездарем. Я ведь ей такого жениха выбрал! Лучшего на острове! — Таврис горестно вздохнул, огладил ладонью выбритый череп. — Сам бы… Тьфу. Ну ты понял. А она?
— А она решила, что тесно ей в клетке. Да найди ей лучшего жениха во всем мире — не удержал бы. Раз позволил вылететь из гнезда, зачем снова запираешь?
— Скажешь тоже, в клетке, — нахмурился Таврис. — А ты предлагаешь стоять в стороне и смотреть, как единственное дитя ломает себе жизнь? Я ведь все для нее. Против воли совета пошел, когда в академию отправил. А что из этого вышло? Позор один! По своей глупости домой вернулась. Две ее подружки уже замужем и всем довольны. Одна в жрицах под присмотром старших женщин — дурость из мозгов вымывает. И только моя…
— Не смирится, — хмыкнул Харт, без всякой жалости глянув на постаревшего за это время капитана. Когда-то он был красив той суровой красотой, от которой веяло силой. Но после смерти любимой жены перестал обращать на внешность внимания. Одичал… и сердцем, и душой. Жил счастьем дочери.
— Вся в тебя, — добавил он, стараясь сдержать ехидство. — Да и не бездарь он больше. Твоя дочурка постаралась. Добила парня. Причем в прямом смысле этого слова. Однако смерти весьма удачно понадобился помощник. Так что мой родственник, которого ты столь жаждешь закопать в песок, единственный некромант на оба материка. В Фаттаре его бы с руками оторвали с таким даром. Да и здесь он самый сильный из нас.
Советовать капитану не нарываться, Харт не стал — не достучишься. Наоборот, еще больше спровоцирует.
— Однако твоя дочь здесь не из-за него.
Брови Тавриса взлетели вверх. Он недоверчиво глянул на Третьего.
— Ей бы корабль, — протянул с намеком Харт.
— Сам об этом много раз думал, — согласился Таврис, — но какая команда под бабу пойдет? А-а-а, — и он огорченно махнул рукой.
— Ты мне бурю не заговаривай, — потребовал он у Харта. — Из-за него она сюда помчалась. Сдаться не хочет, вот и дурит. Придумала себе глубинную любовь. Теперь успокоиться не может. Все мозги плесенью себе выела.
— Сдаться не может, — протянул Третий и добавил с намеком: — Так учебу она не по своей воли бросила.
— Что ты хочешь сказать? — нахмурился капитан. — Что она здесь из-за каких-то книжек? Что парень ее не интересует? Что учиться желает?
— А ты не сомневайся, — осадил его Харт, начиная терять терпение. Вот всегда знал, что у одержимых ревностью отцов пепел вместо мозгов.
— Твоя дочь не дура. Смирись уже, что замуж пока не хочет. И не пойдет. А на Такии ей тесно. Даже вода это понимает, потому и помогла ей сбежать. Касмейра здесь, потому что стихия ей поводок от метки передала. Нам без нее нужного человека не сыскать было.
— Сладко говоришь, — мрачно заметил Таврис, но Харт уловил сомнения в его голосе. — Метка, говоришь? Проверим. Но мертвяк твой тоже здесь?
— Некромант, — поправил Третий.
— Я и говорю — мертвяк, — согласился капитан. — Погоди, если я его утоплю или закопаю — ему ничего не будет? А по мужской части он как? Может? Или там уже все отмерло?
Харт с усилием перевел взгляд на горизонт, выдохнул и погасил рвущийся наружу смех.
— Ты главное, у него об этом не спрашивай, — посоветовал он, переведя дыхание. — А то парень нервный. С даром еще плохо управляется. Полыхнет — мы тебя тут самого похороним. А так… Не знаю. Внешне — чистый пепел.
— Даже так? — повеселел Таврис. Подобрал галун с пляжа. Запустил в воду, тот проскакал, шлепнул раз пять о поверхность воды и ушел под воду.
— Ну раз пепел, пусть живет. Не до девиц ему теперь, раз у него смерть в госпожах. А с дочкой я сам решу, что делать.
И предупредил:
— Не вмешивайся и учебой ей голову не дури.
Потом улыбнулся широко так, светло, как человек, которому отменили смертный приговор:
— Давай без обид, брат Харт? Места здесь плохие. Начнем кормами мериться…
И тут с косогора, прерывая разговор, донеслось истошное:
— Мертвяки!
— Как чувствовал, — пробормотал капитан, вглядываясь в пустынный пока берег. — Вы притащили?
— Нет, — процедил сквозь зубы Харт. — За нами хвоста не было. Может вы?
— Эй, парни, — обернулся он к лодке, — командуйте сход на берег. Тут пассажиров принять требуется. Пусть огоньком только запасутся.
— Может и мы, — согласился капитан, широким шагом направляясь к группе асмасцев. — Когда… Короче, пошумели чуток, ваши нам не очень обрадовались. Ты их не вини, они неплохо держались, просто у меня людей побольше и повзрослее, — хохотнул он, спросив:
— Дети вам зачем? Или у вас больше воевать некому?
— Мы не собирались воевать, — зверея — еще этот его попрекать будет! — рявкнул Харт. — Только разведать обстановку.
Таврис недоверчиво кивнул. Махнул кому-то рукой — и на пляже из-под снятого щита появились сидящие с виноватыми лицами асмасцы вперемешку с офигевшими от нападения фаттарцами. Было их немного — меньше десяти. Остальные, видимо, держали оборону на корабле.