Екатерина Близнина – Тень и её демон (страница 74)

— Вот посмотри, — Волк разрезал ножом рукав мундира мертвого сотника, рванул так, что треск ткани услышали две кошки на противоположной стороне улицы, прыснули в разные стороны. Я разглядела знакомые очертания рисунка на теле. Тату «Человек короля» — как трогательно. А то мы не заметили. Перевела взгляд на Волка, который выглядел вдохновлённым своим открытием.

— И что? — собственный голос ощущался как облачко пара, выдохнутое из лёгких. Невесомый и тающий. Вместе с тем, жаль было потраченных слов, их и так немного осталось, и в каждом — минута жизни.

Волк поднял голову, глядя на меня снизу вверх. А брови, напротив, насупил. Тень при виде этого забавного зрелища фыркнула в жёсткие усы. Я едва заметно улыбнулась. Не стала ждать, пока он подберёт слова, чтобы объяснить свою догадку, потому что у меня были готовы возражения.

— У меня такая же, — пальцы потянулись к горлу, чтобы расстегнуть ворот, но лишь бессмысленно коснулись глухого ворота. Непривычный покрой одежды сбивал с толку, и я не сразу сообразила, почему мне не удаётся нащупать пуговицу. — Это традиция. Думаешь, король силой принуждает людей делать татуировки? Ты ошибаешься. Он даже не знает, что у меня такая есть. Я сделала её когда…

«Впервые убила по его приказу», — эти слова я не произнесла, но они повисли рядом: горькие на вкус, тяжёлые, как задохнувшиеся от долгого хранения меховые вещи. Я почувствовала их затхлый запах и зажала нос ладонью. Стало легче.

Волк порывисто поднялся и вновь сгрёб меня в объятия. Я задержала дыхание, потому что от него пахло лесным пожаром после дождя и мокрой землёй, и от этого сочетания у меня кружилась голова.

— Ничего не бойся, — глухо проговорил убийца, прижимая меня к себе всё сильнее, будто я выскальзывала из его объятий подобно просыпающемуся сквозь пальцы песку. — Я рядом.

«Я знаю», — молча ответила я, но не поняла, зачем он мне об этом сообщает.

— У меня мало времени, — мне стоило большого труда протолкнуть эти слова наружу, потому что из-за неумеренной тяги Волка к объятиям, мое лицо уткнулось ему в грудь ближе к подмышке.

— Да. Идём.

Больше он не отпускал моей руки. Идти стало легче. Я уже не забывала дышать, звуки не оборачивались запахами и наоборот, а картинка перед глазами не трескалась и не расплывалась. Рука Волка была тёплой, почти горячей, и это тепло было таким же умиротворяющим, как тот травяной чай, который Желтоглазый отдал мне в поместье. Дающим силу жить и бороться.

— Думаешь, магистры закрыли тот проход в кустах? — Волк обернулся ко мне, не сбавляя ход.

— Наверняка, — выдохнула я.

— Значит, пройдём через Железноголового, — в ярких глазах зажглась безуминка. Или просто блик так хитро отразился в роговице, что они будто вспыхнули внутренним светом. Я только головой покачала в ответ, но ничего не сказала. Чужак он и есть чужак, что с него возьмёшь.

Я замерла, исподлобья изучая обстановку.

Демон и убийца вознамерились разрушить легенду о неуязвимости Неспящих. Мы сможем прокрасться и сломать стража, возможно, наш подвиг останется в городских легендах, но что потом? Неспящие стояли на страже Академии, хотя в их железных руках не было силы, чтобы держать оружие. Всё, что от них требовалось: оставаться глухими к человеческим эмоциям. И Железноголовые со своей задачей блестяще справлялись. Ни один вор не проскользнул мимо красных глаз за годы беспорочной службы металлических человекоподобных стражей. Но главная защита Академии — вовсе не металлические чурбаны. Разбери их по винтику — и схлопочешь приговор в городском суде, а на территорию, закрытую куполом, всё равно не пройдешь.

Этой ночью всё изменится.

Да, если Новая Надежда короля и впрямь каким-то образом сумеет отключить купол с рассветом, нас некому будет остановить. Но ведь в этом случае вместе с нами гвардейцы войдут на территорию Сияющего квартала и… что будет потом? Перебьют всех жителей? Или сами станут жертвами самоуверенного монарха, допустившего в своих расчётах роковую ошибку? Что если оружия Академии окажется достаточно, чтобы противостоять гвардии?

Я не могла допустить, чтобы план моего жестокого хозяина сработал именно так, как ему нужно. Я сделаю всё иначе. Запретная магия, которая живёт в моей крови — это моя слабость. Она подавляет волю и заставляет меня подчиняться: исподволь, через боль, минуя мысленные барьеры, которые я тщетно воздвигала всю жизнь. Но она же — моя сила, она наделяет меня способностями, которые неподвластны обычному человеку. Я могу использовать эти силы, чтобы устроить по-своему.

Волк вскинул кулак, привлекая внимание, как делают гвардейцы во время охоты на преступников. Жестом указал на группу людей, собравшихся в кучку за зыбким экраном.

— Служба безопасности, — пояснил он и нехорошо улыбнулся своим мыслям, — Все четырнадцать человек, как считаешь?

— Так мало? — не поверила я.

— Терри среди них нет, я уверен, — Волк продолжал скалиться. — Под юбкой хозяйки ему самое место. Если она с самого начала всё это спланировала, то я даже не знаю, на чьей стороне безопаснее играть. Ты что думаешь?

Я промолчала. Волк кивнул тому, как растолковал моё молчание.

— Верно. Никогда не меняй стул во время партии. Удача не любит тех, кто любит пересаживаться.

«Ах вот в чём дело! А я думала, что Создатель просто ненавидит меня, — подумала я сумрачно, — оказывается, это потому что я меняю стулья».

— Если бы в Службе безопасности Академии было больше пятнадцати мундиров, твой король не зашёл так далеко, — наставительно сообщил Волк. — Верховный умник провоцировал задницу на троне, вот и допросился. А всё потому, что он не хотел выпускать своих рабов на свободу. Не дрожи так, Цветочек. Всё на мази. Более или менее.

Как это, когда «на мази» всего лишь «более или менее», мне предстояло узнать в следующие пару минут. Волк объяснил свой план двумя словами: «короче» и «пошли». Пока я так и эдак вертела эту головоломку, Волк уже направился вперёд. Я замешкалась на мгновение, глубоко вздохнула и последовала за ним. Ну вот. Сбылись мои худшие опасения. Волк, как настоящий мужчина, не удосужился обсудить со мной свои планы. Волк, Арри и Рин, даже старый мастер Парриш — какими бы разными не были, их объединяла общая чёрта: они брали решение проблемы на свои плечи, даже в том случае, когда мне было что сказать.

Неспящий безучастно смотрел прямо перед собой. Красные глаза выглядели уже не так впечатляюще на границе утра, как в полночь. Я нагнала Волка и ухватила его за рукав. Заставила остановиться. Кто бы мог подумать, что он вообще на такое способен: идти в заведомо проигрышную атаку. Или он всё же знает, что делает? Если вспомнить, сколь поверхностны его знания о магии, верится в такое с трудом.

— Какой план? Неспящим управляют магистры. Уничтожить его недостаточно.

Жёлтые глаза глядели с весёлым прищуром.

— Никак мы поменялись местами, девочка с ветром в голове? — Волк вдосталь насладился моим вытянутым от изумления лицом и только затем опустил уголки губ. Он и так стоял в тени, но лицо заметно потемнело, когда он перестал веселиться. — Тогда кого мы должны уничтожить, чтобы пройти? — голос тоже изменился, стал грубее и глубже. Стал ещё больше похож на голос убийцы.

— Магический экран, — я перевела взгляд на собственные руки, затянутые в чёрные полуперчатки. Сквозь полупрозрачные обескровленные пальцы была отчётливо видна мостовая. Я втянула сквозь зубы воздух, который пах горькой травой и сжала кулаки. — Вот сейчас я опять верю, что никогда не была человеком. Эта Древняя магия — сильная штука. Питается моей кровью, говоришь? А что, если никакой крови уже не осталось? Кто я в таком случае, если не Тень? Стоит ли жалеть о том, что у меня не получилось ничего исправить?

— К чему ты клонишь? — Волк схватил меня за плечи и порывисто развернул лицом к себе. — Ты человек! Ты незаконная дочь короля. Об этом все знают, спроси у Парриша, у принцессы, да хоть у трусливого магистра! Кому ты поверишь? Мы можем дождаться здесь, когда король включит свою глушилку, когда гвардия пойдет в атаку. Купол точно лопнет, а безопасники нам ничего не сделают. Да нам вообще не обязательно туда идти, наша цель — король.

Я отвела глаза.

— Там живые люди. В Академии. Я должна их предупредить. Пойду сейчас, — неохотно отозвалась я, раздумывая сколько в этом решении моей собственной воли, а сколько принуждения ледяных змеек, выпивших всё тепло в крови. В любом случае, после того как взойдёт солнце, а я не успею украсть кольцо, меня больше не будет. А раз так, нужно поторопиться.

Когда кровь застыла в жилах, а сердце бьётся едва-едва, развоплотиться легче лёгкого. Знала бы пять дней назад, в чём секрет, — ни за что не свернула на эту дорожку. Уж больно короткой она оказалась: я сама не заметила, как покатилась по склону вниз, а там гостеприимно распахнула голодную пасть сама Бездна.

Яркие глаза на смуглом перепачканном кровью и сажей лице расширились от потрясения. Волк пытался удержать меня, зачерпывал воздух руками, а я стояла и просто смотрела на него.

— Тень, не дури, слышишь? Есть другой путь, зачем идти напролом? — он свёл густые брови к переносице.

— Спасибо, что не убил меня: ни тогда, ни после, — сказала я, уверенная, что Волк не сумеет услышать. Призрак, или тень, или ветер — кем бы я ни была сейчас, мои слова человеческое ухо не улавливало. Волк и не услышал. Нахмурился, вглядываясь в моё лицо, будто читал по губам. Ну да, он почему-то мог видеть меня такой. Но я уже не узнаю, почему.