Екатерина Бердичева – Власть пустоты (страница 41)

– Тогда возвращаемся к той части разговора, где я не угрожал, а дружески советовал узнать вкусы той, с кем ты так настойчиво хочешь встретиться вне школьных стен. – Олег положил парню на плечо руку. – Скажу по секрету, у нее на жизнь пока другие планы.

Улыбнувшись подростку, мужчина хлопнул его по плечу и, отвернувшись, пошел догонять брата и сестру Шиловых, уже стоявших у перехода.

– Подождите! – Вдруг крикнул Литвинов, сорвавшись за ним следом. – Правда, Вы все не так поняли! Вы же Танин дядя? Ну… она мне… нравится. По-честному. По-хорошему. И я никогда ее не обижу.

– Я рад. – Искривил губы Олег. – Тогда научись говорить так, чтобы девушка это тоже поняла. Прощай!

– До свидания… Я научусь! – Тихо, но твердо сказал парень.

Дождавшись Олега, брат с сестрой перешли вместе с ним улицу, а потом Димка сунул свою сумку в руки растерявшемуся от его нахальства мужчине.

– Я – в магазин. – Сказал мальчишка. – Только куплю хлеб.

И дернул со всех ног, пока никто не успел остановить.

– Я понесу. – Уцепилась за ручку Таня. – Вот же вредина! Не мог дождаться, чтобы сходить вместе!

– Вообще-то, в холодильнике лежат два батона. – Олег осторожно отвел ее пальцы в сторону и задержал их в своей руке немного дольше нужного.

– Тогда почему? – Наморщила девушка лоб.

– Боюсь, он не хочет при мне делиться подробностями своей поездки. – На ходу придумал оправдание Димке мужчина.

– Считаете, он попал в очередную неприятность? – Танин ноготь оказался крепко прикушен зубами.

– Не знаю, но ты с ним поговори. – Олег улыбнулся, останавливаясь рядом со своим фургоном. – Мне пора ехать.

– Олег Владимирович… – Глаза девушки уставились в асфальт, а румянец залил даже уши. – Наверно, Вы на меня сердитесь… ну… из-за этих дураков.

– Сержусь. – Он сказал это слово с такой странной интонацией, что Таня тут же вскинула голову и облегченно вздохнула, увидев на его лице улыбку. – А еще на мир, который никак не хочет ответить согласием на наши желания, подкидывая очередные заковыристые задачки и кучу препятствий. Поэтому поговорите с Димой, подумайте о том, на какие цели обратить внимание, а что просто отсечь. Мы живем не в вакууме. Хотя и там, увидев твое личико, с орбиты одной из планет обязательно примчится гуманоид, чтобы подарить тебе сердце и жилой отсек своего космического корабля.

Таня фыркнула, а потом повернула голову к школе.

– Говорить нам с Димкой не о чем. Вы знаете, как я хочу крепко встать на свои ноги. За моей спиной нет папочки и мамочки. Только брат и… Вы. Просто помните об этом.

Легонько коснувшись его руки пальцами, она взяла Димкину сумку и пошла к подъезду. Обычная девочка-подросток с длинными ногами в клетчатой форменной юбке и серых сапожках. Олег улыбнулся и прижал кнопку сигнализации, на что машина ответила громким гудком. И тут Таня обернулась. На порозовевшем лице сияла улыбка. Она была не только на губах, но в глазах, снова блеснувших синевой, и даже в прядях выбившихся из прически волос, развевавшихся на ветру. «До встречи», – скорее понял, чем услышал он тихий шепот, затерявшийся в шагах прохожих и шорохе шин, в криках ребят, игравших в песочнице, и чириканье пролетавших мимо воробьев. В то короткое мгновенье ему показалось, будто с затянутых серой мутью небес вдруг выглянуло летнее солнце.

– Конечно, до встречи. – Сказал он и сел в машину. Выезжая со двора, он мельком заметил Димкину куртку, маячившую за углом. – И во что я, старый дурень, ввязался? – Задал мужчина пространству вопрос, на который, в любом случае, придется искать ответ самому. – Конечно, они – дети. Но, блин, настолько прекрасные и умные, что хочется наслаждаться не только одними разговорами. Еще – обнимать, говорить всякие глупые пустяки… Черт! Неужели такая побитая жизнью псина, как я, снова возмечтала о семье? Идиот… Один раз уже дали по носу. Два раза идиот: они для тебя – чужие. Уедут учиться – поминай, как звали… Может, покончить со слабой пока зависимостью первым? – Посмотрев на водителя стоявшей рядом с ним на светофоре машины, он покачал головой. Тот испуганно посмотрел в зеркала заднего вида. Олег утешающе ему улыбнулся. Как только загорелся зеленый свет, нервный мужичок рванул так, что взвизгнули шины. – Если откажусь, сам себя назову слабовольным трусом. В конце концов, чего я переживаю? – Повернув направо, Олег двинулся по шоссе, неподалеку от которого, в излучине реки, они возводили почти дворец одному из московских чиновников. Материалы все-таки привезли, так что на объекте работали сразу две бригады каменщиков. – А испугался я, как бы ни смешно это звучало, снова остаться наедине с собой. Таня подрастет и выйдет замуж. Дима… если не собьется с пути, будет врачом. С его развитым умом и целеустремленностью – выдающимся. И зачем им я, обычный, ничем не примечательный человек? Разве что сейчас поддержать их материально? Но если Семен выбьет пенсию… Да что за чушь я порю! – Вдруг ударил он ладонью по рулю. – Если ищешь оправдание, чтобы уйти – просто уйди. Или… чтобы остаться и греться теплом юных душ? Тогда борись за эту честь. Ведь все эти мальчики и даже их учительница, вспомнившая в своей рутинной жизни о первой любви – обычное испытание судьбы на крепость характера, на решимость следовать новым путем. Именно так! – Олег с другим, более свободным чувством оглядел дорогу и еловый лесок, теснившийся на пригорке. – Да, однажды они уйдут. Но до этого момента моя жизнь будет измеряться не только цементом, песком, кирпичами и легким сексом раз в два месяца во время пьянки. В нее войдут улыбки, веселый смех, прогулки и множество иных забот. Честное слово, мне это нравится! – Сказал он открытым настежь воротам охраняемого коттеджного поселка, где у него был подряд на строительство сразу нескольких домов. – Пожалуй, летом возьму отпуск и свожу ребят на Адриатику.

– Привет! – Появившийся в квартире Димка сбросил на вешалку куртку и прижался к обнявшей его сестре.

– Как ты? – Таня нагнула голову, всматриваясь в серую глубину глаз младшего братишки. – Тебя не обижали? Задание сделал?

– М-да… – Парнишка отстранился и хитро взглянул на сестру. – Оказывается, стоимость одежды напрямую влияет на комплексную оценку человека соплеменниками. Ты тут учишься, стараешься… А надо всего лишь обрядиться в модные тряпочки!

– Перестань говорить глупости! – Притворно нахмурилась Таня. – Переодевайся, мой руки и приходи на кухню. Буду кормить изголодавшийся детский организм домашним обедом.

В перерыве между борщом и картошкой парень быстро пересказал сестре события насыщенных всяческими страстями суток, сделав основной упор на огромное желание математички узнать телефон Олега. Он надеялся увидеть в лице девушки озабоченность, но она весело рассмеялась:

– Надеюсь, ты был достаточно смел, чтобы оградить нашего опекуна от домогательств этой настойчивой дамы? Мы и так приносим ему слишком много проблем…

– А мальчишки тебя не волнуют?

– Не-а… Глупые они. Хотят казаться взрослыми, а сами похожи на щенков, которые рычат вместо того, чтобы подставить ушки. А… ты Олегу Владимировичу о Любови Николаевне рассказал?

– Ага. – Ответил Димка и наклонился над чашкой, втягивая губами сладкий изюм.

– И… что?

Со стуком поставив чашку на стол, сытый парень потянулся.

– Так что? – Уже с нетерпением повторила сестра.

– Отмахнулся и пошел вытаскивать тебя из щенячьих лап.

– Ты – балбес! – Улыбнувшись, Таня бросила на стол тряпку и встала. – Допьешь компот, помой за собой посуду.

Когда Димка вернулся в комнату, то увидел сестру, отчаянно морщившую лоб над раскрытым задачником химии.

– Не получается? – Участливо поинтересовался он.

Та кивнула.

– И кто тогда из нас балбес? – Димка постучал по ее голове согнутым пальцем и не успел отпрыгнуть, как она вскочила и, прижав брата к себе одной рукой, другой начала щекотать.

– За что… – Еле смог он сказать сквозь хохот и тщетные порывы выбраться на волю.

– Олег нас не бросит, Дим. – Таня выпустила жертву из рук и пригладила растрепавшиеся волосы. – Только я все равно боюсь, что однажды он не сможет нас защитить.

– Для этого, – Димка заправил майку в шорты, – я уеду в училище, а ты – в колледж. Но нам надо достать свидетельства. Помнишь?

– Слушай… – Таня снова схватила руку брата. – Давай я завтра прогуляю! Все равно контрольную не напишу. Зато схожу к матери…

– Не прогуляешь. И напишешь. А с последней спаренной физ. подготовки отпросишься. Кстати, завтра я дома, поскольку маленького и слабого мальчика после колоссальной умственной нагрузки освободили от занятий. Я тебя встречу и пойдем. Потом, пока Олег занят, съездим в тот район, где живут родители нашего отца. Раз через полгода уезжать, надо заполнить белое пятно в истории рода.

– Ты поможешь с химией?

– Угу. И остальное проверю тоже. Так в чем ты там застряла?

На этот раз Таня вышла из школы вместе с пятиклашками. Стоявший за воротами Димка увидел ее и помахал рукой. Закинув рюкзак на плечо, девушка быстро обогнала толкающихся малышей и подошла к брату.

– Как прошел день? – Улыбнулся он. – Математичка не приставала? А мальчики? Контрольную написала?

Таня фыркнула и рассмеялась.

– Любашу не видела, а Литвинов, мило краснея, подарил диск Риханны. Ручек не тянул, домой на посиделки не приглашал. Химию… – она тяжело вздохнула, – написала. Правда, насколько верно, не знаю. Но Валька, которая теперь сидит впереди, сдувала все подряд. Вдруг подумают, что это я у нее? Из-за одинаковых ошибок?