Екатерина Бердичева – Власть пустоты (страница 40)

– Она и так… переходящее классное знамя. – Вспомнив красавицу, парень поморщился и снова повалился на кровать. – Но Литвинову, пожалуй, я ничего не скажу.

Вернувшаяся с остальными мальчишками Любовь Николаевна сначала посмотрела на часы, а потом – на стоявших вокруг парней.

– Все – молодцы. – Сообщила она. – А теперь быстро хватаем вещи и мчимся на поезд. Ваши родители переживают, бабушки пекут пироги, а друзьям не терпится узнать о ваших успехах. Димочка, давай помогу нести рюкзак!

Мальчишка шарахнулся в сторону, а пятнадцатилетние подростки с удивлением посмотрели на математичку. Однако Порошин решительно взял ситуацию под свой контроль.

– Да разве парень, наравне с нами решающий уравнения, не может сам справиться с малюсенькой сумкой? Двигай, давай! Слышал? Нас ждут дом и пироги. Вот только моя бабушка печь их не умеет…

Глава пятая. Планы и обстоятельства

Так как Таня до сих пор была в школе, встречать парнишку снова приехал Олег. На сей раз он немногословен, молчалив и ужасно торопился. Бросив учительнице всего лишь сухое «спасибо» вместо подробных вопросов, как это делали прыгающие вокруг мамочки, он увлек Димку с перрона на улицу. И только после этого улыбнулся.

– Ты как? Старшие не съели? Работу написал? – Поинтересовался он.

– Написал, и не съели, поскольку моя Таня показалась им более лакомым куском. – Не поворачивая к мужчине лица, покосился в его сторону парень.

– В смысле? – Олег открыл машину. – Забирайся, да побыстрей. Мне через сорок минут нужно быть на объекте.

– Незрелые духом, но вполне себе развитые физически тела жаждут познать любовь. – Витиевато выразился Димка.

– Чего? – Олег вытаращил глаза и чересчур резко взял с места. – Какую любовь?

– Плотскую. Которую великие писатели усиленно прикрывают кружевами романтики, чтобы заманить в их сети девушек. Особенно, бесприданниц.

Мужчина помотал головой.

– Давай-ка начни сначала, поскольку в моих мозгах плотными рядами лежит брус и паллеты с кирпичами. А также всякая мелочь вроде крепежа и цемента. Так у кого, говоришь, любовь?

Димка открыл рот. Снова закрыл и немного повертелся на сидении, ругая себя за неслыханную болтливость. Но, с другой стороны, если не сказать об этом сейчас, Олег все узнает сам. Но, как всегда, слишком поздно. И какое решение он примет, если злость на подростков и собственная неуверенность пеленой закроют его глаза?

– Я жду. – Напомнил сидящий за рулем мужчина.

– Э… тогда снизьте немного скорость.

Увидев прижатую к груди сумку и приподнятые колени мальчишки, Олег рассмеялся.

– Не бойся. Машину я чувствую и понимаю гораздо лучше, чем вас. Так что там происходит с весенними настроениями, залетевшими сюда с юга поздней осенью?

– Ну-у… Вы купили сестре дорогую куртку, обувь, всякие вещи… Когда человек перестает выглядеть смешно, он становится красивым. Наши парни, я говорю о старшеклассниках, вдруг Таню «увидели». Теперь к ней подкатывает безмозглый придурок Литвинов, а остальные ждут, чем все закончится, чтобы встать в очередь. И еще… Любовь Николаевна, наша математичка, хотела вытрясти из меня номер Вашего телефона.

– И как сильно трясла? Надеюсь, во время этого процесса у тебя ничего не отвалилось? Знания не просыпались?

– Ей не дали завершить начатое. Получается, вы раньше были знакомы?

– Угу. – Подтвердил Олег. – В одном классе учились.

– И на какой иерархической ступени стояли? – Серые глаза с голубоватыми искорками теперь смотрели мужчине в лицо. – Я не про нее, про Вас.

Мужчина громко засмеялся.

– Наверно, на той же, что Литвинов. Безмозглый гладкомордый подросток с кипящей гормонами кровью. С моей будущей женой мы познакомились в первом классе, а подружились как раз в десятом. Нет, секса между нами не было до самого окончания школы, поскольку иногда мы отвлекались на кого-то еще, старше и опытней. Некоторые девушки бегали за нами с Сашкой прилипчивыми хвостиками, а некоторые… тихо вздыхали, глядя вслед сквозь очки. Сейчас, глядя на угрюмого мужика, что везет тебя домой, ни за что не догадаешься о его бурном прошлом. – Олег оторвался от дороги, чтобы посмотреть на Димку. – Или тебе пока о таком даже думать рано?

– Об отношениях между мужчиной и женщиной я знал, пожалуй, лет с пяти. Отец просветил. Рассказал, откуда берутся дети, показал документальный фильм о родах… Может, если бы я увидел на экране только секс, все сложилось бы иначе. Но папа был хирургом-практиком, считавшим, что ребенок должен быть не только ко всему готовым, но и с юных лет нести ответственность за свои поступки. Короче, в том фильме было столько боли… И, как мне кажется, сожаления.

– Гм… я считал, что ты все же помладше меня.

– За Вашими плечами – свой жизненный опыт. За моими – мой. И так у всех людей. Но они как-то находят между своими мирами точки соприкосновения. В общем, насчет Любови Николаевны я все понял. Что будем делать с парнями?

– Может, ничего? – Грустно улыбнулся Олег. – Рано или поздно они все равно появятся, а девушки-подростки только и мечтают, что о любви.

– Перестаньте! – Резко бросил Димка. – Как Вы не понимаете, что эти глупые дети не нужны ей ни оптом, ни в розницу? Мы выросли в таких условиях, что теперь хочется только двух вещей: побыстрее вырасти и иметь свой дом. Не с нарисованным, как в каморке папы Карло очагом, а настоящим.

– Снова про любовь? – Спросил Олег, выезжая на знакомую улицу с кленами.

– Нет. – Насупился мальчишка. – Про тепло, которое греет сердце. Вам, наверно, трудно такое понять.

– Отчего же…

Черный фольксваген въехал во двор и встал на свое место напротив подъезда. Димка отстегнул ремень и открыл дверь, вдыхая холодный, пропахший помойкой и гниющими листьями, воздух своего двора. А спрыгнув с высокой подножки вниз, подхватил стоящую на сиденье сумку.

– Спасибо, что встретили! – Помахал он рукой Олегу. Но тот, неожиданно для парня, тоже вышел и закрыл машину на сигнализацию.

– Вроде Вы торопились… – Парень уже сделал к дому несколько шагов, но остановился, разглядывая хмурое лицо мужчины.

– А как же твоя сестра? – Поднял тот холодные серые глаза. – Разве ты не пойдешь ее встречать?

– Обязательно пойду. – Мальчишка закинул на плечо неудобный баул. – Но последний урок заканчивается только через десять минут, и я хотел забросить вещи домой.

– Мне бегать с тобой туда-сюда некогда. – Олег подошел к нему и спокойно развернул лицом к школе. – Идем прямо сейчас!

Димка поджал губы, чтобы не улыбнуться.

– Значит, объявляем им войну?

– Нет. – Улыбка Олега пробежала по его губам, словно солнечный луч. – Очерчиваем границы.

– Карандашом?

– Плугом, парень. Чтобы посягнувшие сто раз подумали, а стоит ли лезть туда, откуда выберешься если не в грязи, то с душевными травмами.

– А Любовь Николаевна? Тоже плугом?

– Надеюсь на ее благоразумие или страх запачкать туфли.

И мужчина с мальчиком, неторопливо разговаривая о возвышенном, отправились к пешеходному переходу, за которым открытыми настежь стояли школьные ворота.

Когда из распахнутых дверей повалили закончившие занятия старшеклассники, Димка не сразу разглядел склонившую голову сестру, за плечом которой шагал довольный собой Литвинов в сопровождении двух друзей. С другого Таниного бока, пытаясь попасть рукой в рукав куртки, топала и скалила зубы Валя, слушавшая рассуждения парней. Но вот, почти поравнявшись с деревьями, за которыми стояли Олег и Дима, девушка внезапно остановилась, и ее голос стал слышен сквозь чужую болтовню.

– Литвинов, я не хочу в кино, не хочу в кафе. Мне не интересна субботняя вечеринка у тебя дома в отсутствии уехавших на дачу родителей. Даже если ты купишь чипсы и до ушей зальешь своих гостей пивом.

– Тогда лимонад? А хочешь, шампанское! – Искушающе произнес парень. – Бокальчик. Или два?

– Отстань!

Таня снова шагнула вперед.

– А если нет?

Глаза девушки метнули молнии, а коса хлестнула по спине плеткой, когда она резко развернулась к однокласснику.

– Неужели пожалуешься мамочке? – Состроил грустную мину парень. – Или, может, братику? Конечно, голова у него соображает, но для защитника мелковат…

– Жаловаться она не станет. – Олег вышел из-за дерева, а за ним – Димка. – Но… какая неприятность: я, ее опекун, уже здесь и все понял. Значит, послушай меня внимательно, юный господин Литвинов. Ничуть не угрожая, хочу дать дружеский совет: если желаешь произвести впечатление на девушку, сначала узнай, что интересно именно ей, а не тебе. И тогда, исходя из полученных знаний, начинай действовать. Если процесс покажется утомительным, найди более доступный объект. Понятно?

– Да мы просто разговаривали! – Развел руками в стороны молодой человек. Друзья, как болванчики, закивали головами.

– Однако если до тебя не дошло, – Олег улыбнулся блеснувшим голубым счастьем Таниным глазам, – я начну угрожать. Итак: если что-то случится помимо воли моей подопечной, знай – разбираться буду не с тобой, а с твоими родителями. Но ты же не хочешь, чтобы из-за твоего либидо папа лишился хлебного места в одной из жилищных контор нашего города, а его сын – карманных расходов? Вот и я думаю, что нет. Так что не нарывайся. Тем более, чуть поодаль стоит и смотрит на тебя девушка, видимо готовая и в кино, и домой…

– А я, может, ничего такого и не думал! – Внезапно покраснел Литвинов. – Просто хотелось посмотреть в приятной компании фильм!