Екатерина Бердичева – Власть пустоты (страница 33)

– Пожалуй, этот вариант хуже бани с пивом и последующей головной болью. – Фыркнул Олег. – Может, спросим твою сестру?

– Она растеряется и ничего не скажет. С ее мнением никто никогда не считался.

– Да откуда же вы взялись на мою голову? – Вздохнул Олег, подъезжая к своим воротам. – Просто какие-то малолетние узники Бастилии!

– В Бастилии содержали особ королевских кровей. Вроде убить нельзя, но и отпустить, на радость оппозиции, тоже никак. Неудачное сравнение. – Заметил мальчишка и отстегнул ремень, увидев появившуюся на крыльце Таню.

Прижав на мгновение терпеливо сплющившего об ее куртку нос брата, девушка со счастливой улыбкой сделала шаг к закрывшему дверь машины Олегу и вдруг смутилась, опустив руки. Тот заметил и широко улыбнулся.

– Я тоже рад тебя видеть, но, с твоей точки зрения, до статуса родственника, похоже, мне далеко.

– Вы все не так поняли… – Растерянно сказала алеющая щеками Таня, глядя не на Олега, а на Димку.

– О чем и речь. – Философски заметил тот и, поинтересовавшись у сестры не было ли ей одной страшно, первым зашел в дом.

– Я рыбный супчик сварила. – Все так же не поднимая глаз, сказала девушка. – А еще – голубцы. Вы их любите?

Осознавший, что Таня будет держать дистанцию до тех пор, пока он не сократит ее сам, Олег подошел к ней и положил руки ей на плечи.

– Давай договоримся один раз и навсегда…

– О чем? – Губы Тани дрожали, и нижнюю пришлось прикусить.

– О том, что ничего плохого я вам не желаю. Во-вторых, вы с братом мне не в тягость. Наоборот: мне интересно все, что с вами происходит. Интересно, о чем вы думаете. Конечно же, я тебе не отец, хотя ему почти ровесник. И не друг. Но – не посторонний. И еще… скажу один раз, чтобы эту тему больше не поднимать: объектом сексуального вожделения я тебя не считаю. Просто подростком, попавшим в непростую ситуацию. Обещаю… – мужчина вздохнул. – Защищать, насколько это будет возможным, не нарушая законов. Ну что, теперь мне веришь?

Таня подняла ресницы и посмотрела Олегу в лицо своими небесно-голубыми глазами.

– Однажды закон Вы уже нарушили. – Она улыбнулась. – Поэтому я Вам доверяю и с удовольствием приму Вашу помощь. А можно… Вас обнять?

– Даже нужно. – Согласился Олег, привлекая к себе хрупкую девичью фигурку и с удовольствием вдыхая запах ее волос и не давая воли не относящимся к делу мечтам. – Ну вот… – Тихо сказал он. – Теперь тебе не страшно?

Таня покачала головой, пряча лицо на его груди. Как же ему хотелось прижать ее покрепче и спрятать от всего света хотя бы здесь, в этом доме… Однако, мысленно надавав себе оплеух, он отстранился.

– Идем в дом? Кажется, минут пять назад ты говорила об обеде?

– Конечно! – Блестя глазами, она схватила его руку и потащила за собой так же, как проделывала это с братом.

Димка, после призывов Тани идти есть, обнаружился рядом с выходом в хозблок. На нем была старая куртка и короткие, понизу украшенные оборванными нитями, старые джинсы. На руках красовались перчатки, а за открытой дверью просматривалась тачка с вилами.

– Можете начинать без меня. – Сказал он. – Пока светло, нужно вывезти мусор и перекопать с осенним удобрением землю под деревьями. На это не потребуется много времени, поскольку грунт здесь легкий, песчаный.

– Танюш… – Олег с сожалением бросил взгляд в сторону кухни. – Дима прав. Давай наш обед ненадолго отложим, поскольку это я виноват, что так все запустил!

– Тогда я тоже помогу. – Решительно сказала девушка. – Наверняка летом сад скажет нам спасибо, подарив миру чудесную молодую зелень! Я побежала переодеваться!

До самых сумерек хозяин участка со своими подопечными копал, собирал ветки с засохшей травой и вывозил их в находящийся неподалеку овраг. Димка, несмотря на худобу, ловко управлялся с тяпкой, рыхля почву. А Таня сыпала удобрение, которое брат отыскал на одной из полок. Когда по небу над поселком разлилась темная осенняя ночь, парень внимательно оглядел сделанную работу.

– Мы – молодцы. – Сказал он. – Но перед морозами нужно укрыть розы, чтобы на следующий год они красиво цвели. И вон те дальние кусты…

– На сегодня – хватит. – Олег собрал лопаты, грабли и тяпки в садовую тачку. – Будет желание – продолжите в следующие выходные. А сейчас – обед и планирование завтрашнего дня.

– Я – на кухню! – Махнула косой Таня. – Суп, наверно, остыл.

Не успел Олег взяться за ручки тележки, как девушка вбежала в дом. И ее шаги застучали по ступеням внутренней лесенки.

– А ты чего ждешь? – Спросил мужчина паренька, смотревшего в небо.

– Пахнет зимой. – Тихо сказал Димка. – Снегом и ароматом сосен, засыпающих до следующей весны.

– Думаешь, они спят? – Олег потянулся за сигаретами и скоро выпустил в вечерний воздух струйку белого дыма.

– Думаю, что наш мир, от камней и червяков до сделанных людьми машин – живой. Этот грустный сад встрепенулся и неожиданно понял, что Вам нужен. Увидите, каким красивым он будет на следующий год! И дом… Ему сейчас весело. Ручей, что бежит под холмом, рассказывает о плотине, которую сделали ниже по течению бобры. А за рекой, там, где переправа, есть село. В нем – церковь. Слышите, как звонит ее колокол? Капли его звучания падают в пустоту, и она насыщается, не трогая своими призрачными видениями одиноких путников. Вы знали, что пустота питается страхом и болью?

– Не знал, что именно от тебя услышу подобные слова. – Олег снял с волос шапку и подставил голову мелкой туманной мороси. – Такое могла придумать Таня, но не ее живущий одним рассудком брат.

– Мне нравится слушать природу. – Продолжил парень, не обращая внимания на Олега. – Видеть, как подставляет солнцу свои лепестки цветок. Как ложится на мертвую траву первый снег. Когда он сыплется, становится тихо-тихо. И только потом сквозь окружающее безмолвие доносится шелест. Поначалу он едва слышен, но потом надвигается, словно электричка. И вот ты уже стоишь, окруженный его голосами и не знаешь, куда бежать… Идемте в дом.

Димка шмыгнул носом и распахнул заскрипевшую дверь хозблока, куда Олег завез тележку.

– Подожди… – Позвал мужчина, когда мальчишка собрался зайти в дом. Тот обернулся и замер на пороге, глядя на взрослого человека поблескивающими глазами.

– Да?

– Скажи, тебе нравится музыка?

– Современная, которую слушают по радио – не очень. А классика и импровизации – да, здорово. Но опять же, исполнителей много. Один играет так, другой – по-своему… Арсений Сергеевич играл хорошо. Я видел то, что он играл. Еще он давал слушать записи… Пойдемте, Олег Владимирович! А то Таня обидится.

Но Таня не обиделась. Наоборот, пока хозяина и брата не было, она накрыла в столовой стол и расставила кругом свечи. Вошедший первым Олег от неожиданности открыл рот и задумчиво потер ухо.

– Убрать? – Появившиеся в глазах слезы девушка постаралась затолкать обратно, но они все равно предательски блестели на кончиках ресниц.

– Что ты! – Наконец обрел дар речи Олег. – Наоборот! Очень красиво, но… неожиданно.

– Моя сестра почувствовала себя в сказке. – Сзади подошел ополоснувшийся в душе Димка. – Может, не стоит этим вечером ее разочаровывать? Тань, говори, что нести. Кстати, свечи суперские. Я таких пузатых и с узорами никогда не видел.

– Летал в Литву, там купил… – Смущенно улыбнулся Олег. – Мне они тоже понравились. Ты, Танюш, хорошо придумала. Пусть у нас сегодня будет праздник. – Он сел к столу, подставляя тарелку половнику, зажатому в Таниной ручке. Дима принес хлеб и уселся рядом.

– Так и представляется бокал рубинового вина или кружка хорошего пива. – Вздохнул Олег и приподнял над тарелкой ложку. – Приятного аппетита, господа!

Брат с сестрой рассмеялись и тоже начали есть.

Обычно, возвращаясь в этот дом после работы, Олег пил с бутербродом чай и ложился перед телевизором, находя фильм, под который, с помощью рюмки водки, обычно засыпал. А утром, просыпаясь на том же диване под звон будильника, поднимался, шел в кухню, где варил себе крепкий кофе, выпивал пару чашек, переодевался и ехал по делам. Так изо дня в день и из года в год, не обращая внимания на рассказы друга о семье и намеках его жены на некую знакомую, желающую найти пару. И вот теперь, как сказал мальчишка, дом радовался. Но не только он один. Вместе с ним радовался его хозяин, неожиданно увидевший в своей одинокой жизни смысл.

– Чем думаете заняться завтра? – Спросил он ребят, вместе с которыми перебрался в общую гостиную.

Таня посмотрела на брата. Тот – на холодный камин.

– Может, после малюсеньких свечей, стоит добавить живого огня? – Повернул голову к мужчине мальчик.

– Это было бы неплохо. У меня есть дрова…

– Я принесу. – Дима встал. – А Вы растопите…

– Давай вместе. – Олег тоже поднялся. – Танюш… – Он протянул девушке пульт от телевизора. – Хочешь, включи.

Та кивнула, и большой экран из темного стал серебряным.

– Так о чем ты хотел со мной поговорить? – Поинтересовался Олег, набирая дрова для растопки. – Не просто же так ты вспомнил об огне.

– Вообще-то, просто так. – Димка тоже пристроил на сгиб локтя несколько полешек. – Мне нравилось, когда в гостиной Арсения Сергеевича холодными вечерами горел огонь. Его отблески были видны в оконном стекле. А еще мне надо подписать у деда разрешение на поездку. Помните, я говорил про олимпиаду?

– Может, будет проще зайти в твою школу и поговорить с учителем?