Екатерина Бердичева – Власть пустоты (страница 2)

– Вы… Как вы могли?! – Димка обернулся. Глаза под сведенными у переносицы бровями пылали недетской яростью. – Почему вы так поступали с теми, кто просто хочет жить? И зачем все это мирным людям?

– Солдат, парень, знает, что его жизнь принадлежит государству, цель которого – расширить сферу экономического влияния на соседние земли. Причем не обязательно путем торговли. Поэтому, чтобы ты и твои родные спали спокойно и не питались чужими объедками, по границам страны стоят армейские соединения. И не только по границам.

– А я причем? – Вцепившись в погрызенную временем балясину всеми десятью пальцами, Димка перекинул через балку ногу и презрительно посмотрел на бывшего солдата. – Вы все оправдываете свои дерьмовые поступки красивыми словами о долге, чести, обязательствах… И кому я обязан? Матери, променявшей нас с сестрой на му… очередную любовь ее завядшей жизни? Или школе, которая толком ничему не учит? Разве я обязан тебе, убивавшему не только на поле боя? Наверняка ты был каким-нибудь сержантом, заставлявшем копать от забора до заката! Что глазами хлопаешь? Покурил – теперь вали отсюда!

– Причем, говоришь? При том, что это – не выход. – Мужчина посмотрел на красный кончик сигареты. – Я-то поначалу решил, что ты под кайфом. Или из-за девчонки.

– Ага. Прям щас! – Димка подвинулся к краю поближе. – Каждый судит о других со своей колокольни. Бывший солдат! Ты ширялся, и тебя бросила баба. Не хочешь составить мне компанию на лестнице в небеса?

– Не хочу. – Усмехнулся тот. – Ты складно говоришь и много знаешь… У тебя нет проблем с девочками и дурью. А что тогда с тем му… бойфрендом твоей матери? Он тебя ударил?

Димка снова обернулся и раздвинул губы в улыбке. Сейчас, когда солнце стремительно уходило за горизонт, тени на лице мальчишки стали синими, подчеркивая лихорадочно блестящий взгляд, белые зубы и черный провал рта. А еще – темные мешки под глазами.

– Действительно, хочешь знать? К чему? Многие знания – большие печали.

Мужчина хмыкнул.

– Твоей печалью стал подзатыльник за грязный пол? Или невыученные уроки?

– Не-ет. – Улыбка парня стала еще шире. – Я его убил.

– Как… убил? – Похоже, бывшего солдата все еще можно было удивить.

– Ножом. – Кивнул Димка. – Воткнул этому ублюдку в печень.

– Погоди… Он спал, и ты…

– Нет. Он хотел трахнуть мою сестру. А у нее сегодня – день рождения…

И тут Димка заплакал. Навзрыд, словно обиженный на весь мир маленький ребенок. Его плечи тряслись так, что рука, обхватывающая балясину, разжала прут и заскользила по разбитому бетону. Он начал терять равновесие и заваливаться вбок, как вдруг крепкая мужская рука схватила его за ворот куртки и быстро перекинула через перила на балкон. Ноги мальчишки подогнулись, и он упал на колени, упершись в пол локтями и лбом.

– Эх… – Бывший солдат подсунул руку под его тело и, напрягшись, взвалил парня себе на плечо. – Пойдем-ка в дом. Там, вдали от окон и рядом с горячим чаем, ты мне все расскажешь. – Подумав, он хорошенько стукнул мальчишку по той части спины, на которую были натянуты испачканные цементной пылью школьные брюки. – Кончай реветь. Чтобы тебе помочь, я должен знать абсолютно все.

Закутанный сразу в два одеяла Димка сидел на жестком диване аскетичной однушки и, глотая горячий чай, разбавленный ложкой коньяка, никак не мог перестать плакать. Это было похоже… на детство, в котором мать, отчаявшись успокоить странного ребенка, обзывала его идиотом и била по голове. Но мужчина, похоже, драться не собирался. Наоборот, смотрел с сочувствием и любопытством. Чтобы успокоиться, парень старался дышать медленно и с долгими выдохами. Когда дядька вернулся с кухни и опустился на стул напротив, Димка исподтишка стал его разглядывать. Худой, жилистый, с морщинами у глаз и рта, с едва заметной сединой в висках, но темными бровями над светло-серыми глазами, он казался одновременно молодым и старым.

– Сколько Вам лет? – Первым не выдержал паузу Димка.

– Тридцать семь. – Ответил тот. – Как считаешь, это много или мало?

– Этому… козлу было сорок. – Мальчишка дернулся, и часть чая оказалась на коленях. Он зашипел. А стряхнув воду, тяжело вздохнул. – Убивать – плохо. Теперь нас с сестрой посадят. Нет, только меня… Она ничего не поняла. У нее было такое лицо…

– Разве твой отчим не знал, что ты должен прийти из школы?

– Нет. – Димка мотнул головой. – Я уже два года живу с дедом. Как этот му… лучший друг поселился в маминой квартире, дед меня забрал. Хорошо, что Арсений Сергеич разрешил. Он и тете Гале разрешил взять Олю. Только она старше меня. Ей пятнадцать, как и Тане.

– Значит, ты пришел поздравить сестру… – Вернул мальчишку к событиям сегодняшнего дня мужчина.

– Да… Мы не смогли поговорить в школе. А еще я хотел попросить маму, чтобы пустила пожить. Дед сказал, новая хозяйка не любит детей, пусть даже взрослых и самостоятельных.

– Эй… – Пальцы, пахнущие табаком, приподняли Димкин подбородок. – Когда должна прийти мать?

– В восемь.

– Значит, ты убежал, а сестра осталась с трупом?

– Она меня сама прогнала. Сказала, что-нибудь придумает… Но, – Димка сам поднял глаза на хозяина квартиры, – что она может придумать? Все равно они подумают на нее!

– У тебя номер телефона сестры есть? – Кажется, в голове сидящего напротив человека созрел какой-то план. По крайней мере, в его глазах, кроме любопытства, появилась озабоченность.

– Да… – Димка достал новенькую раскладушку.

– Набирай. – Скомандовал бывший сержант.

Подумав, Димка нажал на громкую связь. Сестра отозвалась сразу.

– Димочка, не волнуйся, со мной все в порядке. Где ты? Я уже почти все подтерла. Ты не плачешь? Маме не расскажешь?

– Нет, он маме ничего не расскажет, милая барышня… – Ответил за Димку мужчина. – Ваш брат вдруг почувствовал себя птицей и решил полетать, чтобы замолчать окончательно и бесповоротно.

– Где он? – Голос сестры окреп. – Кто Вы и что с ним? Он… жив?

– Я вовремя его поймал. Послушайте, Таня… ненавижу мужчин, пользующихся детским бессилием. Поэтому хочу помочь.

– Каким образом? – В голосе Тани чувствовалась бесконечная усталость. – Убедить маму в том, что ее идеальный муж оказался педофилом и насильником? Да она ни в жизнь не поверит! Скорее, выкинет меня из дома следом за Димкой.

– Мы сделаем по-другому.

Прислушивающийся к разговору парень понял, что дядька принял какое-то нестандартное решение.

– У вас дома хлорка есть?

– Коробка «Белизны». – Тон сестры из равнодушно-отстраненного стал живым и осмысленным.

– Отлично! – Воодушевился солдат. – Тогда мы… Значит, молодого человека зовут Дима? Очень приятно. Таня! Слушай внимательно: мы подъедем. Я, твой брат и мой друг. Меня зовут Олег. И ты нам откроешь дверь. Согласна?

– А что вы хотите…

– Не будем терять время. – Олег сбросил звонок и посмотрел на Диму. – Вставай, герой. Пришло время ответить за свой поступок, как мужчина.

– А что… – Димка поднялся на ноги и сбросил одеяла на диван.

– Вначале ты умоешься и почистишь свои штаны. Ванная там. – Палец вытянулся в сторону коридора. – В это время я позвоню другу, и мы вместе пойдем делать то, что должна была сделать твоя мать.

– Что? – Уже стоя на пороге, Димка обернулся.

– Защищать вас с сестрой, мальчик.

Когда они вышли из подъезда, друг Олега уже сидел на декоративном заборчике, огораживающем детскую площадку от автостоянки. Олег подошел и первым протянул руку невысокому крепышу с темной короткой стрижкой и заметной даже через легкую куртку мускулатурой.

– Что за ЧП? – Спросил он. – Хотел забрать Маринку с работы, а тут – твой звонок. Что за парень?

И мужчина сам протянул Димке ладонь. Она оказалась теплой и твердой.

– Александр. – Представился он.

– Дима. – Робко улыбнулся мальчишка и покраснел.

– Поехали. – Олег пикнул брелоком сигнализации, открывая черный фургон с двойной V на капоте. Тот отозвался гулким гудком.

– Садись, Саш. Прости, что оторвал от семейных забот… – Бывший солдат прыгнул за руль, а замешкавшегося Димку за талию поднял Александр, пристраивая на сидение между собой и водителем. – Тут такое дело… – Сначала заурчал двигатель, а потом машина медленно начала разворачиваться. – Дим, который из этих домов твой?

– Вот. – Парень вытянул руку. – Только подъезды…

– С той стороны. Я знаю. Какой по счету?

– Третий. Второй этаж, тридцать восьмая квартира.

– Короче, нам с тобой нужно вывезти и спрятать труп.

– Чего? – Вытаращил глаза Александр. – Я не ослышался?

– Их отчим… педофил. Вернее, был им при жизни. – Сморщился Олег, объезжая помойку, растопырившуюся неровно сброшенными контейнерами на углу дома. – Димка его… зарезал, когда застал с сестрой.

Александр почесал нос, а потом – ухо.

– Ну ладно… Раз надо – уберем. Как раз вчера, на третьем объекте, выкопали два котлована под очередной дворец. Парни начали заливать цемент и укладывать фундамент. Но как мы вынесем мужика на глазах всего дома посреди бела дня? В коврике, чтобы соседи сразу все поняли?

Фольксваген снова развернулся и встал широким задом прямо к подъезду.