Екатерина Бердичева – Скошенная трава (страница 17)
Ребята немного помолчали, а потом зашумели и захлопали, прося спеть еще. Но Глеб вернул Степану гитару, совершенно серьезно утверждая, что устал, да и вообще не в голосе. Айка улыбнулась. Ну зачем он смеется над ребятами? Такой голосище еще поискать: проникновенный, хрипловатый тенор, пробирающий до самого сердца! Как была счастлива его жена! Он, наверное, ее берег и любил… Айка, повернувшись на другой бок, как наяву, вспомнила высотку, завалившуюся набок, холодную, промороженную квартиру и труп черноволосой женщины рядом с Беллой… Не уберег. Каким же огнем он каждый раз сжигает свое сердце, глядя на закрытые глаза своей дочери и ее искалеченную руку!
Айка вцепилась в подушку зубами. Какую же боль он несет в себе, не показывая этого никому. Возможно, он долгое время жил совсем один, но сейчас нашлась дочь, а вместе с ней восемь молодых сорванцов разного возраста, дела и цели которых приходится учитывать, а иногда даже давать дельные, но ненавязчивые советы, улыбаясь и сглаживая подростковые проблемы!
Девушка не выдержала и села на постели, привычно обхватив ноги руками. Да, они все потеряли близких: родителей, бабушек и дедушек. Тех, от кого получали заботу и помощь. Но никто из них не терял любимых и детей, то есть тех, кому отдаешь себя до конца, всю, до последней капли, нежность и любовь…
Айка опять упала на подушку. Ей вспомнилась угасающая от сердечного приступа мать. И поседевший в эту ночь отец. Тогда они не смогли достать нужное лекарство. Злые слезы вытекли из темных Айкиных глаз: «Будьте прокляты те, кто сотворил эту войну! Кто равнодушно оставил умирать тысячи переживших удар людей в разрушенных городах без продуктов, лекарств и тепла. Пусть эти, наверняка выжившие люди, в каждом своем сне видят гноящиеся Белкины глаза и ее умирающую от голода мать! Пусть они живут в своих благоустроенных подземельях вечно, не видя солнечного дня, а их здоровые дети каждый день говорят им спасибо за комфортабельный бетонный ад!»
Девушка опять обхватила подушку руками. Сердце стучало часто-часто. Она вернулась в реальность и прислушалась: в зале опять играла гитара, а Степка пел про тонкую рябину.
Глава восьмая. Водопровод
Утро снова разбудило Айку в шесть часов. Ей спросонья показалось, будто хлопнул входной люк. Но так рано они поднимались только в одном случае: если надо было идти далеко от дома. Но сегодня все должны быть здесь. Айка потянулась и выскользнула из постели, не разбудив Надежду, сопящую в Айкину подушку. Надев в темноте шорты и майку, девушка вышла в столовую и включила свет.
Белла спала, калачиком свернувшись у стенки, сном крепкого и здорового ребенка. Айка улыбнулась, заглянув в разрумянившуюся во сне мордочку. Навестив туалет, она отправилась с дружественным визитом на кухню, проинспектировать, как работает кофеварка. Да, у них был кофе. Немыслимая роскошь для трущобных детей! Но маленький Арсений проявлял чудеса находчивости, пролезая в самые крошечные щели и добывая из них ценный продуктовый запас.
По кухне поплыл душистый запах. Айка налила готовый напиток в чашку и сделала глоток. С утра у нее было хорошее настроение: все остаются дома и не надо за кого-либо переживать. Еще раз глотнув, она пожалела, что запасы сухого молока, когда-то найденные ими, оказались непригодными к употреблению. А детское питание, запаянное в герметичные пакеты, давно нашли и съели еще много лет назад.
И все-таки надо проверить люк. Айка поставила чашку, повернула вентиль и открыла ветреную темноту стыковочной комнаты, где хранились и сохли комбезы и ботинки. Где лежало оружие. Айка повернула выключатель и подошла к шкафу с вещами. А открыв дверь, обнаружила, что нет комбеза и берцев, которые одевал Глеб.
Айка неприятно удивилась. Интересно, какая нужда погнала его на улицу или в коллекторы? Она быстро сунула ноги в свой комбез и упаковалась в ботинки и перчатки. Привычно сунула ствол в кобуру. Спустилась вниз, а потом поднялась вверх по лесенке. И открыла люк.
Смутно ощущаемое солнце только вытянуло свои лучи над пылевым туманом, окутывающим Землю. Проходя сквозь кварцевые частички, чистый свет окрашивал небеса в зеленовато-оранжевые оттенки с яркими вкраплениями красного.
— А ничего так, авангардненько! — пропела себе под нос девушка, любуясь природой. Но тут, за ее спиной, где лежали старые и оплавленные пожаром автомобильные диски и покрышки, послышался стук. Айка выпрыгнула из люка и вытащила пистолет. Прячась за листами железа, подкралась к тому месту, где услышала шум и аккуратно высунула голову. Пистолет тут же был поставлен на предохранитель и убран обратно в кобуру. На пятачке между шинами прыгал, задирая ноги и размахивая длинным и узким лезвием, Глеб. Причем он делал это так быстро и виртуозно, что сталь ощущалась только яркими сполохами. Но вот движения замедлились, становясь плавными, почти танцевальными. Клинок из пальцев куда-то исчез. Двигаясь в ему одному подвластном ритме, он периодически делал молниеносный выпад то одной, то другой рукой. Это было похоже на танец кобры и ее смертельный бросок.
«А Белкин отец не так прост, каким хочет казаться». — Задумалась Айка, снова заныривая в люк. Когда она разделась и вошла в столовую, оказалось, что кофе из чашечки было кем-то бессовестно выпито, а емкость помыта и положена на место. Айка с подозрением покосилась на двери спален. Но за ними раздавалось дружное сопение. Часики показывали половину седьмого. Девушка подумала: вчера ребята засиделись допоздна. Сегодня особенно спешить некуда. Включила маленький фонарик и повернула выключатель в зале. Открыла дверь спальни и, перешагнув спящую Надежду, легла на свое одеяло. Хоть в комнате и было темно, но перед ее глазами, словно молния, летал в быстрой и точной руке узкий клинок, беспощадный к врагам его хозяина. И Айка решила молчать, пока сама не разберется во всех этих странностях.
Растолкала ее Полинка, ползающая по спине и дергающая за уши.
— Все уже собрались в столовой, а ты все спишь, соня! — вещала девочка, врезаясь острыми локотками и коленками то в позвоночник, то в ребра. Айка сразу проснулась и утянула хулиганку под одеяло.
— В черном-черном доме, — скрутив ручки и привалив ребенка к себе, прошептала Айка, — сидит черный-черный человек. Увидит он маленькую девочку, тянет к ней загребущие ручонки и кричит…
— Пусти, Айка, — ощутимо лягнула пяткой Полли, — если ты меня задушишь, то кричать будет бесполезно. Тут останутся только взрослые тетки!
Айка расхохоталась и выпустила Полли, которая тут же щелкнула выключателем:
— Вставай! А то Степку позову! У него ручки тоже здорово щекотятся!
Вот этого девушка допустить никак не могла, поэтому быстро запрыгнула в домашнюю одежду и вышла из спальни.
— Всем доброго утра! — словно сиятельная королева, улыбнулась она присутствующим.
— Опаньки… — Вгляделся в нее Артем. — Нам сон про семнадцатый век приснился? Дюма-сына на ночь читать вредно. Сплошной разврат-с.
— Да-а. — Поддержал его брат. — Миледи в поисках новой жертвы.
Айка посмотрела на коротко остриженного Темку и, прищурила глаза:
— А теперь лысый… Я сказала — лысый!
— Только не кидайте в колючие кусты, тетенька! — дурашливо завертел головой Артем.
— Завтрак! — объявил от плиты Стас.
Айка села на свое привычное место между Степкой и Надей. Напротив нее сидел Глеб с Беллой на руках. Девочка улыбалась, крутилась и что-то шептала отцу на ухо.
— Как она? — спросила Айка Глеба.
— Замечательно. — улыбнулся он, ласково посмотрев на Беллу. — Сейчас мы съедим много-много каши. Да, дочка?
— Угу. — подтвердила девочка.
— А я — больше! — закричала Полли.
Стас разложил кашу и сел сам. Все начали кушать, заедая вареную крупу первым укропом и салатом.
— Часто приходилось к ней вставать? — продолжила разговор Айка. — Последние недели я постоянно спала рядом.
— Нет, Айше. Я спал, пока меня не разбудили. — Синие глаза собеседника совершенно искренне смотрели на нее. — А как спалось Вам?
— Спасибо, очень хорошо. Вот только Полинка не дала досмотреть самые сладкие утренние сны.
— А мне под утро снятся кошмары. — Глеб оторвался от дочери и внимательно посмотрел на Айку. Но та уже болтала с Артемом. Поймав на себе взгляд, Глеб, не поворачивая головы, повел глазами в сторону. На него задумчиво смотрела Татьяна.
После завтрака Степан с планом перед глазами важно распределял работы по реорганизации подачи воды. Рядом сидела Айка, но в процесс не вмешивалась.
— Самое сложное в техническом исполнении — это подключение нового насоса и установка тройника с переходниками. Поэтому Мы с Глебом берем эту работу на себя.
Степка посмотрел на мужчину, не сомневаясь в его согласии и полном одобрении сказанного. Тот сверкнул глазами и улыбнулся. Степка тихо выдохнул: на его лидерство он не претендовал. Парень продолжил:
— Темка и Кирюхой идут с нами в коллектор долбить стену и наметить дыру, кроме того, на них — помощь и поддержка нашей работе. Ясно? — Он сурово посмотрел на близнецов.
— Да, братан. — Грустно резюмировал Артем, повернувшись к Кириллу. — Ты сегодня работаешь подставочкой для инструментов.