Екатерина Белевич – Зелье для миллионера (страница 3)

– Ладно. У тебя десять минут, – уступил он.

Она двигалась по его пространству, как экзотическая, яркая птица в операционной. Скинув пальто на спинку дивана, она проскользнула на кухню. Оттуда она вернулась с двумя наполненными бокалами и полупустой бутылкой. Темно-янтарная жидкость, как и всё, что несла в себе эта женщина, не вписывалась в аскетическое пространство его жизни. Расположившись в кресле напротив, она протянула ему бокал.

– За то, чтобы ты был счастлив, Петя. Где бы ты ни был. Чтобы ты… нашёл. Даже если не ищешь.

Он взял стакан. Аромат был насыщенным, дубовым. Настоящим. Он кивнул, машинально.

– За отсутствие ненужных осложнений.

Они выпили. Коньяк обжёг горло. Вкус был странно приторным, с лёгким фиалковым послевкусием. «Необычный букет», – мелькнула мысль. Инга Петровна выпила свою порцию одним махом и тут же налила ещё, себе и ему.

– И за… за прощение старой глупой женщины, которая слишком любила своего сына.

«Это ловушка», – странная догадка мелькнула в голове, но было уже поздно. Комната слегка поплыла. Не как от алкоголя, а резко, настойчиво. Датчики на часах, отслеживающие пульс и давление, должны были сработать, но он не смог поднять руки, чтобы посмотреть. Он начал проваливаться в истерзанное ночью пространство. Последним, что он увидел, было её лицо, склонившееся над ним, и шёпот, полный муки и торжества: «Прости, сынок. Это для твоего же счастья…».

Тьма нахлынула беззвучно и абсолютно.

Когда он уже был без сознания, распластавшись на белом диване как манекен, дверь открылась ключом. На пороге стоял Семён. Он был бледен, его пальцы судорожно сжимали связку ключей – дубликат от квартиры Петра, который он хранил на случай «системных сбоев». В его глазах читалась буря: предательство, жалость, страх и покорность воле Инги Петровны, которую он, старый служака, не мог ослушаться.

– Вы… вы уверены, Инга Петровна? – его голос дрогнул.

– Абсолютно, Семён Семёныч, – она уже не была раскаявшейся матерью. Она была генералом, приводящим в действие безумный план. – Это его шанс. Его судьба. Вы же хотите для него счастья? Настоящего?

Семён молча кивнул, глотая ком в горле. Он видел Петра мальчишкой, видел его боль десять лет назад. И видел живого робота, в которого тот превратился.

– Хорошо. Что нужно делать?

– Переодеть. Чтобы не привлекал внимания, – она указала на пакет в прихожей, где лежали приготовленные для Петра вещи.

Простой спортивный костюм тёмно-синего цвета, пуховик и дешёвые кроссовки – полная противоположность его безупречным костюмам и рубашкам.

Они работали молча, быстро, как расхитители гробниц. Семён, краснея от стыда, снял с Петра дорогую рубашку и брюки, надел безликую синтетическую ткань. Инга Петровна аккуратно сложила его вещи, убрала часы, телефон, бумажник. В карман куртки она положила только небольшой конверт с наличными.

Тело Петра было тяжёлым, безвольным. Семён, кряхтя, взвалил его на плечо. Они вынесли его через служебный выход, где уже ждал не лимузин Петра, а невзрачный микроавтобус с затемнёнными стёклами. За рулём сидел крепкий, молчаливый мужчина – один из «ребят» Эльвиры.

Инга Петровна на прощание положила руку на грудь сына.

– В добрый путь, Петенька. На встречу с судьбой.

Дверь микроавтобуса захлопнулась. Машина растворилась в ночном потоке. Семён стоял, опустив голову, чувствуя себя соучастником чего-то чудовищного и, возможно, волшебного.

Инга Петровна же, вернувшись в пустую квартиру сына, подошла к огромному окну, за которым горел огнями холодный город. Она выпила остатки коньяка из своего бокала.

– Всё правильно, – прошептала она в тишину. – Безупречная логика судьбы иногда требует абсолютно нелогичных ходов. Спокойной ночи, сынок. Завтра ты проснёшься в другом мире.

И мир Петра Саянова, его цифровая крепость, осталась позади – тихая, пустая и бессильная. Впереди его ждала метель, заброшенная остановка и билет в один конец, написанный от руки на листке А4.

Глава 5: Ошибка в коде

Микроавтобус мягко покачивался на неровностях ночной трассы, сливаясь с потоком таких же безликих машин. В салоне, кроме водителя, находился ещё один мужчина – коренастый, с короткой шеей и привычным к быстрым решениям взглядом. Его напарник звал его Леней. Леня изучал листок, переписанный корявым почерком с оригинального «магического» листка Эльвиры. Инга Петровна вручила его им лично, вместе с толстой пачкой купюр авансом.

– Координаты, говоришь, – проворчал водитель, Николай, не отрывая глаз от дороги. – Чего, навигатор не видит?

– Видит хуже, чем я, – отозвался Леня, щурясь на цифры при свете плафона. – Тут, блин, первое число похоже на каляку-маляку. Смотри: 5… или 6? Верхняя палочка если – то шестёрка. Если хвостик от пятёрки – то пятёрка.

Он покрутил листок. Чернила, которыми Инга Петровна с благоговением переписывала цифры, действительно расплылись в одном месте.

– И что, разница большая? – спросил Николай, зевнув.

– Координаты, Колян! Широта. Одна цифра – и ты в другом полушарии, условно говоря. Ну, не в полушарии, но… далеко.

Леня достал свой смартфон, открыл карты. На заднем сиденье, задвинутый в угол, под простым одеялом, глухо и ровно дышал Пётр. Зелье делало своё дело – он был в отрубе, живом, но недвижном.

– Давай логически, – сказал Леня, глядя на спящего. – Бабка богатая, сынок её – босс. Куда его обычно швыряет судьба по версии таких бабок? На Лазурный берег. В Альпы. В элитный посёлок под Москвой, на худой конец. Шестёрка больше похожа на широту какого-нибудь Рублёвки, что ли?

– А может, нарочно так, чтоб запутать? – предположил Николай. – Магия, всё дела. Может, там шестёрка – число судьбы.

Леня фыркнул. Магия его интересовала ровно настолько, насколько она была конвертируема в рубли. А рубли от Инги Петровны были очень даже конвертируемы. Он стукнул пальцем по экрану, вбив координаты, начинающиеся с шестёрки.

Карта мгновенно отозвалась, показав точку. Но это была не Рублёвка. Даже не Подмосковье.

– Опа, – растянул Леня, глаза его округлились. – Глянь-ка.

Николай бросил быстрый взгляд на телефон. На экране была карта России, и метка маячила далеко-далеко за Уралом, в Сибири, почти у самого подножия Саян. Какая-то глухомань, ближайший город – в ста километрах.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.