Екатерина Белецкая – Слепой стрелок (страница 52)

— Угу, — Скрипач покивал какой-то своей мысли. — Вот тут он был, этот тип, которого они забрали. Не очень понятно, жив он, или уже не очень. Крови много.

— Да, крови действительно много, — согласился Ит. — Причем ранения у этого, как ты выразился, типа, были осколочные, обрати внимание на обстановку. Тут хорошо так прилетело, что-то мне сомнительно, что он выжил.

— Но искали же… хотя… может быть, по средствам связи искали, — предположил Скрипач. — Или знали, где стоит группа.

— Не знали, — возразил Ит. — Предполагали, разве что. Они именно что искали, потому что первой они нашли вообще чужую группу, и принялись петлять, пытаясь разыскать эту. Нашли. Так, идём к месту, где они стояли.

Место удалось найти не сразу, относительно старой карты оно оказалось смещено на добрых двести метров. Следов крови основательно прибавилось, и стало понятно — да, человека, которого обнаружили медики, сперва пытались, по всей видимости, обезболить на месте, потом поставили капельницу, и потащили через кусты и воронки к машине. Причем Варвара действительно шла рядом, и, скорее всего, держала всю дорогу флакон с физраствором — именно такой флакон, пластиковый, пустой, они обнаружили рядом со стоянкой.

— Струйно лили, — заметил Скрипач. — Как-то это странновато, методика старая. Хотя нам-то что. Давление хотели поднять, видимо.

— Хотели, — кивнул Ит, поднимая из грязи обломок ампулы. — Кордиамин. Ещё как хотели. Так, здесь они его погрузили, а дальше… ясно. Идём.

След машины некоторое время петлял между воронками, потом она выбралась на открытое пространство, точнее, на узкую кривую дорожку, идущую по краю неглубокой лощины, которую скрывал густой туман. Некоторое время машина двигалась по этой дороге, но через совсем небольшой участок, который она как-то сумела проскочить, удача оставила её, и машина попала под обстрел.

— Так, — Ит остановился. — Смотрим. Вот тут в них и попали. Их занесло, и потащило вниз, через те кусты.

Кусты, на которые указывал Ит, и впрямь были поломаны и передавлены. Скрипач подошел к краю лощины, и глянул вниз.

— Не видно, — сказал он разочарованно. — Чёртов туман. Ладно, полезли.

Спускаться было неудобно, трава от тумана сделалась влажной, скользкой, а пространство локации, увы, блокировало часть их рабочих навыков, поэтому на спуск вместо минуты ушло почти пять. Наконец, они очутились на дне, и принялись оглядываться; впрочем, поиски не заняли много времени. Потому что машина стояла буквально в ста метрах от них, и у неё горели фары, точнее, одна уцелевшая фара, свет которой образовывал в тумане размытый световой конус.

Скрипач сделал было шаг в нужном направлении, но Ит, который сориентировался первым, вдруг схватил его за руку, и жестом указал — ложись. Они синхронно упали на землю, и затаились — вовремя. Потому что в лощину, чуть поодаль от них, спускались какие-то люди. Ит по шагам определил — шестеро, все вооружены. Люди спокойно, неторопливо, шли сейчас в сторону машины. Вскоре раздались какие-то лязгающие, металлические звуки, голоса, которые глушил туман, потом звуки стихли, но ненадолго, вскоре лязганье возобновилось, оно сделалось громче, тональность звука поменялось, потом раздался противный громкий скрежет, а дальше — приглушенный туманом вскрик, и короткая автоматная очередь.

— Не успели, — проговорил Ит. — Чёрт. Рыжий, мы не успели.

— Да, и смотреть на это мы не пойдем, — кивнул Скрипач. — Не в этот раз.

— Хорошо, — согласился Ит. — Альтея, выход.

Берта слушала их, молча, не перебивая, и, когда Скрипач закончил рассказывать, спросила:

— То есть упреждения нет, получается, так? Но вы проходили весь маршрут два раза, и оба раза попадали в лощину уже к завершению событий?

— Верно, — кивнул Скрипач. — Мы идём сейчас, запаздывая на пару минут, мы видим машину, слышим звуки, но не успеваем к ней подойти. А подлая Альтея закидывает нас только в одну определенную точку, и упрямится, когда мы просим её подвинуть нас немножко ближе к машине по карте на входе. Этакая, понимаешь ли, получается заведомо проигрышная игра. Хоть так, хоть этак, но — никак.

— Ясно. Надо думать дальше, — вздохнула Берта. — И… ребята, даже если вы придете немного раньше, что это даст? Нам нужна информация, а за несколько минут вы от Варвары вряд ли добьетесь чего-то адекватного.

— Ты права, — покивал Ит. — Нам нужен какой-то иной метод, и неплохо было бы понять, какой. Потому что мы будем бродить по всем локациям точно так же, и приходить к шапочному разбору, по всей видимости. Нужно придумать что-то, вот только что?

— Попробуйте максимально быстро пройти карту, — предложила Берта. — Может быть…

— Не получается, — развел руками Скрипач. — Мы же сказали, что проходили максимально быстро, не задерживаясь нигде. И всё равно, мы приходим, и на наших глазах её убивают. У нас стопроцентный синхрон получается. Тютелька, блин, в тютельку. А нужно, видимо, упреждение. Только теперь не у локации, а уже у нас.

— Ладно, давайте думать, — сдалась Берта. — Отдохните пару часов, в таком случае. Или, еще лучше, поспите. Может, на свежую голову что-то новое появится.

— Мы бы рады что-то придумать на свежую голову, но… — начал Скрипач, но Ит его перебил:

— Хорошо, — сказал он. — Так и сделаем. Но перед этим давайте решим главный вопрос. Который почему-то никто до сих пор не задал.

— Это какой? — нахмурилась Берта.

— Почему локация изменилась? — Ит выжидающе посмотрел на Берту. — До сего дня она была иной, Бертик. А сейчас она — вот такая. Гораздо более подробная, усложнившаяся, достигшая истинных размеров, гораздо больших, чем в предыдущие входы, с трупами, осколками, воронками, и даже с юнитами, или, если угодно, с людьми. И с Варварой в машине. Что произошло, в чём причина? Дело сдвинулось с мертвой точки, но почему?

Берта сидела, ни жива, ни мертва, и на лице у неё всё сильнее проступала растерянность, и, кажется, ей вдруг стало стыдно — потому что Берта покраснела, и прикусила губу.

— Чёрт, — произнесла она, наконец. — Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!!! Какая я дура! Ит, родной, ты прав, ты совершенно прав, а я… заработалась настолько, что не заметила самого главного. Как⁈ Как я так могла, что…

— Заканчивай себя ругать, и давайте думать, что случилось за это время, и почему произошли изменения, — предложил Ит. — И, знаешь, мы тоже не сразу поняли то, о чём я спросил. Мы восприняли происходящее, как данность. И сообразили это всё только во время второго входа. Бертик, помнишь картинку, где собака прыгает в пропасть при попытке поймать птицу?

— Эээ, что? — не поняла Берта. — Какая собака?

— Картинка, из какого-то журнала, на Терре-ноль мы её видели. Сюжет простой: собака гонится за птицей, и в прыжке почти хватает её, но внизу пропасть. Мы себя почувствовали этой самой собакой, маленькая. Которая гналась за чем-то, и едва не сорвалась. Проходить локацию в таком режиме смысла нет, как нам кажется. В лучшем случае — мы просто ничего большего не добьемся. В худшем — налетим на юнитов, и неизвестно, чем всё в результате кончится.

— Если вас убивают в локации, вы просто выходите, — без особой уверенности сказала Берта.

— Да? — Ит прищурился. — А где гарантия, что локация не изменится снова, и мы, например, вообще больше в неё не войдем? Или будут ещё какие-то изменения, причем совершенно неожиданные? В общем, мы больше чем уверены, что есть какой-то фактор, который вот таким образом на это всё повлиял, и этот фактор нужно срочно найти. Потому что ещё три локации ждут своей очереди, и неплохо было бы его вычислить. Чем быстрее, тем лучше.

— Да, ты прав, — кивнула Берта. — Ладно. Вы отдыхаете, а мы устраиваем мозговой штурм. По крайней мере, попробуем это сделать, и что-то понять.

— Нет, Бертик, это сразу исключается, потому что мы никого нового не нашли, — покачал головой Фэб. — Мы перетряхиваем базу уже сотый раз, наверное, но ни одной новой «принцессы» или «наблюдателя» мы не видим. Ты не хуже меня об этом знаешь.

— Знаю, — согласно кивнула Берта. — И, тем не менее, мы видим, что локация утратила статичность, следовательно, порог вхождения достигнут. Или почти достигнут. Потому что если бы этих изменений не было…

— Это не финальные изменения, — сказала Эри. — Ребята же не могут подойти к машине, верно?

— Подойти-то они могут, но там будет труп, и только, — пожала плечами Берта. — Они видят машину, видят свет фары, они слышат группу, которая пришла добить тех, кто в машине, и слышат, как убивают Варвару. Дойти до машины тогда, когда она ещё жива, у них не получается.

— А нам надо, чтобы они дошли, застали её живой, и успели с ней поговорить, — сказала Эри. — Но сперва нам нужно понять, что мы такое сделали, что это всё стало меняться.

— Ничего мы не делали, — проворчал Кир. Он бы явно рассержен, и его можно было понять — разговор шел по кругу уже второй час, и результат у этого разговора был нулевой. — Ну, давайте думать. И перечислять. Фэб, Рэд, Саб, и я — мы работали с базами, так?

— Ну да, — кивнула Эри.

— Лин и Пятый — успели подснять участок Сети, но чисто на посмотреть, верно? — спросил Саб. Лин кивнул. — Вы же не воздействовали ни на что?

— С какой радости нам было бы тут на что-то воздействовать? — сердито спросил Лин. — Ты в своем уме, родной? Если бы мы просто попробовали, нам бы головы пооткручивали. Тут же. Да, посмотреть разрешили. В этом нет ничего криминального. Мало того, мы еще и предупредили заранее, что посмотрим, если ты не забыл. Это вообще ну ни разу не воздействие. Никогда им не было, нет, и не будет.