Екатерина Белецкая – Слепой стрелок (страница 31)

11 Шесть минут Алге Рауде

— Спалить на хрен эти тряпки, и посмотреть, что там, за ними, — зло сказал Скрипач.

— Если там вообще есть какое-то «за ними», — передразнил Ит. — Допустим, мы это действительно сожжем. И что? Да ничего.

— В смысле? — не понял Скрипач.

— Ничего не получится, говорю. Сжигай, не сжигай. Даже если и сожжем, локация при следующем входе сгенерирует новые.

— Ит, ты вот реально шуток ну ни фига не понимаешь. И не понимал никогда, — раздраженно произнес Скрипач. — Понятное дело, что жечь нет никакого смысла. Для особо одаренных объясняю: я пошутил. В сердцах. Потому что задолбало чихать, и потому что у меня уже руки от пыли по локоть в грязи.

— Дурацкие у тебя шутки, — Ит скривился. — Так, ладно. Давай шутки в сторону, и серьезно теперь. Какие будут предложения?

— Ну… — Скрипач задумался. — Войны тут точно никакой не было. Это раз. Паркет — мы и так пытаемся идти по линии, делаем это час, и толку ноль. Это два.

— Три — плотность и расположение штор не меняется, — продолжил за него Ит. — И повторов тоже нет, заметь. Они все разные.

— Заметил, правильно говоришь, — похвалил Скрипач. — Что у нас будет четыре?

— А нам надо четыре? — с подозрением спросил Ит.

— Неплохо бы, — Скрипач задумался. — Так будет или не будет?

— Ну, пусть будет. Четыре — а не пойти ли нам в другом направлении? — предложил Ит. — Мы час шли, ориентируясь на «дорожку» паркета, верно? Точно так же, как Бертик и Эри до нас. Чисто гипотетически, давай предположим, что мы находимся в очень длинной комнате. И если идти вперед, то…

—…то мы должны упереться в окно, — закончил за него Скрипач. — Но его чего-то нет. А ты, значит, хочешь предложить пойти вбок?

— Да. В сторону, направо или налево, неважно, — кивнул Ит.

— И что нам это даст? — резонно спросил Скрипач.

— Ммм… — Ит задумался. — Может быть, стену? Или мы дойдем хотя бы до чего-нибудь? Как идея?

— Терять нам явно нечего, — Скрипач вздохнул. — Ну, давай в сторону. Куда?

— Направо, — решил Ит. — Рандом так рандом, почему бы и нет.

— Рандом это хорошо, но что мы ищем? — Скрипач пока что стоял на месте, идти вперед он не спешил. — Итище, вот серьезно, что мы тут, в принципе, можем найти? В той локации всё было более ли менее понятно, да и подсказки в виде следов появились очень вовремя. Здесь — непонятно. Гипотетическая стена… как-то мне в это слабо верится. Понимаю, ты сейчас опять интуичишь, но, кажется, здесь это так не работает.

— Да не интуичу я ничего, — раздраженно ответил Ит. — Делаем. Что-то. Что получится, видимо. Давай уже пойдем, а? Рассуждения эти достали порядком. Особенно в свете вчерашнего разговора. Идём, рыжий, идём. Хоть куда-нибудь.

Два часа в общей сложности они бродили по локации, постепенно увеличивая амплитуду проходов от места, которое обозначили, как нулевая точка. Умный Скрипач, чтобы изобразить ориентир, просто приподнял, и завязал снизу узлом одну из штор, наиболее приметную, ярко-синего цвета, и уже от этого ориентира стали отходить — и смотреть. В итоге, после двух часов блуждания, получилась следующая картинка.

Движение назад (условно, разумеется, назад — это если стоять перед завязанной шторой, к ней лицом, где спина, там и назад) — через тридцать шагов рисунок «паркета» исчезает практически полностью, сами занавесы становятся всё более и более пыльными и старыми. Движение вперед — рисунок «паркета» становится чётче, но только до шестидесятого шага, потом начинает меркнуть, повторяется история с «назад». Движение влево — рисунок остается различимым и четким, но не меняется, соотношение грязных и чистых штор остается прежним. Движение вправо — рисунок «паркета» не меняется, а вот шторы, кажется, становятся чище и ярче. То есть направление движения можно определить, как…

— Право-право-вперед, — констатировал Скрипач. — Самое перспективное направление, по всей видимости. Чего дальше делаем? Выйдем, и зайдем снова?

— Ты устал? — спросил в ответ Ит. Скрипач покачал головой. — Я тоже не устал. Предлагаю всё-таки ещё тут побродить. Боюсь, если выйдем, не найдем ориентир, придется делать схему заново.

— А на что нам Альтея? — резонно спросил Скрипач. — Альтея, дорогая, ты можешь запомнить точку, которую мы назначили нулевой?

Он ожидал, что система ответит сразу, но Альтея, против ожидания, молчала почти полминуты, и лишь затем ответила:

— Не могу гарантировать это стопроцентно. Локация является нестабильным образованием, не исключено, что точка может сместиться.

— Ясно, — Скрипач задумался. — Тогда мы ещё, пожалуй, побегаем.

— Пару часов, — добавил Ит. — Не больше. И попытайся всё-таки зафиксировать точку, пожалуйста. Можешь попробовать построить координатную сетку из наших перемещений, и…

— Это уже сделано, Ит, но локация нестабильна, — повторила Альтея. — Область ваших перемещений может смещаться при изменениях внутри пространства локации.

— Ладно, — сдался Ит. — Пока что бегаем, в таком случае, что ещё остается. Они ведь от нас результат ждут, — добавил он. — А мы тут прохлаждаемся.

— Зато мы штору догадались узлом завязать, — похвастался Скрипач. — А девчонки ничего такого не сделали, и бродили наобум.

— Да, завязанная штора — безусловный повод для гордости, — ехидно заметил Ит. — Так, всё, двинулись.

— Да, двинуться — это мы завсегда, это мы можем, — покивал Скрипач. — Хотя в подобных обстоятельствах немудрено.

Первым «нечто новое» заметил Ит, впоследствии Скрипач заявил, что это, несомненно, какая-то особенного рода и толка удача, нормальным живым существам неприсущая, на что Ит ответил, что подобное свойство удачей называть не стоит, это, в большей степени, наблюдательность, и, в некотором смысле, везение. Или, напротив, невезенье — тут уж как посмотреть.

Собственно, Ит заметил то, что заметил, случайно, но тут же остановился, и позвал Скрипача.

— Чего там? — спросил тот, тоже останавливаясь.

— Иди сюда, — позвал Ит. — Посмотри.

— На что именно? — уточнил Скрипач.

— Вот на эту штору. Ничего не замечаешь?

— Ого, — только и сказал Скрипач.

Штора была разрезана — разрез начинался приблизительно в двух метрах от пола, и рассекал штору надвое. Очень чистый разрез, словно ткань вспорола опытная раскройщица, привыкшая орудовать специальными ножницами, или…

— Нож, — констатировал Скрипач, присматриваясь. — Чертовски острый нож, и очень твердая рука. Одним движением.

— Верно, — кивнул Ит. — Именно так. Профи, который с холодным оружием умеет обращаться весьма и весьма недурно. Кажется, у меня начинает выстраиваться картинка.

— Зарезали? — спросил Скрипач.

— Вероятно, да, — кивнул Ит. — Именно этот профи. В той локации была машина. А здесь… видимо, её кто-то ищет. Вот таким образом.

— Разрезая занавески, за одной из которых может прятаться она? — уточнил Скрипач. — Долго ему придется стараться. Её здесь нет.

— Но система, которая сформировала это всё, не знает об этом, — Ит задумался. — Так, давай смотреть дальше. В том числе и под ноги.

Ит оказался прав — потому что буквально через десять минут они заметили первый след. До этого следа им ещё несколько раз попадались разрезанные шторы, и разрезы были точно таким же, как первый: ровные, быстрые, уверенные. А вот след оказался полной неожиданностью. Потому что след этот был…

— Ит, стой, — приказал Скрипач, который заметил след первым. — А ну-ка давай сюда. Тут стреляли. Видишь? Рикошет. Вполне закономерно, если стрелять в закрытом пространстве.

— Верно, — Ит присел на корточки рядом со Скрипачом. — Да, это действительно рикошет, вот только… погоди. А вот это уже действительно интересно.

— Что там интересного? — Скрипач присмотрелся. — Ух ты! Слушай, это же…

— Ковёр, — Ит покачал головой. — Ну и дела. Пол-то выглядит как паркетный, а след от рикошета — словно пуля выбила кусок из чего-то мягкого. Небольшой совсем, кстати, ты молодец, что заметил.

— Да, я молодец, я такой, — усмехнулся Скрипач. — Про смотреть под ноги ты был прав. Смотрим под ноги, Итище. Кажется, мы на верном пути.

Дальше они пошли медленнее — еще несколько разрезанных штор, и ещё пара следов от пуль, только в этот раз следы оказались ещё более странными и нелогичными. В одном месте след напоминал выстрел по стене, оклеенной обоями, в другом — рядом с выщербленной Ит разглядел практически незаметный осколок стекла.

— Сейчас скажу своё самое любимое слово, — предупредил Скрипач.

— Это какое? — нахмурился Ит.

— Чертовщина, — ответил Скрипач. — С какого перепуга паркетный пол так себя ведёт? То он действительно пол, то он ковёр, то он стена, то он, кажется, либо окно, либо что-то ещё стеклянное — ваза, люстра, пепельница, наконец. Да и человек — а это точно один человек — ведет себя более чем странно. Он проходит по локации, попутно разрезая шторы, и паля во всё подряд, при этом попадая исключительно в пол, и выбивая из него несколько незакономерные артефакты.

— Согласен, — кивнул Ит. — Альтея!

— Слушаю, Ит, — ответила система.

— Ты составила карту наших передвижений?

— Да. И мне удалось сделать привязку ваших проходов и внутренней динамики локации.

— Отлично, — обрадовался Скрипач. — Значит, ты сможешь нас забросить в ту же точку… ну, в которую нам будет нужно? Зафиксируй, пожалуйста, точку первого найденного выстрела.

— Нет, — покачал головой Ит. — Точку, где мы увидели первую разрезанную штору. Начнем в следующий раз оттуда. И сделай карту, пожалуйста. Хочу посмотреть на это всё со стороны.