Екатерина Белецкая – Экспедиция «Велес» (страница 9)

— Одежда? — Скрипач нахмурился.

— Тоже что-то невнятное. Вроде бы сарафан, но рубашки нет, то есть он без поддевки, а это неправильно. Руки голые, да и весь сарафан в каких-то художественных дырках, в том числе и на боках, — объяснил Ит. — На руках браслеты, похожие то ли на персидские, то ли на индийские, на шее тоже куча украшений, и тоже непонятно, из какой культуры. В общем, раньше я в «Хороводе» ничего подобного не видел, потому что «Хоровод» русский, вне зависимости от временного периода, и на рассказчиках иноземных украшений нет, и быть не может. Только на врагах, типа той же Шамаханской Царицы.

— Так… — Скрипач задумался. — Ммм… надо мне, видимо, тоже напроситься на это квест.

— Ещё не хватало! — решительно сказал Ит. — Зачем?

— Что же тебе, одному страдать? Давай вместе, — пожал плечами Скрипач. — И вообще, мало деталей. Что там ещё было?

— Снова был сбой с муравьями, которые ползали сквозь ноги. Кстати, чуть не забыл. Она босая, — Ит прищурился. — Обычно обувь есть, только у совсем маленьких пастушков её не было, взрослые всегда обуты. И браслеты опять сквозь руки проходили, не очень приятное зрелище. Ах, да! Вот же голова дырявая. У неё есть плащ, но я не понял, как он прикреплен. То ли к украшениям на шее, то ли к платью, которое сарафан. Не рассмотрел, стоял не очень удачно.

— В следующий раз рассмотри получше, — кивнул Скрипач. — Так, теперь давай по этому её тексту, и уже подробнее.

— Понимаешь, рыжий, пока что, на данный момент, в этом всём нет логики. Она может появиться позже, и я догадываюсь, какая. Правитель, согласно канонам, должен раскаяться, устыдиться, выполнить какое-то задание, после которого Тень упокоится, а он обретет просветление и душевное равновесие. Чего-то такого я ждал, и буду ждать, потому что иного развития событий в сказке быть не может. Раскаяние, катарсис, душа отныне чиста, и все в благости.

— Но, — подсказал Скрипач. — Теперь ты должен сказать, что есть «но».

— Должен. И скажу. Потому что пока, в завязке, ни о каком раскаянии не было и речи. Правитель, о котором она говорит, фигура совершенно картонная, и про раскаяние даже не думает. Это мне тоже показалось странным, — Ит потёр переносицу, и виновато посмотрел на Скрипача. — В этой истории пока нет ни слова про эмоции. Например, правитель не испугался Тень, она мне даже подсветила тот факт, что правитель не трус, хотя я её об этом не просил. В самом конце она сказала, что правителю не нравилось, что у него кто-то стоит над душой, но, опять же, про сильные эмоции — ни слова. А они должны быть, обстоятельства к ним располагают.

— Может быть, правитель психопат, к сильным эмоциям не способный? — предположил Скрипач.

— Возможно, — согласился Ит. — Но, согласись, психиатрия в сказке — это уж точно было бы слишком.

— Оно и есть слишком. Так, давай дальше, — потребовал Скрипач. — Что ещё было значимым?

— Как по мне, так всё, — Ит вздохнул. — Знаешь, рыжий, вся эта конструкция… она чужеродная. Она явно не часть «Хоровода», каким мы привыкли его видеть, ребята были правы. Попробую привести пример. Ты надеваешь смокинг, и поверх этого смокинга ты цепляешь гавайскую рубашку. Нелепый получится вид, верно? Вот и этот квест — он как гавайская рубашка, нацепленная на смокинг. Он словно бы… не отсюда. Именно поэтому народ и не может его пройти, по всей видимости.

— Поясни, — попросил Скрипач.

— «Хоровод» — это сказки. Наши. От и до, — Ит помедлил. — Если речь идет о плохом правителе, ты попадаешь в терем или во дворец этого плохого правителя¸ либо тебе рассказывают про терем или дворец. Верно? Правитель будет скуп, жаден, хитёр, он будет обманщиком, лицемером, но это будет наш обманщик, жадина, и лицемер. А здесь идентификации, как таковой, нет вообще. Совсем нет. Ни указания на страну, ни указания на правителя, ни привязки к автору, который это написал — а ведь эти привязки всегда были. Здесь — нет ничего. Даже визуального ряда нет, только текст. Без картинок и участия. Про Тень, кстати, не было сказано вообще ничего. Это даже не картонная фигура, это просто название, и не более.

— Обрати внимание — никто из тех, кому досталась «Тень» про это не говорил, — медленно произнес Скрипач. — Я про определение принадлежности. А досталась эта чёртова Тень уже много кому. Как думаешь, почему они… ну, вот так?

— Почему они не поняли этот момент? — уточнил Ит. Скрипач кивнул. — Про это я тоже уже успел подумать. Потому что они воспитаны определенным образом, плюс индоктринация. Они не умеют думать непредвзято, рыжий, и тебе это известно в точно такой же степени, как и мне.

— И опять ты прав, — с неприязнью сказал Скрипач. — К сожалению да, ты прав. Они даже самостоятельных решений принимать не могут, им для простейших вещей нужен указ от высшего руководства. И в игре ты выбираешь только из готовых ответов. Это третье поколение, котороетак воспитано, и поэтому…

— Поэтому им «Тень» кажется стандартным заданием «Хоровода», ведь сказано что? Что «Хоровод» наш, родимый, создан для нашего развлечения, по нашим мотивам, и всё в том же духе. Для них «Тень» априори часть «Хоровода», она ничем другим быть не может.

— А для нас — может, — заметил Скрипач. — Потому что мы не потеряли способность к критическому мышлению. Ну, то есть я надеюсь, что не потеряли.

— Не потеряли, — кивнул Ит. — Не сомневайся.

— Я всё-таки возьму эту самую «Тень», — решительно произнес Скрипач. — И не возражай. Это что-то действительно странное, надо бы разобраться вдвоем.

— Рыжий, один момент. Такой, знаешь ли, маленький моментик, — Ит хмыкнул. — Ты не забыл вообще, зачем мы здесь? Квест и загадка — это хорошо, конечно, но у нас совершенно другая задача. Нам сейчас важна не «Тень», а ситуация с четвертым двигателем, и наука, которая готовилась к высадке. С нашим, заметь, участием. В других обстоятельствах я бы с тобой согласился, что «Тень» — это нечто важное, но сейчас…

— Итище, ты тысячу раз прав, — Скрипач улыбнулся. — Всё верно. Но пока мы здесь, и пока нам заняться толком нечем, почему бы не потренировать мозги с этой загадкой? Тебе же самому интересно.

— Постольку поскольку. Да, интересно, но действительно как тренировка, не больше, — Ит сунул очки в отсек. — Ну и хочется проверить, действительно ли решение отсутствует. Хотя не знаю. Я пытался сопоставить то, что случилось с движком, и появление «Тени», но эти два события не сопоставляются. Хотя бы потому что «Тень» появилась за месяц до ситуации с движком.

— Вот именно, — подытожил Скрипач. — Ладно, пойдем есть. Заодно послушаем, что народ говорит.

В общей зоне, которую называли столовой, хотя настоящей столовой она, конечно, не являлась, говорили в основном про «Тень», про движок ничего слышно не было. Ага, поняли Ит и Скрипач, уже кто-то растрепал о том, что произошло на совещании, и после этого наступила закономерная реакция, примерно такая же, какая всегда возникала в подобных ситуациях. А именно — глухой игнор проблемы, словно ничего не произошло вовсе. Этот сценарий они знали, великолепно знали, и удивляться тут было нечему. Страх, как известно, способен заткнуть любой рот, поэтому лучше молчать, и не только потому, что слово серебро, а молчание золото, нет, главная причина — самосохранение, ведь собственная жизнь по факту дороже золота и серебра вместе взятых.

— … на этом месте все стопорятся, — говорил кто-то из парней за дверью модуля. Там, судя по голосам, сидело шесть человек, и спешно ужинало. Спешно — потому что за дверью ждала очереди следующая шестерка. — Правитель прилетает к пророку. И всё. И дальше ни один вопрос не подходит, ни у кого.

— Вот, точно, — подтвердила девушка, которую, кажется, звали Марией. Ит прислушался — да, точно, она. Глуповата, зато внешность просто ангельская, да и характер прекрасный. Ну, по крайней мере, с точки зрения любителей подобных ангелов. — Она мне говорит — задавай вопрос. Спрашиваю, как подсказала Зоя — что было дальше? Она говорит — вопрос неправильный. Я — о чём говорили пророк и правитель? Она снова — неправильно. Я — что пророк посоветовал правителю? Она…

— Она про все подобные варианты говорила, что это неправильно, — этот голос Ит и Скрипач тоже узнали. Данил, инженер из их уровня «Б». Славный парень, надо сказать, высокий, русоволосый, но какой-то уж очень осторожный и застенчивый. Он словно боялся что-то сделать не так, как нужно, и кого-то при этом обидеть или разочаровать. — Я, кстати, придумал ещё несколько вопросов, но тоже не продвинулся пока что. Хотя кое-что интересное наметилось.

— А какие вопросы? — спросил Ит. Они стояли в коридоре, в небольшой очереди, но Ит знал, что внутри модуля отлично слышно, что происходит снаружи.

— Игорь, ты? — спросил Данил. — Привет, коллега. Вопросы следующие. Первый — почему правитель обратился к пророку? Второй — существуют ли другие пророки, к которым правитель может обратиться? И третий — религиозен ли правитель?

— И что? — спросил Ит. — Она ответила?

— Представь себе, да. Причем первый и третий вопросы она объединила в один. На втором входе, либо на третьем, как повезет, задай ей эти вопросы, попробуй. Я в ответ услышал, что правитель верил в высшие силы, поэтому уважал мнение пророка больше, чем мнение своих советников. На второй вопрос мне был дан ответ, что пророки существуют, но они не главные, а этот самый главный.