Екатерина Белецкая – Экспедиция «Велес» (страница 23)
— То, что уровень «а» не отдал нам такое распоряжение? — спросил Ит. Данил кивнул. — Ни сразу, ни после? Да, действительно непонятно, почему не приказали.
— Ну и вот, — резюмировал Данил. — Раз мы должны провести проверку, мы её проведем. Если Дима будет возникать, сошлемся на инструкцию. Потому что на «Велесе» инструкция — это закон. И мы поступим по закону.
— Дань, а если они изменят этот закон, как с «Хороводом»? — резонно спросил Скрипач. — Не было раньше обязаловки, и ничего про два часа никто не говорил. А теперь — сам знаешь. Ещё и график грозятся сделать, спасибо, пока не сделали.
— «Хоровод» — это всего лишь игра, — покачал головой Данил. — Мне кажется, они просто хотят, чтобы мы отвлекались хоть иногда. А вот это всё, это уже очень серьезно. Поэтому сделаем так, как сделаем.
— И вот ещё что, — Ит поднял руку. — Давайте так. Попытаемся скрыть то, что мы куда-то отправились, но так, чтобы это выглядело как случайность. Если они не заметят и не поймут — хорошо. Если заметят, и примутся возникать, сделаем большие глаза, и скажем, что действовали так, как написано. И не скрывали ничего специально, просто так получилось.
— Согласен, — кивнул Данил. — Ладно, давайте теперь по деталям пройдемся. Выходите вы через шлюз общего модуля, проходите вдоль колонны, по скобам для фиксации…
— И по этим же скобам обходим колонну до ревизионного люка, — закончил за него Скрипач. — Пробуем открыть. Если получается, у нас будет десять минут на визуальный осмотр. Если нет, ограничиваемся осмотром снаружи, и уходим обратно. Всё вместе займет минут сорок.
— Обеспечения возьмете на два часа, — сказал Данил. — Положено на полтора, но я хочу подстраховаться.
— Да, лишние полчаса в запасе не помешают, — согласился Скрипач. — Ставим тогда увеличенные баллоны, и берем воду по максимуму. Знаешь, я бы попробовал дойти до верхней ревизионной базы. Ну, до той, через которую можно попасть в зал, куда мы сейчас пытаемся изнутри пройти, — добавил он. — Там тоже есть люк, если ты помнишь, но им, кажется, вообще никто и никогда не пользовался.
— Есть, — Данил задумался. — Может быть, начать как раз с него?
— Нет смысла, — ответил Ит. — До него лишние шесть минут дороги в одну сторону. Он же предназначен не для нашего сектора, а для того, чтобы можно было легко зайти из соседнего.
— Но из соседнего тоже никого не посылали, — справедливо заметил Данил.
— Давай так. Если мы быстро справимся с основной задачей, попытаемся дойти до него, — предложил Скрипач. — Но именно что «если». Скорее всего, мы не сумеем туда попасть.
— Хорошо, — покивал Данил. — Так и сделаем.
Скафандры были громоздкие, неудобные, и ненадежные. Не смотря на то, что проверка заняла полтора часа, уверенности эти скафандры не вызывали, да и не могли вызвать, просто потому что они были сделаны по второму уровню. Вход, разумеется, через ранец, в котором размещается система жизнеобеспечения, зеркальный шлем, и перчатки, которые Скрипач тихо возненавидел ещё во время первого знакомства с этими скафандрами. Делать, однако, было нечего, поэтому облачились при помощи техников-коллег, и отправились в шлюз.
— Если у этого гробешника снова откажет система терморегуляции, я вернусь, — сказал Скрипач по закрытому каналу. Ит понял — рыжий решил протестировать канал, чтобы убедиться — на «Велесе» их разговор не услышат. — Эй, ребята, ау! Говорю, если термо откажет, вернусь!
— Канал смени, — посоветовал Ит. — Так тебя не слышно никому.
— Вот и славно, — хмыкнул Скрипач. Переключился на общий канал, и повторил сказанное — ему тут же ответили, что поняли. Скрипач снова перевел нужный ползунок в прежнюю позицию, и, уже для Ита, сказал: — Надо быстро.
— Знаю, — отозвался Ит. — Попрыгаем. Рискованно, конечно, но что делать.
— О том и речь, — вздохнул Скрипач. — Хочешь глянуть изнутри?
— Именно. Надо обязательно вскрыть нижний люк, а это явно не десять минут. Если мы будем двигаться так, как им обещали…
— Ну, в зоне видимости придется это делать именно так, как обещали, — справедливо заметил Скрипач. — Нам не нужны вопросы.
— Уйдём по скобам за колонну, и побежали. Им скажем, что решили изменить маршрут, потому что на внешней стороне было слишком жарко.
— Во! Точно! Я почему-то до жары раньше не додумался, — признался Скрипач. — А ведь ты прав. Солнечная сторона, сто пятьдесят градусов, и эти гробы… в общем, да, всё верно. О, кажись, открывается. Пошли?
Первые метры шли небыстро, вспоминая навык — последний раз они выходили в пространство месяц назад, после прибытия, для визуальной проверки корпуса, и пробыли снаружи совсем недолго. Перекидывая «поводок» с одного крепления на другое, Ит поймал себя на том, что руки, оказывается, помнили это действие лучше, чем ему казалось, и обрадовался — если у Скрипача всё так же, то по внутренней стороне получится пройти быстрее, чем они сейчас думают. Система с «поводками» была крайне проста: карабин защелкивается на первом креплении, потом проход, потом второй карабин крепится на следующее место, а первый дистанционно открывается и снимается. Можно идти дальше.
— Сейчас будет выступ, — предупредил Скрипач по закрытому каналу. — Сразу за ним уходим направо.
— Угу, — согласился Ит. — Поводок закрепи на первой скобе. И очень тебя прошу, не изобрази случайно полет шмеля. Я тебя не поймаю.
— Вариант фанеры над Парижем тоже не устроит? — сварливо спросил Скрипач. — Ладно, уговорил. Ит, кстати, обрати внимание, насколько сильно потрепало корпус.
— Уже заметил, — согласился Ит. — Да, не смотря на защиту, выглядит он не очень. Причем это именно здесь, на орбите, произошло, по всей видимости. Во время прошлой проверки этого не было. Или… а ну-ка, остановись, — приказал он. — Минуту подожди.
«Поводок» был кротким, всего десять метров в длину, но этого хватило — Ит сумел осмотреть участок корпуса немногим поодаль от скоб, вдоль которых они сейчас двигались, и с удивлением понял, что часть колонны, отстоящая от скоб метров на шесть, выглядит если не идеально, то близко к тому. Никаких повреждений, покрытие целое, нетронутое. Он вернулся к скобам — да, здесь материал покрытия выглядел, словно по нему прошли пескоструйкой. Или чем-то посерьезнее. Очень интересно.
— Ну, чего там? — спросил Скрипач.
— Там всё цело, — ответил Ит. — Почему-то корпус выглядит ободранным только здесь.
— О-па, — Скрипач задумался. — Так, ладно. Это потом, двигаемся дальше.
Пройдя выступ, они оставили поводки, и двинулись вперед, перехватывая скобы, и частично пролетая над ними — так получалось в разы быстрее. Да, это было опасно, но, если требуется сэкономить время, приходится жертвовать страховкой. Ничего не поделаешь.
— Ит, стой, — сказал вдруг Скрипач, когда они миновали большую часть пути. — Это ещё что такое?
— Где? — не понял Ит.
— Лети сюда, покажу.
Скрипач находился сейчас уже в зоне нужного люка, ведущего внутрь корпуса, к шлюзу. Ит подлетел к нему, ухватился за скобу. Скрипач молча указал перчаткой куда-то в сторону, и Ит с огромным удивлением заметил, что к люку ведет цепочка из множества мелких вмятин, словно…
— Коническое сверло, — произнес Скрипач. — Итище, ты видишь? Тут словно кто-то дырок насверлил. Причем сверло здоровенное, сантиметров пять в диаметре.
— Вижу, — Ит, придерживаясь за скобу одной рукой, пододвинулся максимально близко к одному из отверстий. — Нет, это не сверло. Это вмятины.
— Ага, вот только эти титан. Точнее, сплав титана. Как ты себе представляешь устройство, которое могло эти вмятины оставить? — спросил Скрипач.
— Понятия не имею, — ответил Ит. — Но ты рассмотри сам.
— Придержи меня за ногу, — попросил Скрипач. — Надо поближе.
— Давай поближе, не вопрос.
Две минуты ушло на осмотр, и они двинулись дальше, к люкам.
— Да, это действительно вмятины. Но какие-то они странные, даже для вмятин, — задумчиво сказал Ит. — Не пойму, в чем дело, и что меня цепляет, но они действительно странные.
— Этим будем говорить? — спросил Скрипач.
— Не надо пока, — ответил Ит. — Потом, может быть. Так, вот и люк. Пробуем?
— Пробуем, а что делать, — Скрипач вздохнул. — Нам надо попытаться открыть шлюз внутри, в сам отсек не пойдем, мы в этих шкафах там толком перемещаться не сможем.
— Особенно с учетом того, что мы там предполагаем увидеть, — добавил Ит.
Через десять минут стало понятно, что Ит ошибся. Масштаб того, что они увидели, превосходил самые смелые предположения если не на порядок, то близко к тому. Отсек, который они сейчас видели из люка, был реакторным, и реактор находился в нём, где же ещё, вот только…
— Твою налево, — севшим голосом сказал Скрипач, который заглянул в люк первым, предварительно включив фонарь на шлеме — питания тут, конечно, не было, и быть не могло. — Ит, ты это видишь?
— Пока нет, — резонно ответил Ит. — А что там?
— Не знаю. Смотри.
Реактор, к удивлению Ита, был на месте, но уже через секунду Ит понял, что реактор… разделен на части. Точнее, разрезан на тысячи тысяч фрагментов, которые по какой-то причине сохраняют общие очертания конструкции, но и только. Зазоры между фрагментами становились видны лишь тогда, когда свет падал на них под определенными углами. Если бы освещение было штатным, они бы заметили то, что произошло, позже. Скорее всего, позже. Если бы к тому моменту ещё могли что-то замечать.