Екатерина Белецкая – Дорога из пепла и стекла (страница 37)

— Что это такое? — спросил Скрипач, но вместо ответа Ит отодвинул визуал, и тот пошел в стороны, расширяясь, увеличиваясь, и — Скрипач увидел.

Запись. Короткая запись, кажется, тоже что-то рекламное, или вроде того. Халвквина сидела неподвижно, закрыв глаза, в позе лотоса, на золотой подушке, кадр всё увеличивался, и через секунду стало понятно, что халвквина находится в кабине огромного шагохода, который теперь занимал кадр целиком. Одновременно с новой картинкой возник голос, торжественно произнесший:

— Мать песков, великолепная чистая халвквина Наира, ведет аттер-кипу «Любовь восхода» через пустыню Карза, к побережью Дивного Юга. Станьте частью великолепного приключения, не упустите свой шанс…

— О, старая реклама, — с удивлением сказала подошедшая к ним Лийга. — Откуда вы это взяли?

— Случайно нашли, — не поворачиваясь, ответил Ит. Конечно, они оба прекрасно слышали, что дверь открылась, но эта самая «старая реклама» была настолько интересной, что не хотелось отвлекаться — на визуале сейчас показалась вереница кают для пассажиров, потом бассейн, потом — сад под силовым куполом, расположенный на крыше шагохода. — А их там не трясло, пассажиров этих?

— Нет, — Лийга засмеялась. — С таким пилотом? Да ни в жизни. Это очень хорошее путешествие было, — добавила она. — И сама пустыня, и Красные пропасти, и каньоны, и Кратер стеклянных молний, и оазисы… Карза была когда-то очень интересным местом. До всего.

— А что стало с этой Наирой? — спросил Скрипач.

— По слухам, погибла одной из первых, — сказал Рифат. — Скиа, Итта, садитесь есть, и давайте сортировать липстэг. Лийга, забирай у них доступ, иначе они работать толком не будут.

— А маска ей зачем? — не унимался Скрипач.

— А как управлять такой махиной? — пожал плечами Рифат. — Слияние. В некотором роде, это была такая разновидность спорта, — пояснил он. — Понятно, что техника могла бы и сама, но суть в том, что управляет кто-то живой. Осознаешь это, и совершенно другие ощущения. Такие переходы через пустыню называли иногда путешествием души. С техникой… это было бы немного не то. А теперь давайте есть, и начинать торги. Нам бы до вечера управиться, и всё успеть.

Глава 13

Вариант

13

Вариант

Следующий месяц прошел в непрерывной работе, потому что за лето следовало сделать очень много дел, самым сложным из которых оказалась поездка на карьер, за тремя сортами глины, и последующая закладка этих глин на дозревание в большие ямы, расположенные за домом. Вся эпопея заняла шесть суток, и результатом её стали три доверху наполненные ямы, стёртые до водяных мозолей руки, и перемазанные глиной с головы до ног скибы. Последующие сутки ушли на стирку, отмывание двух тележек, и приведение в порядок уже себя, причем для мытья подобревшая Лийга растопила печь, и нагрела вдоволь воды.

Дальше — снова ходили в лес за травами, делали какие-то новые сборы, который Лийга назвала «быстрыми», вязали бессчетное количество мешочков, и готовились к варке уже летнего липстэга, на этот раз — в двух больших котлах. Рифат тоже оказался приставлен к делу, он занялся очисткой масла для основы липстэга, и выбирался изредка к морю, за свежими водорослями, которые в состав летнего липстэга тоже входили, пусть и в небольшом количестве. Ходил он исключительно сам, больше никого туда не пускал, объясняя, что вдоль побережья сейчас много кто летает, и это опасно. Сидите лучше дома, незачем искушать лишний раз судьбу.

Ит эти дни над чем-то напряженно думал, потом правдами и неправдами выклянчил у Лийги доступ в местную сеть, и начал читать и смотреть всё подряд. Скрипач первое время не вмешивался, но позже устроил Иту допрос с пристрастием, после которого в местной сети они начали сидеть уже вдвоем.

— Что вы там ищете, не понимаю, — сердилась Лийга. — Что там вообще интересного может быть?

— Для тебя, может, и ничего, — ответил тогда Скрипач. — А для нас кое-что уже нашлось.

— И что же это?

— Пока говорить рано, — Скрипач с интересом посмотрел на Лийгу. — Но… если коротко, мы ищем варианты, как вырваться отсюда.

— И что вы уже нашли? — едва ли не с издевкой спросила та.

— Пока что ничего. Будем думать.

— Ну, думайте, думайте…

Адекватных вариантов и впрямь не было. Всё то, что летало над планетой или плавало в её океанах, контролировалось из единого центра, и было строго учтенным. Очень строго, надо сказать. Да, конечно, можно попробовать каким-то образом украсть местный аналог летающего катера, попытаться отключить его от общей сети, но… да, совершенно верно, есть большое подозрение, что сам факт исчезновения машины из системы тут же приведет к её уничтожению. Безопасность у шрика была сделана на совесть. На всех уровнях. Анкун, не смотря на то, что находился в буферной зоне, и считался местом весьма фривольным, тоже контролировался, оказывается, вполне серьезно, причем правила были весьма строги как для местных, так и для самих шрика. С одной оговоркой — шрика многое прощалось, а вот местным — нет. Если бы, например, толпа мужчин решила воспользоваться халвквинами, и осуществила задуманное, её бы по голове не погладили. Но наказание было бы не за убийство и не за бесчестье, а за преступление против Создателя, которого оскорбили таким поступком. Какое наказание? Покаяние и штраф. В особо серьезных случаях — высылка. Местные наказать шрика по своим законам права, конечно, не имели. В самом лучшем случае они получили бы трупы халвквин, и небольшую сумму на погребение. С женщинами ситуация была точно такая же, исключение делалось разве что для беременных — за беременную семья погибшей что-то могла получить, но сумма была смехотворной, и платили её далеко не сразу, а лишь после длительного разбирательства.

— Ну надо, а? Приезжие гермо подкатывают к местным тёткам, — с осуждением сказал Скрипач, когда они читали прецеденты. — Это… мерзко. Как так можно, не пойму. Вот столько всего в жизни видел, а всё равно не пойму, — пожаловался он. — Ненавижу эти темы.

— Да кто, находясь в здравом уме, их любит, — вздохнул Ит. — Но, кстати, интересно то, что межрасовой грязи тут в заводе нет. Всё строго по расам. Разве что рестораны есть общие, остальное раздельно. Даже гостиницы.

— Это да, это хорошо, — покивал Скрипач. — А ещё хорошо, что мы это нашли и прочитали. Но, к сожалению, к цели это нас никак не приблизило.

— Увы, но ты прав, — согласился Ит. — Давай читать дальше.

Разумеется, Рифат понял, что они что-то задумали. До поры он не вмешивался, но потом всё-таки не выдержал — происходящее ему совершенно не нравилось. И вот, одним летним вечером, он велел обеим халвквинам выйти во двор, сесть за большой деревянный стол, стоявший под навесом, и приступил к допросу.

— Так. Итта, Скиа, рассказывайте, что вы ищете в сети, и что вы хотите такое сделать, — приказал он тоном, не допускающим возражений.

— Хотим улететь, — ответил Ит. Сказал он это максимально спокойно, но его слова встревожили Рифата не на шутку.

— Каким образом? — спросил он. — Ты же понимаешь, что это невозможно.

— Почему? — тут же спросил Скрипач. — Если есть корабли, значит, на них кто-то летает. А если кто-то летает, то и мы сможем воспользоваться. Вопрос только в том, как это сделать.

— Никак, — тут же отрезал Рифат. — И катера, и корабли, и надводные суда контролируются шрика. Полностью. Любая попытка что-то отнять у них, чтобы воспользоваться, приведет к смерти. Немедленной, и не самой легкой. Вас просто уничтожат, тут же, на месте. Одумайтесь, не нужно этого делать!

— Рифат, мы пока ничего не делаем, — ответил Ит. — Мы просто смотрим. Про то, что вариант с катерами безнадежен, мы поняли почти сразу. Тут очень серьезная система контроля, их невозможно угнать или украсть. Если бы они были автономны, был бы шанс. Но они управляются централизованно. Я посмотрел схемы, любой запрос к системе машины идет сперва в центр, и только потом выполняется. Поскольку ретрансляторов над планетой летают десятки тысяч, это занимает миллисекунду, и…

— Во-первых, посмотрела, — тут же поправил Рифат. — Во-вторых, ты уже ответила на свой же вопрос. Вариантов нет. Оставьте эти мысли.

— А старая техника? — спросил Ит. — Тут еще осталась старая техника, и…

— Здесь её не осталось, — развел руками Рифат. — Это буферная зона, в ней старой техники нет вообще. Давно уже нет. Перебили всю, и правильно сделали. Она бесконтрольно проходила по зараженной территории, и пыталась зайти сюда. Поэтому тут на тысячу километров нет ничего, разве что забредет случайно что-то, но это ненадолго. Отыщутся свободные охотники, и ликвидируют. Далеко не уйдет.

— А в зараженных зонах старая техника есть? — спросил Скрипач.

— Да, там она сохранилась, — кивнул Рифат. — Но до ближайшей зараженной зоны почти тысяча километров. Каким образом вы собираетесь их преодолеть, и как, главное, вы намерены управлять тем, о чем не имеете представления? Заметьте, я пока что ни слова не сказал о вашем состоянии, но позволь напомнить тебе, Итта, что с тобой было после дороги до Анкуна. И это дорога, на которой нет ни охотников, ни патрулей, ни эффари, ни ацхи с телятами, это просто старая дорога через холмы и поле.

— Но… — начал было Скрипач, однако Рифат остановил его взмахом руки.