Екатерина Белецкая – Атман. Книга 1 (страница 2)

— И какая же? — спросил Скрипач, уже теряя терпение.

— Я больше не хочу участвовать в этом, — тихо сказал Ари. — Моя игра со Слепым Стрелком окончена, раз и навсегда. Я для него умер. Давно умер. Поэтому вызывайте корабль службы, и я уйду. На этом наше общение окончено.

— Ты ведь из-за этой причины сбежал сюда тогда? — спросил Ит. — Ты думал несколько лет, и сбежал, когда понял… что? Ари, пожалуйста, скажи.

— Старики, играющие в непонятную игру на множестве досок, — Ари покачал головой. — Нет, Ит. Не скажу. Вызывайте корабль, иначе я сделаю это сам. Не пытайтесь меня остановить.

В каюту вошла Лийга, и остановилась рядом с дверью. На Лийге сейчас был скиб неброского серого цвета, причем не домашний, а с маской, закрывающей лицо.

— Пусть идёт, — сказала она. — Мы зря тратим время.

— Вот это верно, — Ари посмотрел на неё. — Одно только не могу понять, зачем ты ходишь с этой тряпкой? Насколько я помню, скиб и маску принято носить в общественных местах, дома никто лиц не закрывает.

— Как хочу, так и хожу, — отрезала Лийга. — Ты хочешь домой, а я хочу носить полный скиб. Пусть каждый из нас останется при своём.

— Поддерживаю, — Ари встал. — В этом ты совершенно права.

— Вот и хорошо, — кивнула Лийга. — Счастливого тебе пути, и наилучшие пожелания жене и сыну.

— Спасибо, — серьезно ответил Ари. — А тебе удачи во всех твоих начинаниях.

— Ари, последний вопрос, — Ит тоже встал, подошел к двери. — Давно ты столкнулся с тем, от чего сбежал сюда? Когда это произошло?

— Я? — спросил Ари. — Нет, столкнулся не я. Другие. Что же до времени, то это произошло незадолго до того, как я принял решение.

— Чтобы не столкнуться самому? — спросил Скрипач.

— Именно. Именно так, рыжий. Я не хотел больше иметь дело с игрой, которая там идёт. Придумал свою, но вы её остановили. Неважно. Та игра для меня умерла, равно как и я умер для неё. Уже точно насовсем.

— Почему ты в этом уверен? — спросил Ит.

— Потому что вот эту вот книжку, — Ари снова посмотрел на «Азбуку для побежденных», — получили вы, а не я. Думаю, если бы во мне кто-то был заинтересован, экземпляр сего творения обязательно попал бы ко мне в руки, но нет. Этого не произошло. Поэтому вывод для меня очевиден. Для вас, думаю, тоже. И для «Альтеи», или как вы её там называете.

— Никак не называем, — ответил Ит. — Обычная интелектронная система, и модули расширения.

— Можно, я попробую угадать, что она вам сказала об этом всём? — усмехнулся Ари.

— Ну, скажи, — пожал плечами Скрипач.

— Что вариантов возвращения не существует, конечно, — Ари осуждающе покачал головой. — Думаете, она ошибается?

— Не исключаем такой возможности, — ответил Ит. — Ты был прав на счет техники — не стоит стопроцентно доверять технологиям. Даже таким совершенным, как эта. И мы не доверяем, зря ты так о нас думаешь.

— «Альтее» мы все доверяли, — напомнил Ари. — И ваша семья, и вы сами, и…

— И что из этого вышло? — спросил Ит в ответ. — «Альтея» ошиблась. Так почему бы ей не ошибиться и в этот раз?

— Дело ваше, — Ари отвернулся. — Ладно, хватит. Я ухожу. Корабль уже здесь, нехорошо заставлять себя ждать. Удачи я вам желать не буду, уж простите.

— Почему? — спросил Скрипач с интересом.

— Потому что удача и архэ — несовместимые вещи, — серьезно ответил Ари. — Какой смысл желать удачи тому, для кого всё априори предрешено?

Они сидели в рубке «Лучезарного» втроем — Лийга, Ит, и Скрипач — сидели, и смотрели, как уходит в сторону портала, находившегося неподалеку, корабль Официально службы, на борту которого находился Ари. Первой затянувшееся молчание прервала Лийга. Она отстегнула, наконец, маску скиба, и произнесла:

— Трус. Какой же он на самом деле, оказывается, трус. И как же я на его счет ошибалась.

— Думаешь, он боится? — спросил Скрипач с интересом.

— Конечно, — усмехнулась Лийга. — Ещё как боится, именно поэтому и сбежал, как только понял, что ему никто не будет препятствовать. Эти несколько дней, которые он провел здесь… от него несло страхом так, что мне дышать становилось трудно. Да, рыжий, он трус. Но следует признать, что он нам не соврал. И на том спасибо.

— Что не соврал — согласен, — подтвердил Ит. — Трудно соврать, когда ничего не говоришь. А он и не сказал.

— Что же это такое может быть? — спросил Скрипач, ни к кому конкретно не обращаясь. — Что за фактор?

— Скорее всего, что-то побочное, — предположил Ит.

— Почему ты так думаешь? — Лийга повернулась к нему.

— Смотри. Если бы там произошло нечто, способное повлиять на кого бы то ни было из тех, кто принимал участие в событиях, выстроенных сигнатурой Стрелка, его сюда просто некому было бы отправить, — объяснил Ит. — Извиняюсь за эти бесконечные «бы», но без них тут не обойтись.

— Сомнительный аргумент, — покачала головой Лийга. — Но, видимо, придется пока что брать за основу именно его, потому что других у нас нет.

— Не согласен, — возразил Скрипач. — Ит, это чушь. Что ты имеешь в виду под влиянием? Физическое воздействие или смерть? Или всё сразу?

— Да, — кивнул Ит. — Что же ещё.

— А если это ни то, и ни другое? — резонно поинтересовался Скрипач.

— Если это ни то, и ни другое, оно, скорее всего, не смогло бы его так напугать, — пожал плечами Ит. — Рыжий, я уже подумал об этом. Понимаешь, не сходится. Ничего ни с чем не сходится. Ты ведь знаешь наших, их даже смерть не остановила бы. Собственно, и не останавливала никогда. Равно как и физическое воздействие.

— Ну, тут с тобой нельзя не согласиться, — Скрипач нахмурился. — Но ведь чего-то он испугался, и всерьез.

— Очень надеюсь, что у нас всё-таки появится возможность выяснить на месте причину его страхов, а не гадать о ней, находясь здесь, — вздохнул Ит. — Рыжий, ну правда, ну вот зачем мы сейчас это всё обсуждаем?

— Как это — зачем? — удивился Скрипач. — Чтобы посидеть с серьезными и скорбными мордами, и поделать друг перед другом вид, что мы умные, принципиальные, и нацеленные на результат. Что всё серьезно.

— А оно на самом деле не серьезно? — с интересом спросила Лийга.

— Не знаю, — покачал головой Скрипач. — Система утверждает, что нет. Ты же сама видела все прогнозы, а так же ответ системы о том, что данную проблему невозможно решить или обойти. Однако…

— Однако мы тут сидим сейчас, и разговариваем, а это значит, что «Альтея» тогда эту задачу решила. Не одна, с помощью «наблюдателей» и «принцесс», которые с ней взаимодействовали, но решила, и забросила нас сюда. Так почему, собственно, этой системе, практически полностью аналогичной той, не справиться точно так же с идентичной задачей? — резонно спросил Ит.

— Она может не захотеть, — заметила Лийга.

— Да кто же её будет спрашивать, — хмыкнул Скрипач. — Ладно, давайте без шуток теперь.

— Давайте, — кивнул Ит. — Давно пора. Не факт, что у нас что-то получится, в этом он прав, но мы хотя бы попытаемся. Лий, где Дана до сих пор? Она же обещала подойти.

— Сейчас будет, — ответила Лийга. — Не надо только её вызывать, вы же знаете, что её раздражает, когда подсматривают.

— Мы и не думали подсматривать, — возразил Скрипач.

— Вот только ей вы это не докажете, — вздохнула Лийга. — Подождём, она скоро должна прийти.

— Ты следила? — спросил Скрипач, когда Дана через полчаса появилась, наконец, в каюте.

— Угу, — кивнула Дана. — Трусишка зайка серенький под елочкой скакал. И ускакал, разумеется, как только понял, что волки все в намордниках, и за бочок его кусать поэтому не будут.

— Ты хочешь сказать, что мы — это волки в намордниках? — удивился Скрипач.

— А разве нет? — Дана повернулась к нему. — Именно что волки в намордниках. Были бы без, приказали бы доставить сюда и зайчика, и зайчиху, и зайчонка заодно, потому что как же зайчонку без зайчихи, правда?

— Зайчонок универ заканчивает, — напомнил Скрипач.

— И что? — хмыкнула Дана. — При таком папаше и такой мамаше он либо инфантилен, либо разбалован, либо и то, и другое, поэтому без зайчихи ему никуда. Это была бы супер-пупер-трагедия, — Дана покачала головой. — Как представлю себе, аж в дрожь бросает.

— Ты о чём? — не понял Скрипач.

— Ну как это о чём? — удивилась Дана. — Сто против одного, что зайчонку они ничего не рассказывали. А теперь — как эта ситуация выглядела бы с точки зрения нашего зайки. Его прекрасных родителей неведомые инопланетяне затаскивают на летающую тарелку, заодно прихватив и его самого, а позже выясняется, что его дражайший папа должен уйти в другое измерение — обычно люди это так называют, откуда им про Сферу знать — а мама должна поспособствовать этому уходу. Почему? А потому что так надо. Объяснения вряд ли сработают, потому что для осмысления этих объяснений нужны годы. И чего? Это разве не трагедия?

— Да, это именно что трагедия, — сказал доселе молчавший Ит. — Для парня такие события стали бы трагедией уж точно. Не знаю, инфантилен он, избалован, или нормальный, но расставание с отцом, да еще и с давлением на мать и с её участием, вряд ли повлияло бы на него положительно. В этом ты права.

— Ха, разумеется, я права, — пожала плечами Дана. — Но теперь толку-то про это говорить. Зайца мы отпустили, и скатертью дорога. Просто ощущение гадкое, — добавила она уже другим тоном.

— Потому что он нас предал? — спросил Скрипач.

— Не, ты чего. Он нас не предавал, не думал даже, — покачала головой Дана. — Это другое. Просто… так получается немного нечестно.