Екатерина Баженова – Наследник для вожака Медведя. Том 2 (страница 12)

Я не собиралась превращаться, оно само…

Закрываю глаза, отсекая внешний мир. Сосредотачиваюсь на себе. На том, чтобы сжать эту громаду, втянуть когти, убрать шерсть.

Я вспоминаю ощущение человеческой кожи, лёгкости своего тела. Это даётся с невероятным трудом, будто я сдираю с себя собственную шкуру.

Но я заставляю себя сделать это.

Тело сжимается, кости с хрустом возвращаются в привычное положение. Я падаю на колени, тяжело дыша, и упираюсь руками в землю.

И тут я чувствую… ткань.

На мне одежда. Та самая, льняная ритуальная одежда. Она цела. Как?

Как она уцелела при превращении? В прошлый раз я осталась голой…

У меня нет времени это обдумать. Голос Урсулы, злобный и торжествующий, прорезает общий гам.

– Видите! Видите! – она кричит, указывая на меня пальцем. – Она не может контролировать свою природу! Какая уж тут истинность! Она – опасность для всего клана! Она всё подстроила! Наслала морок! Околдовала наследника!

Она пытается устроить скандал, её голос визглив и полон ненависти. Но её слова тонут в общем шуме.

Я поднимаю голову и вижу, как Артура, с огромным трудом волокут прочь от ритуального круга. Его взгляд полон такой муки и бессильной ярости, что у меня заходится сердце.

И тут наступает тишина. Её наводит Микаэль. Он просто поднимает руку, и все звуки затихают. Его лицо – маска холодного удовлетворения.

Он вдыхает полной грудью и громогласно говорит:

– Обряд прерван, – его голос ледяной и неумолимый. – Сила Медведя отвергла её. Истинность… не подтвердилась.

В его словах – окончательный приговор.

Он делает паузу, и его взгляд, тяжёлый и беспощадный, останавливается на мне.

– Алатея Белогорцева, – произносит он, и каждое слово падает как камень. – Именем Совета клана Медведя, вы арестованы за обман клана и покушение на древние законы. Взять её.

Глава 13

Моментально ко мне тянутся руки стражей. Их пальцы, похожие на капканы, готовы сомкнуться на моих руках.

Я отскакиваю, спотыкаясь о собственные ноги, сердце колотится где-то в висках. Это инстинкт, животный и неоспоримый.

Не дать себя схватить. Не дать.

Что произошло? Почему я обернулась? Почему обряд не сработал?

Мой взгляд, бегущий по кругу озлобленных, испуганных или просто любопытных лиц, натыкается на неё. Мирэль. Она стоит в сторонке, не скрывая ухмылки. Её глаза – два сверкающих от злорадства уголька. Она довольна. Нет, счастлива.

От этого зрелища у меня сводит желудок, и по горлу подкатывает комок тошноты. Вот оно, самое настоящее, неприкрытое зло. Не ярость Урсулы, а это тихое, сладкое наслаждение чужим падением.

– Назад! – Голос Марьяны звучит резко, как удар хлыста.

Она бросается ко мне, перехватывая одного из стражей. Её руки в магических оковах подняты, и кажется, что сами наручники вот-вот треснут от напряжения, исходящего от неё.

– Вы слепцы! Вы не видите, что творите!

Хаос нарастает как снежный ком. Но следующий голос рубит его на корню.

– Хватит!

Это Армэль. Всего одно слово, произнесённое его низким, гулким басом, заставляет всех замолчать и замереть. Он не кричит. Он констатирует.

Его мощная фигура кажется ещё больше, он – скала, о которую разбивается любая буря. Он делает шаг вперёд, и его взгляд, тяжёлый и неумолимый, заставляет стражей отступить.

– Отстаньте от девушки, – приказывает он, и в его тоне не остаётся места для пререканий.

Я, не раздумывая, отскакиваю за его широкую спину. Здесь, за ним, я в безопасности.

Я дышу тяжело, дрожь медленно отступает, сменяясь ледяной, трезвой яростью.

Микаэль, до этого наблюдавший, делает ответный ход.

– Артур Белогорцев находится под воздействием неизвестных чар, – его голос холоден и методичен. – Отпустить его до полного освидетельствования шаманами мы не можем. Это не прихоть, Армэль. Это закон. Мы должны быть уверены, что его воля – его собственная.

Я вижу, как спина Армэля передо мной напрягается. Он выдыхает, и в этом звуке – вся горечь вынужденного поражения.

– Законность… да, – он произносит сквозь зубы. – С этим я вынужден согласиться.

– Это фарс! – выкрикивает Марьяна, её глаза мечут молнии. – Вы что, совсем разучились чувствовать? Законы магии – вот что важно! А они кричат об их истинности! Бред – отрицать это! Их связь – это как восход солнца, она просто есть!

– Ведьме верить нельзя! – парирует Урсула, её визгливый голос режет слух. – Она сама – воплощение обмана и коварства! Она на их стороне!

Толпа снова взрывается ропотом. Одни поддерживают Марьяну, другие – Урсулу. Слово «ведьма» летает в воздухе, как ядовитый дротик.

– Тишина! – Армэль снова берёт управление на себя. Он поворачивается ко мне и беззвучно извиняется. – До выяснения всех обстоятельств Алатея будет находиться под моей защитой. В моём доме. – Его взгляд переключается на Артура, которого всё ещё держат стражи. – Внук… не сопротивляйся. Позволь шаманам сделать свою работу. Как только они убедятся, что твой разум чист, тебя отпустят. Я прошу тебя… потерпи.

Артур смотрит на него, и в его зелёных глазах бушует буря. Но он, сжав кулаки так, что кости белеют, медленно кивает. Он делает это ради меня. Ради того, чтобы не усугублять моё положение.

И тут Микаэль наносит решающий удар.

– На основании произошедшего, – его голос гремит на всю округу, – и во избежание конфликта интересов, Совет постановил временно отстранить род Белогорцевых от правления кланом. Вся власть переходит к Совету старейшин. До окончательного решения.

В толпе раздаётся сдавленный вздох. Это настоящий переворот. Мягкий, под видом закона, но переворот.

– Также, – Микаэль не даёт опомниться собравшимся, – напоминаю, что брачные игры начинаются завтра на рассвете. Призываю всех женщин клана сделать свой выбор в соответствии с традициями.

И снова мой взволнованный мозг выхватывает из толпы Мирэль. Она смотрит прямо на меня, и её губы изгибаются в сладкую, ядовитую усмешку. Её план сработал. План Урсулы. Или… чей?

Мысль пронзает меня, как ледяная игла. А что, если тот, кто это подстроил, не на стороне Урсулы? Что, если ему просто нужно было убрать род Белогорцевых, а Урсула – всего лишь удобный инструмент?

Нарушение истинности, подрыв самих основ клана… это грозит не просто сменой власти. Это грозит расколом, деградацией оборотней, вырождением рода. Рода Белогорцевых…

Кому может быть выгодно уничтожить их изнутри?

Марьяна резко подходит ко мне, берёт за локоть. Её прикосновение даже в оковах твёрдое и властное – и начинает уводить от поляны, к дому Армэля.

– Идём, дитя, – говорит она сквозь зубы, отгораживая меня своим телом от бросаемых вслед косых взглядов и шипящих шёпотов. – Нечего тут делать. Совсем распустились, – бормочет она себе под нос, но я слышу каждое слово. – Такое обращение с истинными… Ох, если бы с меня сняли эти оковы, я бы им тут устроила светопреставление! Ух, устроила бы!

Её слова словно подбрасывают дров в огонь моей собственной ярости. Я поворачиваюсь к ней, всё ещё дрожа от пережитого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.