Екатерина Барсова – Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (страница 356)
Гарри подумал о часах безделья, которые его ожидали. Ему и в самом деле некуда было идти, а предложение показалось любопытным. Подозрительным, но любопытным.
Бигем на секунду замер, ожидая ответа Гарри, потом хлопнул себя по бедру.
– Простите, старина. Совсем забыл. Я слышал о вашей стычке с вепрем. Полагаю, вы до сих пор не можете ходить с прежней скоростью. У меня тоже шрамов более чем достаточно. Но тут совсем недалеко.
Гарри подавил вспышку гнева и медленно встал. Он не собирался мериться ранами и принимать снисходительное сочувствие от тошнотворно молодцеватого капитана. Гарри был полон решимости, если понадобится, пройти пешком хоть через весь Лондон, даже если для такой прогулки не будет причин.
Прогулка вдоль Пэлл-Мэлл, как и обещал Бигем, оказалась короткой. Всего через несколько минут, задолго до того, как боль в ноге стала невыносимой, они с Гарри вошли в здание манежа Лондонского Шотландского полка на Бакингем-Гейт.
Манеж был огромен.
– Вот здесь и будут проходить слушания, – сказал Бигем. – В этом чертовом манеже можно устраивать парады под крышей, хотя я и не знаю, кому такое может понадобиться. Гренадеры никогда не ходят строем в помещении.
Бигем с гордостью окинул взглядом помещение и указал на длинные бордовые портьеры, покрывавшие кирпичные стены.
– Акустика здесь ужасная, но мне кажется, портьеры должны решить проблему.
Гарри взглянул на портьеры. Он не знал, способны ли они улучшить акустику, да его это и не интересовало. Он пока так и не понял, зачем Бигем привел его сюда.
– Я распорядился создать обстановку как в зале суда, но без париков и мантий, – сообщил Бигем. – Обойдемся без формальностей.
Гарри осмотрел помещение – от длинной судейской скамьи до рядов скамеек на сотни зрителей. Бигем мог сколько угодно утверждать, что не намерен запугивать свидетелей, но обстановка в помещении говорила об обратном.
Внимание Гарри привлекла огромная модель «Титаника», стоявшая на постаменте перед судьями. Она была двадцать футов в длину.
Бигем с гордостью подошел к ней.
– Масштабная модель, – сказал он. – Показан только правый борт, но это даст комиссии возможность понять, где что расположено, и, конечно же, у нас есть чертежи. Это вовсе не будет похоже на американское позорище, которое Смит устроил ради собственной политической выгоды. Никто не получит выгоды от этого процесса.
Гарри намеренно промолчал, чтобы посмотреть, не поправится ли Бигем.
– Ну, то есть… – наконец произнес Бигем. – Нет, мы не называем это процессом. Это расследование. Мы ограничились всего двадцатью шестью вопросами. Этого будет достаточно, чтобы мы разобрались в том, что произошло. Свидетелей будут опрашивать в равных условиях генеральный солиситор сэр Джон Саймон и генеральный прокурор сэр Руфус Айзекс от имени министерства торговли. «Уайт стар» тоже, разумеется, будет представлена, и мы допустим дополнительно некоторое, но небольшое количество других юридических представителей.
Гарри хорошо помнил решимость Бена Тиллета защищать членов своего профсоюза.
– А профсоюзы? – спросил он.
Бигем пренебрежительно отмахнулся.
– От их имени есть кому выступить, – сказал он. – Ирландец, Томас Скэнлан, член парламента от Северного Слайго. Не такой влиятельный, как остальные, но, говорят, довольно настойчивый.
Гарри оглядел обширное, гулкое помещение манежа и ряды пустых скамей. Завтра все эти скамьи, вне всяких сомнений, будут заполнены людьми. Если верить газетам, каждый житель Британии с нетерпением ждал официального начала этого расследования. По другую сторону Атлантики сенатор Смит по-прежнему терзал офицеров «Титаника» и задавал бесчисленные вопросы выжившим пассажирам первого класса, но в Лондоне собирались поступить иначе.
Он предположил, что никакого определенного решения не получится принять, пока Смит не отпустит офицеров, которых он держал под подпиской, но никто не знал, когда это произойдет. Тем не менее было очевидно, что министерству торговли не терпелось показать свою силу и взять расследование под контроль.
Гарри не мог не отметить, что атмосфера зала внушала почтение и страх, модель тоже производила впечатление, но вот что касается людей, реальных свидетелей…
– Кого вы будете допрашивать? – спросил он. – Бо́льшая часть офицеров погибла, остальные еще в Америке.
– Но у нас есть члены команды, – ответил Бигем.
– Смит задержал у себя всех, кому хоть что-то известно, – покачал головой Гарри. – У него рулевой и наблюдатель…
– Один из наблюдателей, – поправил его Бигем и хлопнул Гарри по плечу. – Поверьте мне, старина. Отец знает, что делает. Видите ли, я сам учился на адвоката, и батюшка научил меня самому важному: оказавшись в суде, никогда на задавай вопросов, на которые не знаешь ответа заранее. И вот тут в дело вступаете вы.
– Ну, наконец-то мы перешли к делу, – заметил Гарри.
– Всему свое время, – сказал Бигем. – Хоть наши солисты и по-прежнему в Вашингтоне, в нашем распоряжении остается хор.
Гарри покачал головой, не понимая логики Бигема.
– Команда судна, – уточнил Бигем. – Согласен, они не могут знать, шел ли «Титаник» слишком быстро для таких условий, или были ли вахтенные офицеры достаточно подготовлены, но они не были простыми зеваками. Каждый из выживших моряков занял место в спасательной шлюпке и получил место в первом ряду, чтобы наблюдать за всем, что происходило дальше, а некоторые также знают, что происходило до столкновения. Никто из механиков не спасся, но некоторые кочегары сумели выбраться. Они смогут рассказать нам, что происходило на нижних палубах.
– Некоторых я видел, – ответил Гарри. – Мне показалось, они до сих пор подавлены.
– Разумеется. Поэтому мы и постарались получить от них показания до того, как они опомнятся или решат поступить так, как им выгоднее. У нас все записано. Так будет лучше.
– Лучше для кого? – спросил Гарри. – Насколько я заметил, членов команды заставили дать показания, задержав оплату до тех пор, пока они не подчинятся.
Бигем отмахнулся.
– Мы не хотели потерять их. Одни из Ирландии, другие из Шотландии. Нам бы потом пришлось собирать их по всем Британским островам.
Бигем широко улыбнулся, еще раз оценивая результаты своих приготовлений.
– Вы – последний элемент в этой головоломке, – сказал он. – Когда я услышал о вашей связи с дочками графа Риддлсдауна…
– Никакой связи нет. Епископ Фординбриджский попросил меня, и…
Бигем поспешил перебить его.
– Для вас это было раз плюнуть, да? После работы, проделанной в Индии, поиски пропавших девчонок, наверное, показались слишком скучными.
Гарри пожал плечами.
– Все стало намного интереснее, когда я выяснил, что они оказались на «Титанике».
Бигем приобнял Гарри за плечи и повел его в дальний конец зала.
– Я слышал, что вы сделали в Лакхнау, – произнес он.
Гарри не ответил. Слишком много чего произошло с ним в индийском Лакхнау. Он понятия не имел, какие слухи могли дойти до гвардейского офицера.
– Жена генерала, – сказал Бигем. – С вашей стороны было чертовски дерзко взять ситуацию в свои руки. Жаль, что все так плохо закончилось. Генерал совершил непростительную ошибку, взяв с собой мемсахиб[99]. Бедняжка была обречена, хотя, должен согласиться, идея найти индийскую повитуху была куда более удачной, чем оставить ее в руках полкового хирурга. Армейские костоправы совершенно бесполезны, когда речь идет о женских делах. Я слышал, генерал отправил ребенка с кем-то в Англию.
Гарри на мгновение был ошеломлен. Больше года он пытался все это забыть, но теперь картина снова стояла у него перед глазами.
Индианки уже смыли кровь и запеленали младенца. Жена генерала лежала неподвижно на кровати, осунувшаяся, мертвенно бледная, со сложенными на груди руками.
– Кто скажет сахибу? – спросила повитуха на хинди.
– Думаю, я, – ответил Гарри. – Он вернется на следующей неделе.
– Это мальчик. Маленький, но сильный.
«И это будет единственное, что генерал захочет знать», – подумал Гарри.
– Я найду ему кормилицу, – сказала повитуха, прижимая младенца к груди.
Гарри не знал, как генерал отнесется к тому, что кормилицей его сына станет индианка. Но не успел он об этом подумать, как прибежал Кардью Уортингтон и сообщил о готовящейся охоте на кабана, и Гарри принял роковое решение ехать с ним.
Бигем, не подозревая, какие мысли терзали Гарри, отвел его в кабинет в дальней части здания и указал на гору бумаг на столе.
– Показания, полученные в Плимуте, – сказал он.
– И чего вы от меня хотите? – спросил Гарри.
Ему не терпелось уйти и остаться наедине с воспоминаниями.
– Я хочу, чтобы вы вернулись на службу правительства его величества, – ответил Бигем. – Именно вы нам и нужны.
Гарри молчал. Мыслями он все еще был в Индии.
– Что-то не так, старина? – нахмурился Бигем.
Вины Бигема тут не было. Никто не знал об отношениях Гарри с женой генерала. «Нет, это не были отношения. Ей было одиноко. Мы просто беседовали о книгах». Гарри тряхнул головой.
– Нет-нет, просто… Нет, все в порядке. Просто не люблю, когда мне напоминают об Индии.