Екатерина Балабан – Там за горизонтом (страница 3)
-Канал, Мирея Дмитриевна! – чуть не плача от счастья прошептала она, - Передаю Земле наши данные!
В тот же миг Света почувствовала резкий запах нашатыря и очнулась.
Перед глазами оказался монитор с биллингом, а вовсе не звездная карта, не странный нанокоммутатор, не искривленное неправильностью космическое пространство, остались только звучные переливы пультов связи. Своей, колл-центровой. Света выдохнула, протерла глаза. В гарнитуре, оставшейся в ухе, настойчиво требовал помощи какой-то истеричный голос, а рядом в три голоса верещали перепуганные коллеги. Провод был заново заклеен красной изолентой, кофе вытерт насухо, на столе горы ваты, таблеток и пузырьков с лекарствами.
-Вам нужен старший оператор? - спросила Света машинально, того, кто мучил ее слух, - Я сейчас соединю.
Она нажала кнопку перевода и откинулась на спинку кресла. Что это было сейчас? Сон? Господи! Как же крепко ее приложило!
-Света, ты в порядке? — спросила одна из суетившихся рядом девочек, соседка по кабинке, полненькая Ленка, - Может домой пойдешь? Начальник вообще-то скорую вызвал, но она еще не приехала.
— А? - Света еще потерла глаза, взъерошила рыжие волосы, - Скорая? Нет! Я так как-нибудь.
-А не надо бы так, - сказал начальственный голос из-за спин сотрудниц, - С электричеством шутки плохи!
Света обернулась на голос, надеясь, в кое то веки рассмотреть, как выглядит ее непосредственный руководитель, но увидела только удаляющуюся спину в сером свитере.
-Я буду работать! – шепнула она тихонечко Ленке и другим девочкам, - Все хорошо, вы все очень помогли. И за провод спасибо! Какой он теперь красивый, красненький. А скорую отправьте с миром. Жутко боюсь скорых!
Света села работать – говорила, переключала, записывала. Но перед глазами снова и снова всплывало яркое воспоминание – космолет с прекрасной женщиной-командиром на борту, гиперканал, смертельная опасность. Ее терзало сильное беспокойство о судьбах, находившихся на борту «Астрид» людей и было совершенно наплевать на примитивные проблемы настырных клиентов.
Глава 2. Маг
Профессор Арсеньев в тысячный раз просматривал данные, постукивал пальцами по столу, хмурил черные брови. На красивом, волевом лице отражались сомнения и тревога. Орбитальные отклонения усиливались в среднем на 0,003% в год на протяжении прошедших десяти лет. До этого периода приборы разведывательной техники никогда не показывали ничего необычного. Считалось, что сектор К-453 полностью изучен. Считалось до тех пор, пока не случилось первое несчастье. Если так пойдет дальше...
Профессор поднял глаза на седого адмирала Нелидина, напряженно замершего напротив за круглым дубовым столом. В отполированной до зеркальности столешнице отражалась массивная фигура в черном кителе Космофлота, желтые пуговицы, белые аксельбанты, аккуратная, подрагивающая от нервного тика под губой бородка.
- Что скажете Сергей Эдуардович? – хрипло спросил адмирал, - От вашего мнения зависит многое.
С обеих сторон от главнокомандующего космическим флотом замерли в сосредоточенном молчании Министры промышленности и экономического развития Земли. Ждали окончательного вердикта ученого.
Мартовское солнце, врываясь в просторный кабинет, перебрасывало радуги от стеклянной посуды, расставленной на столе, к той же столешнице, к пуговицам адмирала, бликовало в зеркалах за высокими дверцами шкафа сбоку, в винтажных рамках фотографий на стене и... в хрустальных кристаллах сережек капитана второго ранга Миреи Ивановой – выдающегося космопилота, командира тяжелого космолета «Астрид», с блеском завершившей три научно-исследовательские экспедиции. Последняя, закончившаяся всего три месяца назад, могла стоить ей жизни из-за ничтожной ошибки в расчетах гиперканала с Земли, но, как всегда, помогли находчивость Миреи и профессионализм всех членов ее замечательного экипажа. Мирея сейчас все еще должна была находиться в шестимесячном восстановительном отпуске, однако командование посчитало ситуацию экстренной и вынесло решение вызвать космопилота в штаб.
Арсеньев тоже недавно вернулся из отпуска, который проводил на горном курорте Алтая, отключив все связи с внешним миром. Последние данные с зондов пришли без него, но он уже неделю разбирался с ними, напрасно надеясь, что где-то закралась неточность. Безупречная техника не могла ошибиться.
Весенняя солнечная легкомысленность плохо вязалась с серьезностью ситуации, с необходимостью принятия взвешенных решений, от которых зависели судьбы людей. Тем не менее Арсеньев невольно засмотрелся на игру света в сережках — как в детстве, когда можно было просто ловить солнечные зайчики и ни о чем не думать. Потом вздохнул, тряхнул головой, прогоняя наваждение. Сейчас не время для беспечности.
-Мое мнение вы знаете, - ответил Арсеньев, открыл в эферионе таблицы расчетов, прокрутил до встроенных иллюстраций, указал кончиком стилуса на пульсирующую красным точку между мерцающих голубым, зеленым и белым звезд, - За последние десять лет в аномальном секторе пропало три орбитальных корабля, один из них пассажирский, полсотни вижетов и несколько грузовых роболетов. Все без сигналов бедствия. Разведывательная техника, направленная в данный сектор, сразу после первого инцидента, показала небольшие отклонения двух планет системы К-453 от исторических траекторий. Тогда мы еще могли списать эти цифры на погрешность техники. Теперь нет. Ежегодно отклонения усиливаются. На микродоли, но прежде такого не случалось. В этом году «Заслон» установил на «разведчиков» датчики класса ЭС-35, в матрицу которых встроены композитные кристаллы с Энцелада. ЭС-35 способны реагировать на малейшие, самые ничтожные колебания гравитационных полей. С их помощью мы подошли так близко, как смогли, снова отсканировали проблемное пространство и считали более достоверную информацию. Наши опасения подтвердились. Погрешность в расчетах ничтожно мала, если вообще существует. Поэтому я с достоверной точностью могу вам сказать, что там, куда мы пока не можем добраться с помощью оптических каналов связи или как-то еще, зонды просчитали некий объект Икс, гравитация которого постоянно растет. Объект достаточно велик для того, чтобы вызывать колебания соседних с ним планет, достаточно автономен, чтобы направление его движения шло вразрез с обращением соседних планет. Мало того он перемещается в сторону земли, что может представлять для нас угрозу. К сожалению, этот объект мы можем наблюдать пока только в виде столбцов сухих цифр и расчетов. Дальнолетность беспилотных средств имеет пределы. Для дальнейших исследований нужно присутствие человека в непосредственной близости от объекта Икс.
-Стало быть вы настаиваете на экспедиции? – проговорил Министр промышленности, усталый дядька с воспаленными от бессонницы глазами, - А как же сгинувшие космолеты? Экспедиция может натолкнуться на ту же беду и никогда не вернуться!
Министр оглянулся на Иванову, быстро отвел взгляд, наверное, чувствуя себя виноватым в том, что необходимость втягивает молодую женщину в опасную авантюру. Да, ей не привыкать путешествовать между звездами, ей не привыкать бросать вызов судьбе, но до сих пор она работала в зонах с известной гравитационной топографией.
-Вот именно – сгинувшие космолеты, - кивнул профессор и тоже посмотрел на Мирею, но не как на будущую жертву в дар Великому Космосу – с восхищением.
Он понимал, впрочем, так же, как и все здесь присутствующие, что Мирея лучшая в своем деле. Холодна, как лед, в любой ситуации; словно мощнейший суперкомпьютер, способна принимать точно выверенные решения. Никакие обстоятельства не способны сбить ее с толку или остановить. Арсеньев едва заметно улыбнулся ей одними уголками глаз и продолжил свою мысль:
-Игнорировать проблему невозможно, как бы нам ни хотелось. Один корабль, пара зондов — еще куда ни шло. Можно было бы подумать на технические сбои или метеоритный поток. Но статистика неумолима. Мы не просто теряем технику и людей. Взгляните, - Арсеньев расширил пространство просмотра таким образом, чтобы стало видно планеты системы Минтака – дельты Ориона, обвел световой контур вокруг одной из наиболее близких к звезде планет, - Это Экзо-7. Все мы знаем, что именно там добывают девяносто процентов люминита, так необходимого для энергетической составляющей человечества. Из-за опасения попасть в неизученную гравитационную аномалию, транспорт теряет время, пробираясь к планете обходными траекториями, которые в настоящее время строятся на предполагаемых величинах, а не на четких данных. Мы теряем еще и ресурс, а в космических масштабах такие отклонения катастрофически невосполнимы. Через пятнадцать – двадцать лет о добыче минералов с Экзо придется вообще позабыть. Это первое. Второе! Объект, судя по его поведению, может оказаться, как бы дико это не прозвучало из моих уст, межгалактическим инопланетным судном. И цели его неясны: они могут быть как мирного характера, так и откровенно враждебными. Пока это только предположение, но угроза, пусть и гипотетическая, требует нашего вмешательства. Поэтому да, я настаиваю на экспедиции.
-Земляне до сих пор не нашли жизни нигде во вселенной! – возразил Арсеньеву затянутый в синий официальный костюм моложавый Министр экономического развития, - Вы думаете, что совершили открытие?