Екатерина Бакулина – Доверься судьбе (страница 4)

Надо признать, он честно и весьма уверено ловит. Р-раз, и я в его руках. И держит так… Почти обнимает.

Только я мгновенно ощущаю, как у него спину болью пронзает, аж до искр в глазах, как он сжимает зубы. И уже ни о каких объятьях думать не выходит. Хотя улыбается он по-прежнему. Руки чуть дрожат, но Ульрих старательно делает вид, что ничего не произошло.

- Отпусти, - сказала я. – У тебя же спина!

Он чуть смутился даже, меня ноги поставил.

- Ты чувствуешь, да? Меня действительно ранили недавно и с лошади сбросили. Не только ногу, но и спину сломали. Я думал, уже все прошло…

- Вот дурак! – фыркнула я. – Тебе врача надо?

- Не, - он отмахнулся. – Сейчас само пройдет, ничего страшного. Если бы правда было плохо, я бы тебя не удержал.

Я вздохнула только. Тяжело вздохнула.

- Стой. Я сейчас туфли найду.

Он послушно кивнул, чуть с трудом распрямился, за поясницу схватившись.

А интересно, что, когда он как бы ногу подвернул – я совсем ничего не почувствовала. Тогда соврал? Похоже на то.

Одну туфлю я нашла сразу, она прямо передо мной, на видном месте лежала. Вторая улетела в куст роз, и пришлось ее оттуда вытаскивать. Но я смогла.

Когда вернулась к Ульриху, он легкие наклоны из стороны в сторону делал, вытянув руки вверх. Быстро бросил это, меня увидев. Смутился снова. Ох, тоже мне – герой войны! Мальчишка совсем, ему и двадцати-то не было тогда.

- Уже все прошло! – обрадовал меня. – Ты легкая совсем, так что ничего.

Как есть – дурак. Но мне вдруг даже понравилось. Куда больше скучных бесед и лобызаний моей руки. Обычный парень, дурной, но понятный, у нас в деревне полно таких. С ним скучно не будет.

- Идти-то можешь? – спросила я.

- Конечно, могу! Идем лилии смотреть?

В подтверждение своих слов он даже пару раз немного подпрыгнул.

Когда мы вернулись, спустя примерно час, отец искал меня.

Еще бы! Я только что танцевала, и вроде бы на балкон вышла. И пропала совсем. И Ульрих пропал со мной.

Думаю, воображение рисовало отцу совсем не радужные картины.

Он успел обойти все комнаты и выйти на лестницу. Вот на этой лестнице мы его и встретили. Ульрих в тине по колено, я с лунной лилией в руках.

Надо отдать должное – Ульрих передал меня отцу из рук в руки. Не побоялся. Хотя побоялся, конечно, но все же крепко держал меня за руку, и я чувствовала, как его слегка потряхивает.

Едва увидев меня, отец дернулся было ко мне, но замер. И пока мы шли – его лицо все больше багровело.

- Прошу прощения, лорд Винклер, - Ульрих даже шаг вперед сделал, чуть прикрывая меня собой. – Я пригласил вашу дочь прогуляться и предложил показать королевский парк, а она любезно согласилась.

Он изо всех сил старался нагло улыбаться, но я стояла так близко и видела, что ему самому не по себе. Мой отец ему, конечно, ничего сделать не может, но может пожаловаться королю. И тогда у Ульриха будут неприятности.

Лицо отца закаменело. Думаю, он сразу понял, чем эта история закончится.

- Что вы себе позволяете? – тихо, но страшно сказал он.

- Совершенно ничего не позволяю, - ухмыльнулся Ульрих. – Мы просто гуляли и разговаривали, не подумайте плохого. Отчего бы не погулять в такую чудесную ночь?

Глава 3

Мы нашли Ульриху штаны моего покойного мужа. К счастью, не выбросила и никому не отдала. Правда, Ульриху они были безбожно коротки и как-то мешковато на нем сидели, но уж все лучше, чем без штанов. Рубаху тоже нашли. А вот обуви на его ногу не нашлось.

- Сапоги мои тоже постирали? – чуть язвительно поинтересовался Ульрих.

- Сапоги я тоже отдала чистить, - сказала строго. – Как закончат, вернут. По дому можешь пока и босиком походить, ничего с тобой не будет.

- Я хотел уйти, - сказал он хмуро.

- За тобой гонятся? – спросила я. – Ты бежишь от правосудия, и они в любой момент могут тебя догнать?

Честно сказать, с правосудием мне тоже связываться не очень хотелось. Кто знает, что Ульрих там натворил.

Он тихо засопел и долго смотрел на меня, словно размышляя, как ответить.

- Нет, - сказал, наконец. – Не думаю, что ищут. Мне велели проваливать и больше не появляться. Сказали, что и так повезло, что не повесили на суку, что позволили жить дальше. Не сказали только, что с такой жизнью делать.

Зло вышло.

Изгнание, значит. Скорее всего, лишили земли, титула… всего. Иначе не выглядел бы он так печально.

- Останься до утра, - сказала я. – А утром уйдешь.

Ульрих покачал головой.

- Я сейчас уйду.

И это было… я не могла понять. Глупо было.

От чего можно так упрямо бежать? Он ведь на ногах едва стоит.

- Боишься куда-то не успеть? – спросила я. – А что, если завтра утром тебя снова кто-то сюда притащит? Зеленщик на этот раз? Или горшечник.

Он насупился.

- Я… в лес пойду. Там не найдут.

- Хочешь умереть?

Ответить он не успел, вот тут как раз принесли немного еды. Я подумала, что нормально ел Ульрих давно, поэтому много не стоит, и чего-нибудь простого и легкого. Большую кружку бульона, и вареное мясо с хлебом. Ну, пока так.

- Куда поставить, госпожа? – спросила горничная, чуть с опаской поглядывая на Ульриха. И я кивнула на стол у окна.

Видела, как Ульрих вытянулся, как сглотнул жадно, и в животе у него отчетливо заурчало. А глаза стали совсем сумасшедшие, когда он на поднос с едой смотрел. Настолько, что горничная испуганно охнула и поспешила скрыться, даже не спросив, нужно ли чего-то еще.

- Это тебе, - сказала я Ульриху.

И потом с минуту, наверно, наблюдала дикую внутреннюю борьбу.

- Не нужно, спасибо, - сказал он, наконец. – Я пойду. Надеюсь, штаны тебе не очень жаль.

- Это Йозефа, - сказала я со вздохом. – Ему больше не понадобятся. А ты как, босиком пойдешь?

Ульрих скрипнул зубами.

- Босиком.

И это так дико, что я не удержалась.

- Если хочешь умереть, - сказала я, - то просто скажи. Я сделаю. Я умею, ты знаешь. Просто остановлю сердце, и никаких лишних хлопот. Потом зароем тебя на заднем дворе, под кустом гортензии.

Он вздрогнул. И глянул на меня так, что даже испугалась – согласится сейчас. И что тогда делать?

Но он только облизал губы.

- Почему под кустом?

- Не знаю, - пожала плечами я. – Почему нет? Красиво.

Его заметно передернуло. Наверно, что-то в моем голосе убедило, что я действительно могу.