Екатерина Алферов – Церера (страница 26)

— Эй, для этого и нужны старшие братья, верно? — он попытался улыбнуться, но я видела грусть в его глазах. — Жаль, что я не могу остаться дольше.

— Ты и так сделал больше, чем мог, — я прижалась к нему. — Твоя служба важна.

Мы остановились у края небольшого утёса, с которого открывался вид на бескрайние леса Цереры. Солнце медленно клонилось к горизонту, окрашивая небо в удивительные оттенки пурпура и золота.

— Обещай, что будешь осторожна, — серьёзно сказал Марк. — Никаких больше приключений, хорошо?

Я кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

— Обещаю. А ты обещай, что будешь чаще выходить на связь.

— Договорились, — Марк крепко обнял меня. — Я буду скучать, сестрёнка.

— И я, — прошептала я, не в силах сдержать слёзы.

Некоторое время мы молча стояли, созерцая закат и мысленно прощаясь с завершающимся этапом нашей жизни. Завтра Марк улетит, а я останусь здесь, чтобы продолжить работу наших родителей и раскрыть тайны Цереры.

Когда мы наконец вернулись в купол, я помогла Марку собрать вещи. Мы ещё долго сидели на кухне, вспоминая детство, родителей, делясь планами на будущее. А утром, после быстрого завтрака, я проводила его до посадочной площадки.

— Береги себя, — сказал Марк, в последний раз обнимая меня перед тем, как подняться по трапу.

— Ты тоже, — ответила я, махая ему рукой.

Я смотрела, как взлетает корабль, унося моего брата обратно к его службе, и чувствовала странную смесь грусти и решимости. Одна глава моей жизни закончилась, но впереди ждала другая, полная новых открытий и возможностей.

Пока я отдыхала в лазарете и проводила время с единственным родственником, научное сообщество Цереры бурлило и полыхало. Во-первых, Университету срочно пришлось назначать нового куратора, а, во-вторых, по правилам безопасности меня не могли оставить одну в куполе. Поэтому Альфина в общем чате предложила свою кандидатуру.

— Заодно я приведу студентов. И тебе не одиноко, и мы сможем за тобой приглядывать, а профессор Сильва и Хан наконец-то перестанут делить компьютеры.

Я только вздохнула. Похоже, за мной уже закрепилась слава хулиганки…

Альфина, верная своему слову, приехала вместе с двумя студентками — Натали и Сарой. Они привезли с собой целую гору оборудования и провизии, явно намереваясь остаться надолго.

— Если нужна помощь с дипломом — обращайся, — заявила Альфина, расставляя приборы. — И заодно проследим, чтобы ты больше не влипала в неприятности.

Я хотела было возразить, но поняла, что на самом деле рада компании. Одиночество в этом куполе, полном воспоминаний о родителях, было бы слишком тяжелым.

Следующие недели пролетели в напряженной работе. Мы с девочками погрузились в исследования, анализируя данные, собранные моими родителями, и проводя новые эксперименты. Альфина оказалась прекрасным наставником, помогая нам разобраться в сложных вопросах и направляя наши изыскания. При этом она не забывала заниматься и своими бумагами. Серьёзная девушка писала кандидатскую работу.

Натали и Сара были в восторге, работая над своими летними проектами. Их энтузиазм был так заразителен, и я поймала себя на том, что снова увлечена наукой, несмотря на все пережитые трудности.

Я проводила долгие часы в лаборатории, изучая образцы местной флоры и анализируя их уникальные свойства. Особенно меня заинтересовал механизм коммуникации между растениями Цереры, который так интриговал моих родителей.

Я просматривала результаты анализа геномов, моего и церерских растений. И наконец нашла совпадающие части. Две длинных цепочки нуклеотидов были практически идентичны. Вот они, встроившиеся гены. Видимо, это они отвечали за мои странную связь с хором.

Я изучала препараты под микроскопом, стараясь разобраться, какая конкретно часть отвечает за приём и передачу. Натали и Сара вызвались мне помочь.

— Смотрите! — воскликнула однажды Натали, указывая на монитор. — Кажется, я обнаружила нечто странное в структуре клеточных мембран.

Мы столпились вокруг экрана, рассматривая увеличенное изображение. То, что мы увидели, заставило нас ахнуть от удивления. В мембранах клеток присутствовали необычные белковые комплексы, которые, похоже, могли генерировать и принимать слабые электромагнитные сигналы.

— Как занятно, — задумалась Альфина. — Похоже, растения Цереры действительно общаются с помощью некоего подобия природной радиосвязи.

Это открытие стало ключевым для моего диплома. Мы провели серию экспериментов, подтверждающих нашу гипотезу, и я погрузилась в написание работы. Альфина и девочки помогали мне, вычитывая текст и предлагая идеи для улучшения.

Ночью, лежа в постели, я вспоминала о «хоре», который слышала во время своих злоключений. Теперь, зная о способности растений Цереры к коммуникации, я задумалась: не было ли это проявлением их «разговоров»? Может быть, в момент стресса мой мозг каким-то образом настроился на их частоту?

Эта мысль не давала мне покоя. Я решила, что обязательно включу этот опыт в свои дальнейшие исследования. Возможно, это поможет нам лучше понять, как именно работает растительная коммуникация на Церере.

Лето пролетело, пришла пора собирать плоды напряжённой работы и предъявить их коллегам для отчёта.

Наконец, настал день защиты. Для студентов-практиков Университета Деметры защита дипломов обычно происходила осенью, перед началом нового учебного года. Это было крайне торжественное мероприятие.

Я, волнуясь, стояла перед комиссией, состоящей из ведущих ученых Университета и нескольких профессоров, прилетевших на мою защиту специально с Цереры. Среди них был и профессор Сильва, который, несмотря на свою обычную ворчливость, смотрел на меня с явным интересом. Хан и Альфина сидели прямо за ним. Они ободряюще помахали мне руками. Даже Натали и Сара пришли поддержать меня, они выставили коммуникаторы, снимая видео для моего брата.

Сделав глубокий вдох, я приступила к докладу. Излагая результаты исследований, выдвинутые гипотезы и их доказательства, я ощущала, как меня переполняет гордость за проделанный труд. Это было не просто завершение учебы — это было продолжение дела моих родителей, шаг к разгадке тайн Цереры.

— И если вы позволите, уважаемые коллеги, — я сглотнула, стараясь преодолеть ком в горле, — Я хотела бы назвать обнаруженные комплексы «комплексом Соколовых». В честь… в память о моих родителях.

Когда я закончила выступление, в аудитории повисла тишина. А потом профессор Сильва встал и начал аплодировать. К нему присоединились остальные члены комиссии.

— Блестящая работа, — сказал председатель комиссии. — Вы не только продолжили исследования ваших родителей, но и сделали значительный шаг вперед в понимании уникальной экосистемы Цереры.

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. В этот момент я как никогда остро ощутила отсутствие мамы и папы. Как бы они гордились мной сейчас… Я хотела бы видеть их, сидящими на первом ряду, наблюдать, как горят гордостью и интересом их глаза. И после защиты прыгнуть в их объятия…

После защиты ко мне подошел профессор Сильва.

— Юлия, — сказал он, впервые обращаясь ко мне по имени, — я хотел бы предложить вам место в нашей исследовательской группе. Ваша работа открывает новые горизонты, и мы были бы рады видеть вас в команде.

Я была поражена этим предложением. Работать с самим Сильвой, продолжать изучать тайны Цереры — это было больше, чем я могла мечтать.

— Спасибо, профессор, — ответила я, чувствуя, как в груди разливается тепло. — Я с радостью принимаю ваше предложение.

— Ещё чего. Избавьте нас от вашего вечного ворчания, — фыркнула Альфина. — Мы с Юлией будем работать отдельно от вас с Ханом. У вас будет свой купол, у нас — свой.

— Предательница! — ахнул Хан.

Мы обменялись взглядами, и комнату наполнил дружный смех. На моем лице расцвела искренняя улыбка.

К вечеру мы с Альфиной, Натали и Сарой организовали скромное торжество в одном из университетских кафе. Марк прислал видеосообщение с поздравлениями, обещая прилететь, как только получит отпуск.

Окидывая взглядом лица новых друзей и коллег, я осознала: несмотря на все пережитые трудности, мой путь на Церере только начинается. Я победила громовую стрекозу, и теперь могу с чистой совестью вернуться.

Там, на этой загадочной планете, мне предстоит раскрыть еще немало тайн. И кто знает, может быть, однажды я снова услышу тот таинственный хор, воспевающий подвиги титанов и чудеса Цереры.

Интерлюдия «Кольцо»

За неделю до начала истории:

Виктор сидел за своим столом, вертя в руках маленькую бархатную коробочку. Открыв ее, он долго смотрел на сверкающее обручальное кольцо, которое, казалось, впитало в себя свет звезд.

— Юлия, — начал он, — обращаясь к пустому кабинету, ты знаешь, что дипломная работа — это большой шаг в жизни каждого ученого. Это начало нового пути…

Он замолчал, покачав головой. Слишком формально и вообще не по теме. Виктор сделал глубокий вдох и попробовал снова:

— Юлия, твоя дипломная работа блестяща. Ты стоишь на пороге великих открытий. И я… я хочу быть рядом с тобой на этом пути. Не окажешь ли ты мне честь…

Дверь кабинета внезапно открылась, и вошел Стивен, дежурный офицер безопасности. Виктор поспешно захлопнул коробочку и спрятал ее в ящик стола.

Стивен окинул Виктора скептическим взглядом.