Екатерина Алферов – Киннотё. Золотая Бабочка. Пробуждение (страница 14)

[Загрузка обновленных драйверов]

[Калибровка новых компонентов]

[Инициализация сенсоров…]

Возвращение сознания после ремонта было похоже на медленное включение старого дисплея или радио – сквозь белый шум постепенно прорывались отдельные сигналы. Сначала базовые системы: энергоснабжение, стабилизация, охлаждение. Потом более сложные функции: память, анализ, речь. И наконец, то неуловимое, что делало меня мной – личность, воспоминания, желания. Как будто мой мозг заново учился существовать в этом механическом теле, теперь уже с новыми компонентами… потом… возникли голоса. Несколько человек негромко разговаривали где-то рядом.

– …ещё одна учительница. Хидео говорит, недавно после аварии.

– Как Мики-сан в прошлом году?

– Нет, та хотя бы успела оформить страховку. У этой вообще все через задний порт системы…

Я активировала оптические сенсоры. В мастерской было трое: Хидео, знакомый мне Танака и женщина с серебристым корпусом старой модели. Система автоматически начала сканирование:

[Обнаружено: 3 субъекта]

[Идентификация: Хидео (механик), Танака (модель KX-350), неизвестная (модель RS-227)]

[Анализ диалога: неформальное общение]

– А, очнулась! – Хидео подошел ко мне. – Как самочувствие? Системы в норме?

Я провела быстрый тест. Новые компоненты работали… иначе. Не лучше и не хуже официальных – просто по-другому. Как будто тело говорило на слегка измененном диалекте.

– Непривычно, – ответила я честно.

– Это нормально, – женщина с серебристым корпусом подошла ближе. – Я Сакура. Тоже была человеком, пока взрыв в лаборатории… – она махнула механической рукой. – Теперь вот, работаю в доках. Грузчиком.

– Грузчиком? – система отметила несоответствие её изящной конструкции и заявленной профессии.

– Усиленный каркас, – она усмехнулась. – Хидео модифицировал. Официальные сервисы отказались – говорят, не положено женской модели такие апгрейды. А я что, не человек? Не могу работу выбирать?

У Сакуры движения были плавными, несмотря на усиленный каркас – она сохранила грацию ученого даже в теле грузчика. Танака двигался экономно, чётко, как и положено спасателю – каждый жест имел свою цель. В их неуловимых особенностях система считывала отголоски прежних профессий, которые не смогла стереть даже полная киборгизация.

Танака, присевший на верстак, кивнул:

– Вот и я о том же. Был спасателем, теперь вроде как «не соответствую стандартам безопасности». А то, что за пятнадцать лет сотни людей спас – не в счет.

Я помнила его историю из социальной службы, но теперь он говорил свободнее:

– Когда случился тот взрыв в шахте… Мог уйти с остальными. Но там ещё оставались люди. Успел вытащить троих, прежде чем обвалилась кровля. Очнулся уже таким, – он постучал по своему корпусу. – А через месяц узнал, что «не подхожу для дальнейшей службы».

– Потому что неофициальная модель? – спросила я.

– Потому что больше не вписываюсь в их правила, – он покачал головой. – Мы все здесь не вписываемся. Слишком машины для людей, слишком люди для машин.

Сакура протянула мне какой-то предмет – небольшой электронный модуль:

– Держи. Это преобразователь сигналов для сенсорной системы. Помогает лучше чувствовать текстуры. Не совсем как человеческая кожа, но… лучше, чем стандартные датчики.

– Спасибо, но… почему?

– Потому что мы должны помогать друг другу, – она пожала плечами. – У меня есть запасной, а тебе пригодится. Особенно в кафе – официантке нужны чуткие пальцы.

Система мгновенно просканировала модуль:

[Нестандартное оборудование]

[Совместимость: 89%]

[Риск повреждения систем: минимальный]

[Потенциальное улучшение тактильных функций: +47%]

– Откуда ты знаешь про кафе? – удивилась я.

– Мы следим за своими, – Хидео вмешался в разговор. – Обмениваемся информацией, помогаем с работой, делимся запчастями. Официальный мир отверг нас – пришлось создать свой.

– Своего рода профсоюз киборгов, – усмехнулся Танака. – Только вместо забастовок у нас взаимопомощь.

Я смотрела на них – таких разных, но объединенных общей судьбой. Бывший спасатель, ставший механиком. Ученая, работающая грузчицей. Учительница литературы, превратившаяся в живой аттракцион. Система анализировала их показатели: кто-то с изношенными сервоприводами, кто-то с нестандартными апгрейдами, все – с неофициальными компонентами. Но в их движениях, в их словах было что-то… человеческое.

– Первое правило выживания, – продолжила Сакура, – никогда не показывай слабость. Люди уже считают нас ущербными – не давай им повода убедиться в этом. Держи осанку прямо, двигайся уверенно, даже если внутри все системы вопят об ошибках.

– И не бойся быть собой, – добавил Танака. – Да, ты теперь другая. Но это не значит, что нужно отказываться от того, кем была. Просто… найди новый способ быть человеком.

Система зафиксировала странный парадокс: эти создания из металла и пластика говорили о человечности убедительнее, чем многие люди из плоти и крови.

[Обновление социальных протоколов…]

[Добавление новых поведенческих паттернов]

[Формирование связей с сообществом…]

[Статус: принято]

– У нас есть группа поддержки, – сказал Хидео, протягивая мне еще одну карточку с зашифрованными контактами. – Встречаемся раз в неделю. Обсуждаем проблемы, делимся опытом, иногда просто… существуем вместе. Приходи, если захочешь.

Я приняла карточку, и система автоматически сохранила данные. Впервые с момента аварии я почувствовала что-то похожее на принадлежность. Не к миру людей и не к миру машин, а к чему-то новому, находящемуся между ними. К сообществу существ, которые не вписывались ни в одну категорию, но нашли способ создать свою собственную.

– Добро пожаловать в семью, – повторила Сакура слова Хидео, и на этот раз они прозвучали как-то особенно правильно.

Я никогда не думала, что найду подобие семьи в подпольной мастерской на нижних уровнях станции. Но может быть, именно здесь, среди отвергнутых и списанных, сохранилось больше человечности, чем наверху. Мы были как осколки разбитого зеркала – каждый отражал свой кусочек прежней жизни, но вместе создавали что-то новое, неожиданно целостное.

闇の中

機械の群れは

人の心

(Yami no naka

Kikai no mure wa

Hito no kokoro)

В темноте глубин

Стая механизмов, но

С сердцем людским здесь.

Глава 8

Глава 8: НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА

«Неоновая Сакура» работала в обычном режиме. Система регистрировала привычные параметры: средняя заполняемость зала 73%, уровень шума 62 децибела, температура воздуха 22,1°C. Я принимала заказы, позировала для фотографий, отвечала на одни и те же вопросы о своей природе. Обычный день. Пока мои сенсоры не зафиксировали аномалию.

[Обнаружено: нестандартное поведение посетителей]

[Анализ жестов и мимики: признаки стресса]

[Повышенный уровень кортизола в поте]

[Рекомендуется: детальное сканирование]

Трое мужчин за угловым столиком. Двое – типичные завсегдатаи нижних уровней: потертые куртки, следы ожогов от сварки на руках, дешевые нейроимпланты. Третий – в дорогом костюме, с качественными кибернетическими модификациями. И с ними… Система запнулась, перепроверяя данные.