Екатерина Алферов – Кинноте. Золотая Бабочка. Пробуждение (страница 43)

[Входящий сигнал]

[Источник: Медцентр района С-12]

[Приоритет: высокий]

— Новое дело? — Акико уже подтягивала базу данных.

— Похоже на то. Доктор Ямамото, из тех, кто нам помогает. Говорит, поступил пациент с нестандартными имплантами…

— Как у тех детей?

— Да. И он не единственный. Кажется, у нас появился новый след.

Сообщение от доктора Ямамото заставило мои системы перейти в режим повышенной готовности. Слишком знакомый почерк, слишком похожие детали.

Я отправила короткий зашифрованный сигнал Тору — пусть готовит команду. Похоже, репутация «последней надежды» требовала постоянного подтверждения делами.

Но прежде чем начать операцию, следовало всё проверить. Я активировала протоколы проверки — те самые, что мы создали на основе полицейских, но улучшили с учетом нашего опыта. В конце концов, лучшая репутация строится на осторожности и надежности.

— Знаешь что, Акико? — я отключила кабель подзарядки. — Может, мы и правда что-то вроде робин гудов. Только наш лес — это технические туннели, а лук и стрелы заменили кибернетические импланты.

— И стихи, — добавила она с улыбкой. — Не забывай про твои вечные метафоры, сенсей.

Я кивнула. В этом странном новом мире даже поэзия стала оружием — способом достучаться до человеческого сердца сквозь слои металла и кода.

С каждой успешной операцией наша сеть росла, становилась сильнее. Но вместе с силой росла и ответственность. Мастерская Хидео изменилась за последние месяцы. Новое оборудование поблескивало хромированными поверхностями.

Система отметила множество модификаций:

[Анализ помещения…]

[Обнаружено: новое диагностическое оборудование]

[6 ремонтных станций]

[12 активных киборгов в режиме обслуживания]

[Уровень безопасности: повышенный]

Я наблюдала, как Хидео обучал новичков — трёх бывших инженеров, которых мы спасли из лаборатории Директора. Его руки двигались с привычной точностью, показывая тонкости настройки сервоприводов.

— Главное помнить, — говорил он, регулируя что-то в открытой панели киборга на ремонтном столе, — что вы работаете не с машинами. В каждом теле — человеческий мозг. Живой разум, который чувствует и помнит.

Хидео учил их не только технике. В каждом движении, в каждом слове чувствовалось уважение к тем, кого он ремонтировал. Это было больше, чем просто техническое обслуживание.

Я улыбнулась. Хидео никогда не упускал возможности напомнить об этом новым техникам. В этом была его человечность — то, что отличало его от обычных механиков.

— Как наши запасы? — спросила я, подходя ближе.

— Лучше, чем раньше, — он закрыл панель и повернулся ко мне. — Та сеть поставок, которую вы организовали через доки… она работает. Контрабандисты оказались на удивление надёжными партнёрами.

Мы создали сложную сеть. Запчасти поступали через разные каналы, маскируясь под обычные грузы. Каждый контрабандист знал только свой участок пути.

[Анализ складских данных]

[Критические компоненты: запас на 3 месяца]

[Базовые детали: достаточный уровень]

[Система поставок: стабильна]

— Потому что мы защищаем их семьи, — заметила я. — Помнишь того капитана, чью дочь мы вытащили из борделя на нижних уровнях? Теперь половина «вольных торговцев» считает нас своими.

Хидео кивнул, вытирая руки:

— Никогда не думал, что доживу до времён, когда контрабандисты станут благороднее полиции.

— Вряд ли они только из-за нас станут на честную дорожку, но времена меняются, — я провела рукой по новому диагностическому столу. — Как и мы.

В этот момент система зафиксировала входящий сигнал. Сообщение от патрульной группы пришло на зашифрованной частоте. Я узнала почерк Кенты — короткие, чёткие фразы, только важная информация:

[Приоритетное сообщение]

[Источник: патрульная группа «Север»]

[Шифрование: максимальное]

— Кента, докладывай, — активировала я связь.

— Сенсей, у нас ситуация в секторе F-12. Похоже на подпольную клинику. Та же схема, что и раньше — «добровольцы» с долгами.

Я быстро просканировала район:

— Понятно. Группа готова?

— Да. Рин уже провела разведку. Три входа, минимальная охрана. Похоже, они слишком уверены в своей безопасности.

— Не атакуйте сразу, — я развернула тактическую карту. — Сначала нужно убедиться, что все «пациенты» на месте. И проследить связи — кто поставляет им оборудование, кто покрывает…

— Как в старые добрые времена на арене? — в голосе Кенты послышалась усмешка.

— Именно. Только теперь мы не жертвы, а защитники.

Хидео, слышавший разговор, покачал головой:

— Когда я начинал чинить списанных киборгов в этой мастерской, я и представить не мог, что мы превратимся в целую организацию.

— В семью, — поправила я его. — Мы не просто организация. Мы — семья тех, от кого отвернулось общество.

Я посмотрела на занятых работой техников, на киборгов, ожидающих ремонта, на новые системы защиты по периметру. Всё это появилось не сразу — мы строили нашу базу постепенно, учась на ошибках, поддерживая друг друга.

Система вывела текущую статистику:

[Активных оперативников: 24]

[Технический персонал: 8]

[Информаторы: сеть из 47 контактов]

[Успешных операций: 14]

[Спасено: 56 человек]

Цифры. Раньше я учила детей видеть за ними истории и смысл. Теперь каждая цифра означала спасённую жизнь, предотвращённую трагедию, восстановленную справедливость.

— Знаешь, Хидео, — сказала я, наблюдая за работой мастерской, — иногда я думаю: может, именно для этого мне и было дано это тело? Не просто выжить, а создать что-то большее…

— Учитель всегда остаётся учителем, сенсей, — улыбнулся он. — Просто теперь вы учите нас всех другому — как оставаться людьми, даже если твое сердце сделано из стали.

Я кивнула и активировала связь с патрульной группой. Впереди было новое дело, новые жизни, которые нужно было спасти. Мы прошли долгий путь от группы отверженных киборгов до силы, с которой считались даже в высших кругах станции. Но никогда не забывали, ради чего всё начиналось — ради защиты тех, кто не мог защитить себя сам.

Мы начинали как группа изгоев, цепляющихся за выживание. Теперь стали силой, несущей надежду другим.

В этом странном новом мире мы нашли свое место. Металл и плоть, код и душа — всё сплелось воедино в нашей борьбе за справедливость.

裏道に

守る者らの