Егорлык – Боевой 1918 год (страница 25)

Теперь, настал мой черед вопить. Я тыкал носом комитетчиков, при этом вспоминая все наши прошлые беседы. Обращал внимание на их невеликие умения. Язвительно говорил, что они себя новой аристократией почувствовали, обзывая их коммунистическими барами, а стоящего рядом поручика, быдлом и черной костью, вся вина которого состояла в том, что он родился не в той семье. Предлагал мореманам, окончательно почувствовать себя аристократией и выпороть его на конюшне. Все возражения, пресекал их же словами, сказанными мне накануне.

В общем, сломались комитетчики. И остальных потом убедили, что смотреть надо на человека, а не на его происхождение, или профессию. При этом, (я как-то случайно подслушал), активно пользуясь моими словами и аргументами.

Кстати, интересную вещь заметил, общаясь с аборигенами. Очень мало кто из них, умел выворачивать слова так, чтобы превращать черное в белое. Нагло врать, тоже плохо получалось. Тут же выкупались. Как-то красиво и гладко ответить на необоснованные наезды, мало кто умел. И лохами их ведь не назовешь. Просто, бросалась в глаза какая-то общая наивность людей. В общем, они почему-то сильно напоминали жителей СССР в девяностые годы. Они, так же верили средствам массовой информации. Так же, покупались на любой развод расплодившихся кидал. Так же, открыв рот слушали завиральные обещания очередных ораторов.

Ну это все лирика. А вот то, что у меня получилось переубедить радикально настроенный личный состав, сильно радовало. Поэтому, когда к нам пришли два прапорщика и один подпоручик, то особого шума даже не было. С ними просто плотно переговорили после чего, бывшие "благородия", были зачислены в наш отряд. С не "белой костью", желающей влиться в ряды Особого Ударного, все было еще проще.

А к концу месяца, после получения очередной телеграммы от Жилина, я понял, что более-менее спокойные дни, для нас закончились. Все дело, было в Брестском мире. В моем времени, его заключили еще в начале месяца, на самых поганых условиях. Но сейчас (при мощнейшем давлении Ивана) революционное правительство крутило, вертело, дважды прерывало переговоры и жестко отстаивало свои требования. В конце концов, немцам это надоело и они, окончательно прекратив контакты, пошли в наступление. А до немецких передовых частей, было всего километров триста…

Глава 10

Нет. Это не юг. Это какая-то фигня! Либо, вопли насчет глобального потепления действительно имеют под собой место. Ну сами посудите. Во дворе начало апреля. При этом дождь, ветер и температура около ноля. А мы, всей толпой, во чистом поле. Когда у меня шинель стала льдом покрываться, я уж подумал, что все, полный кирдык настал – сейчас людей переморожу, потом они заболеют и мое войско уполовинится. Хорошо еще, по пути попался довольно большой хутор, в котором мы и разместились. Хозяева, к слову сказать, нашему приходу, совершенно не обрадовались. Но я заверил, что безобразий не будет, а несколько купюр, окончательно примирили их с неизбежным.

Мага, правда, удивился такому расточительству. В его кудлатой голове совершенно не укладывалось – зачем платить, если можно не платить? И даже наоборот – навариться. Мы же несравненно сильнее? Значит, надо выгрести все продовольствие, попользовать дочерей и жен хозяев, забрать все более-менее ценное, недовольных избить и быть счастливым. Что с него взять – дикий человек, дитя гор.

Этот абрек, меня настиг незадолго перед выходом подразделения. Я еще был у себя, когда Бурцев его привел. Серега, отбил Чендиева у часового, который уже хотел отоварить прикладом, хватающегося за кинжал, человека в бурке. Тогда, глядя на классическую (в бурке, черкесске, весь в кинжалах и газырях), полностью экипированную фигуру высокогорного бандита, я очень удивился:

– Мага, а ты откуда взялся? И как, вообще меня нашел?

Рыжеватая борода раздвинулась в улыбке:

– Вот. Все свой дел сделал. Тыпэрь долга пришел давать. Долга жизны. Со старик нашим говорыл. Они сказали – да. Нада так дэлат. Всыгда радом с тобой буду. Да. Пока нэ отдам.

Блин. Мне только "чеха", в виде телохранителя не хватало! Поэтому, предложив гостю разоблачиться, я пригласил его к столу и на секунду задумался, чем же его угостить? Думаю, сало смаковать, он точно не будет. Хорошо, самовар еще горячий. И сушки есть. В общем, как культурный человек, в начале угостив старого знакомого (он ведь мне буквально с первого дня известен), я решил обозначить свою позицию:

– Магомед. Давай сделаем так. Долга никакого нет. Ты его отдал сразу, когда конвоира загрыз. Поэтому, благодарю тебя за встречу, а сейчас собирайся и иди домой, в семью. К детям. К родителям. У тебя же свои дела есть? Вот и иди их делать.

Расслабленный Чендиев, не выпуская сушку, умиротворенно улыбаясь, кивал на мои слова, и я уже подумал, что дело в шляпе. Но не тут-то было! Дождавшись окончания моей речи, собеседник встал и упрямо наклонив голову, ответил:

– Нэт Тшур. Долга ест, нэ когда вмэстэ дралысь. Долга, когда мэна нэ оставил там. А тыпэр ты большой чэловэк. Командыр большой отрад. Знаю – воеват будэш. Я с тобой. Буду закрыват от врага.

В общем, как я не отбрыкивался, ничего у меня не получилось. Ну не пинками же его гнать, в самом деле? Пришлось брать с собой. Но, по-моему, воинственный чеченец, до сих пор лелеял надежду, что я являюсь просто предводителем очень крупной банды и впереди нас ждет богатая добыча, а лично его, еще и немеркнущая слава среди соплеменников. Хорошо хоть, с дисциплиной у Маги никаких проблем не было и слушался он беспрекословно. Ему бы еще русский нормально подучить…

В общем, на хуторе, в тридцати километрах от города, мы проторчали два дня. К тому моменту, свинцовые тучи разошлись и солнце, поняв, что на улице все-таки весна, стало нормально пригревать. И вот наш отряд снова топает по степи. А я все обдумываю свою авантюру. Никто ведь нас сюда, навстречу противнику не посылал. Да и кто бы это мог сделать?

Ведь Жилин, даже предположить не мог, что встретит меня в Ростове. Матросов, он вез как свою охрану и часть будущего экипажа бронепоезда, уже почти собранного и должного подойти позже. А другую часть, рассчитывал раскидать по существующим подразделениям, с целью укрепления боевой стойкости местных красных отрядов. Угу… а то ведь бегают краснюки, нарвавшись даже на более малочисленного противника, аж шинели заворачиваются. Матросы же, обычно, держаться дольше других. Не потому, что храбры как львы. Нет, бегать им не дают форс и понты. То есть, вне боя, поглядывая на всех свысока, они просто не могут под пулями, поддаться панике, как остальные. Весь авторитет, в этом случае, брякнется в такую выгребную яму, что проще застрелиться.

Чтобы было понятнее: матросня – это как десантура, в наши времена. Не скажу, что подготовка в ВДВ, как-то особо круче обычной пехотной, но у них в голове, постоянно культивируется, что они лучшие. И там, где пехотинец, вполне может свалить, у синего берета, такой возможности нет. Типа – а что люди скажут? А что свои скажут?! Поэтому, возможность купания в фонтанах на праздники, надо не просто заслужить, но и постоянно доказывать свое право на это. Как в бою, так и в жизни. Вот и у мореманов, сейчас, нечто подобное происходит.

Я же, в военачальники, не рвался совершенно. Мне, надо было, просто собрать сравнительно небольшой отряд реально надежных людей. Собрать, обкатать и вместе с ними двинуть проверять ближайшие золотые закрома. Про наличие Ивана, я ведь не знал и рассчитывал, что с деньгами, поправить положение в России, у меня получится гораздо лучше и быстрее, чем без денег.

Но, появление Жилина, спутало все карты. Нет, создание своего отряда, по-прежнему оставалось на повестке дня. Только, долгие поиски стали не нужны. Иван, убедил меня взять матросов, а потом уже из них выбрать, необходимых людей. Врал ли я водоплавающим, когда говорил, что они станут теми, с кого начнется РККА? Нет не врал. Просто не сказал, что они станут одними из многих. У Жилина и товарища Арсения (это, который, Фрунзе) большие планы на армию. Мы это тоже с Иваном обсуждали той длинной ночью…

Потом, я был представлен руководству Республики. Причем, все обставлено было достаточно хитро. То есть, мой отряд становился к ним на полное довольствие, но при этом, прямые приказы они мне отдавать не могли. Просьбы о помощи – ради бога. Но приказы, только через Питер и Жилина. Те, все равно были рады, так как войск в городе вроде много, но их поведение в будущих боевых столкновениях, находилось под большим вопросом. Да и без всяких столкновений, тоже… Тут я вспомнил, лично виденных несостоявшихся насильников и мысленно согласился.

Ну а сам я, начал воспитывать своих людей. И не только своих. Что, думаете, зря, проводил эти ежевечерние беседы? Там же народу, по несколько сот человек в зал набивалось. Вот из них набирал и будущую агентуру, и будущих сподвижников. Это, уже, разумеется, исключительно после приватных бесед (благо для сна, мне сейчас, часа три хватает, выше крыши).

Да и просто в отряд, люди ломились, как на буфет вокзальный. Слухи то, они быстро расходятся. Если бы всех рекрутировал, то уже несколько тысяч штыков, пришлось бы кормить. Но мне вовсе не нужно было количество. Мне нужно было качество. Поэтому и не мог упустить, два десятка пеших разведчиков с Румынского фронта. Тем более, они сами пришли. Да и другие – пехотинцы, юнкера, офицеры, казаки… Правда, оставлял после собеседования, исключительно штучные экземпляры. Вот так, вроде понемногу, но вырос "Особый ударный", почти в два раза.