Егор Золотарев – Личный аптекарь императора. Том 10 (страница 31)

— Потапов, веди его сюда.

Потаповым оказался брюнет. Он махнул рукой второму, который уже поднялся на ноги и, сжав кулак, приближался ко мне с явным намерением отомстить. Однако охранник не решился ослушаться и чинить расправу при начальстве, так что, поскрежетав зубами, отошел в сторону.

Брюнет взял меня под руку и грубо потащил к мужчинам, которые с интересом рассматривали меня. От них исходила такая сильная магическая аура, от которой дух захватывало. Я ещё никогда не был в компании столь сильных магов, не считая тех случаев, когда находился рядом с императором.

— Представься по форме, — велел тот пожилой с саблей.

— Александр Дмитриевич Филатов. Студент-аптекарь Московской магической академии. Прибыл сюда в сопровождении партии медикаментов для нужд армии. Комендант Михалыч поселил меня вместе с моим телохранителем в третий дом. Главный лекарь Родион Романович разрешил остаться и помогать в госпитале, — выдал я всю информацию.

Мужчины переглянулись. Один из них — высокий с басистым голосом рассмеялся:

— Это что же получается: Распутин с Филатовым теперь вместе работают? Ирония судьбы.

Остальные его поддержали, продолжая рассматривать меня изучающими взглядами.

— А ты не внук Григория — главы рода Филатовых? — спросил басистый.

— Совершенно верно. Григорий Афанасьевич — мой дед.

— Как же он своего драгоценного внука сюда отпустил? — прищурившись, спросил коренастый.

— Я совершеннолетний и дееспособный, поэтому сам принимаю все решения в своей жизни, — старался говорить спокойно, но уверенно.

Военный лагерь не то место, где можно шутить или обманывать. Наступили суровые времена, поэтому никто не будет миндальничать и играть в правовое государство. Казнят и всё. И только потом, когда всё закончится, будут разбираться.

Я же по-прежнему был скован льдом, отчего у меня уже пальцы заледенели.

— Велите освободить меня, — попросил я. — Я ничего плохого не сделал. Просто хотел представиться вам.

— Освободи его, — коренастый махнул Потапову.

— Ваша Светлость, я думаю, что… — начал было брюнет, но встретившись с ним взглядом, тут же убрал ледяные кандалы.

Я потёр руки и засунул их подмышки, ведь кончики пальцев уже не чувствовал.

— Ну что ж, студент Филатов, давай знакомиться, — добродушно улыбнувшись, сказал коренастый. — Меня зовут Эдуард Прокопьевич Апраксин. Граф Апраксин. С твоим дедом мы хорошо знакомы. В прежние времена часто гуляли на днях рождениях общих друзей. Ты тогда только родился, поэтому не застал тех времён.

— Ваше Сиятельство, для меня большая честь служить империи под вашим руководством. Я сделаю всё от себя зависящее, чтобы приблизить победу, — получилось пафосно, но высшие чины любят такие речи.

— Молодец, — он хлопнул меня по плечу. — Если что понадобится — обращайся. Постараюсь помочь.

Он повернулся к столу, чтобы набрать еды, но я вновь обратил на себя внимание.

— Ваше Сиятельство, у меня есть просьба.

— Быстро ты, — усмехнулся он. — Что хотел?

— Сегодня утром в госпиталь поступил граф Орлов. Он ранен, но его жизни ничего не угрожает. Семья потеряла его, и я бы хотел, чтобы вы дали им знать, что Сергей нашёлся и…

— Орлова нашли⁈ — взревел он и оглядел остальных. — Почему я об этом ничего не знаю⁈

— Из госпиталя пока не поступало никакой информации, — извиняющимся тоном ответил Потапов.

— Они сильно заняты, — я решил, что должен заступиться за лекарей, которым и так несладко приходится. — Сейчас главное оказать помощь раненным.

Апраксин, даже не взглянув на меня, вернул на стойку поднос, который успел взять в руки, и энергично двинулся к двери. Остальные ринулись за ним.

Ну всё, теперь информация быстро дойдёт до Москвы, а Винокуров постарается как можно оперативнее передать новости семье Орловых.

Я уже хотел вернуться к столу, но тут мне дорогу преградил тот маг, который грохнулся на пол на глазах у начальства и своих коллег, и всё благодаря моим щупальцам. Интересно, кто-нибудь их заметил или нет?

— Что ты со мной сделал, а? — процедил он, грозно уставившись на меня из-под насупленных бровей.

— Ничего особенного. Просто защищал себя, — спокойным голосом ответил я и бесстрашно уставился в его глаза. На меня не так-то легко надавить. Сам раздавлю кого угодно.

— Что ты сделал, я спрашиваю? — он сделал шаг вперёд и оказался вплотную ко мне, но я не сдвинулся. — Я же тебя одним ударом раздавлю как букашку.

Вдруг у меня мурашки побежали по спине от мощной магии, хлынувшей в разные стороны от мага, и пол под ногами мелко затрясся. Ага, маг земли. Такой с лёгкостью поднимет валун или вызовет землетрясение. Я уже не говорю про зыбучие пески, которые может создать. Но и я не простой аптекарь, поэтому отступать не намерен.

— Не получится, — я расплылся в улыбке. — В следующий раз, когда захочется кого-то схватить и грубо тащить в какой-то там изолятор, ты сначала побольше разузнай о человеке. Возможно, он тоже маг. Тогда не будешь спотыкаться на ровном месте.

— Я не споткнулся! Это ты что-то сделал! — взревел он, брызгаясь слюной.

Я еле сдержался, чтобы не нажать на одну из болевых точек. Ну что за идиот, ведь сам нарывается. Нет бы извиниться и испариться с глаз моих, он продолжает нагнетать.

Продолжительно выдохнув, я хотел преподать ему урок, который он никогда не забудет, но тут в столовой появился главный лекарь.

— А, Александр, вы здесь? Как раз хотел с вами поговорить, — сказал он и двинулся к нам.

Маг раздражительно выдохнул и процедил сквозь зубы:

— Ещё встретимся, Филатов. Я тебя запомнил.

— Заходи в гости. Меня поселили в третьем доме, — дружелюбно улыбнулся я.

Он развернулся и пронесся мимо лекаря, выбежав на улицу.

— Мне показалось или между вами конфликт? — спросил Родион Романович, проводив мага удивленным взглядом.

— Всё нормально. Не берите в голову, — отмахнулся я. — О чём вы хотели поговорить?

— О вашей работе в госпитале. Мне сказали, что утром вы наравне с лекарями помогали раненным. Мои лекари остались вами очень довольны. Также рассказали о каких-то чудо-средствах, которые прямо на глазах заживляют раны. Мне хотелось бы узнать о них побольше.

— Хорошо. Только давайте присядем за стол, а то моя едва совсем остынет.

Мы подошли к столу, за которым до сих пор сидел бледный Гена. Он смотрел на меня так, будто хотел что-то сказать, но без лишних ушей.

Главный лекарь предложил мне работать наравне с лекарями, но в должности помощника лекаря. Прежде чем что-то предпринимать, я должен спрашивать разрешения у приставленного ко мне лекаря. Им оказался тот уставший мужчина в окровавленном халате, которого мы с Глебом встретили, как только прибыли в лагерь. Его звали Трофим.

Ещё Родиона очень интересовали мои зелья. Я, конечно, не мог выдать своих секретов, поэтому сказал, что это моя собственная разработка, и я ею делиться не намерен. Он не стал настаивать, но огонёк интереса в его глазах только сильнее разгорелся.

Также я уведомил его, что жалование мне не нужно. Однако главный лекарь строго ответил, что невозможно трудоустроить человека и не платить ему зарплату. Тогда я предложил официально назначить мне столько, сколько полагается, но по факту разделить эти деньги между всеми лекарями. Родион Романович повздыхал, но сопротивляться не стал.

После того, как мы всё обсудили, главный лекарь ушёл, а Гена подался вперёд и еле слышно сказал:

— Я всё видел.

— О чём ты? — не понял я, так как только что полчаса разговаривал с главным лекарем и подумал, что он имеет в виду наш разговор.

— Я видел, что ты сделал с тем служивым. Что у тебя выросло из рук?

— А-а-а, это, — выдохнул я. — Просто я не только аптекарь, но и маг растений.

— А такое возможно? — с сомнением спросил он.

— Как видишь, возможно, — пожал я плечами, доел свой суп и встал из-за стола.

Когда вышел на улицу, увидел Глеба. Раскрасневшийся, он тяжело дышал и нёс на плече деревянный ящик со снарядами.

— Ты ещё не передумал оставаться? — усмехнулся я и кивнул на водителей, которые собирались в обратный путь.

— Нет, — буркнул он и прошёл мимо в сторону склада с боеприпасами.

Остаток дня я провёл в госпитале. Граф Орлов чувствовал себя хорошо и с аппетитом съел свой ужин. Я пока его ни о чём не расспрашивал — времени не было, я старался облегчить труд лекарей и взял на себя большую часть перевязок.

Ближе к полуночи я вышел из госпиталя, с наслаждением вдохнул свежий морозный воздух и неспешно двинулся по ночному лагерю, ведь до сих пор не успел его хорошенько рассмотреть.

Когда проходил мимо амбара с техникой, услышал голоса и невольно прислушался. Голоса слышались не из амбара, а совсем рядом, за ним. Притом говорившие понизили голос до шёпота.