Егор Волоский – Голубая вена (страница 2)
— Ты на войну собираешься? — спросил менеджер, помогая загружать коробки.
— Да, — сказал я. — на войну. Но главная покупка которая обеспечит безопасность мне и моим близким была ещё в пути. Гидрокостюмы от укусов акул. Звучало безумно — до тех пор, пока я не прочитал технические характеристики. Прошитые кевларовыми нитями, они использовали полиэтиленовое волокно сверхвысокой молекулярной массы — тот же материал, что и в бронежилетах, но в полтора раза прочнее кевлара и в десять раз прочнее стали . Такие костюмы разработали в Австралии для дайверов и сёрферов — белые акулы не могли их прокусить . Толщина материала варьировалась от двух до семи миллиметров, но при этом он оставался гибким. Если костюм держал зубы акулы — то что говорить о человеческих челюстях, пусть даже мутировавших? Я заказал сразу 7 комплектов, 4 одинаковых на взрослых мужчин и 3 размером по меньше, на женщин. Срочная доставка из-за границы, шесть дней ожидания. Тридцать пять тысяч рублей за штуку. Дорого? В мире, где один укус превращает тебя в монстра за десять минут — бесценно.
Часть 3. Крепость
Мы жили на втором этаже старой панельной пятиэтажки в одном из спальных районов города. Дом был типовым, но с одной особенностью: на первом этаже располагался продуктовый магазин. Его плоская крыша как раз приходилась на уровень наших окон. Из зала, детской и с балкона можно было вылезти наружу и оказаться на крыше — ровной, залитой рубероидом площадке. В тот день, когда я понял это пять лет назад — уже в апокалипсисе, — я проклинал себя за то, что не додумался использовать этот козырь раньше. Сейчас я не совершу ту же ошибку.
Наша секция состояла из двух квартир на лестничной площадке. Вход в секцию перекрывала тяжёлая металлическая решётчатая дверь — наполовину из прутьев, наполовину из листового железа. Соседи, семейная пара с двумя детьми, смотрели на меня странно, когда я начал проверять замки и петли. Я сказал, что в подъезде орудуют наркоманы. Пока поверили. Укрепление заняло четыре дня. Понедельник — вторник: окна и балкон. Мастер по остеклению приехал утром в понедельник с двумя помощниками и четырьмя бронестекло пакетами. Тридцать два миллиметра толщины — три слоя стекла с полимерной прослойкой между ними. Такие стёкла держат удар кувалды, а если и трескаются, то не разлетаются на осколки. Два пакета на зал, по одному на детскую и кухню. Пока они монтировали стёкла, я работал на балконе.Старые рамы я срезал болгаркой к чёртовой матери. Вместо них — стальные листы, вваренные в периметр. В листах прорезаны два смотровых окошка — узкие щели, через которые можно видеть крышу, но в которые не пролезет даже худой подросток. Вход на балкон теперь закрывала массивная металлическая дверь с внутренним запором — три засова и ручка, открывающаяся только изнутри. Снаружи дверь была гладкой, почти незаметной на фоне листов. Ни ручек, ни петель — ничего, за что можно ухватиться.
— Бункер делаешь? — спросил мастер, глядя на конструкцию.
— Утепляюсь, — ответил я.
Среда — четверг: солнечные панели. С установкой солнечной электростанции пришлось повозиться. Я нашёл контору, которая занималась автономным электроснабжением для загородных домов. Два дня переговоров, схем, замеров — человек на месте убедился, что такое вообще возможно в обычной квартире.В итоге мы поставили:
— Четыре монокристаллические панели по 450 Вт — общей мощностью 1,8 кВт. С них сняли всю южную сторону крыши магазина — как раз под нашими окнами. Панели закрепили на алюминиевых направляющих под углом 35 градусов, залили герметиком и закрыли дополнительной защитной сеткой — мало ли что.
— Два гелевых аккумулятора по 200 Ач — в сумме 400 ампер-часов ёмкости. Хватит, чтобы питать холодильник, освещение, зарядку устройств и газовую плиту с электроподжигом несколько дней без солнца. Аккумуляторы весили по шестьдесят килограммов каждый. Мы затащили их в кладовку вдвоём с мастером — я почти не заметил веса. Камень давал о себе знать.
— Гибридный инвертор на 3 кВт — он преобразует постоянный ток от панелей в переменный для домашней сети, заряжает аккумуляторы и автоматически переключается между солнцем, батареями и городской сетью. С дисплеем, на котором видно, сколько энергии идёт с панелей, сколько осталось в аккумуляторах, сколько потребляем.
— Контроллер заряда MPPT — чтобы аккумуляторы не перезаряжались и не деградировали. Мастер протянул мне паспорт системы, где было расписано всё до винтика. «При правильной эксплуатации, — сказал он, — летом ты вообще не будешь зависеть от сети. Зимой — зависит от снега, но панели ты сможешь чистить через окно». Я протянул ему остаток суммы. С учётом работы и материалов вышло почти двести тысяч. Дорого. Но когда городские электросети рухнут — а они рухнут, я помню этот день, — моя квартира останется островком света. Пятница — суббота: запасы. Еду и воду мы закупили за два дня. Четыре пластиковых бака пищевого пластика, каждый по тысяче литров. Я нашёл их в фирме, что торговала оборудованием для фермерских хозяйств. Производитель гарантировал безопасность для питьевой воды, материал не давал привкуса, не выделял токсинов . Рекомендуемый объём для семьи из четырёх человек — от 600 до 1000 литров минимум . У нас было четыре тонны. Запас на два месяца при экономном расходовании.Баки встали в детской.Временная мера. Комната Вики превратилась в склад — четыре белые пластиковые куба под потолок, заполненные водой из-под крана, отстоянной и очищенной. Ирина сначала всплеснула руками — «где будет спать ребёнок?». Я ответил, что Вика будет спать с нами, в спальне. А вода важнее квадратных метров. Я заполнил баки в субботу утром. Открыл кран, вставил шланг, четыре часа наполнения. Когда последний бак наполнился до краёв, я стоял и смотрел на мутноватую воду в горловине. Четыре тонны. Четыре миллиона граммов жизни.
Водонагреватель накопительный на пятьдесят литров я повесил в ванной — чтобы горячая вода была, даже если центральное отключится. Две газовые плитки «Турист» с баллонами по пять литров — поставил в кладовку рядом с аккумуляторами. Десять запасных баллонов — нашёл через знакомого, который работал в газовой службе. Отдал без вопросов, получил хорошую скидку. Пока я монтировал полки под консервы и крупы, Ирина ходила по квартире и записывала в блокнот: где что лежит, сколько осталось, что нужно докупить. Она не задавала вопросов уже три дня. Смотрела на меня серьёзно, почти сухо, и делала своё дело. Вечером субботы мы сидели на кухне.
— Я нашла твой список, — сказала она.
— Какой?— Ты написал вчера на обрывке. «Потери. Группа "Сопка".» И имена. Я молчал.
— Десять человек, — она посмотрела мне в глаза. — Ты их всех знаешь.
— Знал, — поправил я.
Она не стала спрашивать, что это значит. Только сжала мою руку. Левую. Там, под кожей, до сих пор слабо пульсировала голубая сетка.До конца света оставалась неделя.
---Флешбек: «Группа "Сопка". Первая встреча» Первый год апокалипсиса. Третий месяц. Я тогда был один уже два месяца после гибели... неважно. Брёл по трассе. Слева лес, справа поле. В зубах горечь и пыль. Нашёл их случайно. Заехал на заправку — пустую, разграбленную, с выбитыми стёклами. И услышал шум. Не зомби — человеческий. Спор. За колонками сидели четверо. В руках — арматура и ножи. Один из парней заметил моё приближение .— Стоять на месте! Назовись! — выкрикнул один из парней , в нем я узнал своего знакомого. Молодой, но взгляд старый. — Стой на месте парень. Второй полицейский перехватил рукоять пистолета на поясе. Я тогда был голодный, злой и почти сломленный, рука саднила от глубокого пореза. За ними вышли, две женщины, похожие на сестёр.
— Это я Егор, работали раньше вместе по одному делу помнишь?, — сказал я.
— Мне бы воды. И они... пустили меня. Представились двое полицейские — Сергей и Михаил. Третий полицейский, Владимир, сидел в кузове грузовика — у него было прострелено плечо. Две девушки-сестры: Лиза и Алиса. Лиза и Алиса. Вера — спортсменка, самбистка, с руками в мозолях. Катя — медсестра, тихая, но любое ранение зашивала нитками из лески и водкой. Водитель скорой Дима — механик от бога. Старик Николай — ему было далеко за пятьдесят, но он выживал лучше всех, молча и спокойно. И мальчишка Лёша. Четырнадцать лет. Держал нож так, словно родился с ним.
— Егор, — сказал я. Сергей пожал мне руку. Крепко.— Добро пожаловать в команду, Егор. Я пробыл с ними четыре года.Это были лучшие и худшие годы моей жизни.И теперь они ещё живы. Все до единого. И я знаю, где их искать. Через несколько месяцев — и обязательно найду всех.
Глава 4. «Последняя неделя. Час Х. Первая кровь»
Часть 1. Дни перед бездной
Оставалось семь дней. Я составил график. Каждый час — на счету. Утро — проверка запасов и снаряжения. День — доработка укреплений. Вечер — тренировки. Ночь — сон вполглаза, рука на ноже под подушкой. Ирина к концу второй недели моего «безумия» перестала задавать главный вопрос — «ты уверен?». Вместо этого она научилась смотреть на меня так, как смотрят на командира перед боем. Без паники. Без надежды на чудо. Просто — доверие. В среду, за четыре дня до падения, я показал ей, как пользоваться ножом.— Держи не как молоток, — я стоял за спиной, направлял её руку. — Большой палец вдоль рукояти. Удар — снизу вверх, под рёбра. Или в глаз.