Егор Веселый – S-T-I-K-S. Неадекват. Поля Архитектора (страница 2)
Конечно же все сразу, даже сам Лис, связали смерть пухляка с выданной Лису распиской, потому некоторые рейдеры бросали в сторону их команды настороженные взгляды. Вокруг их небольшой группы и так ходило множество слухов. Народ, не имеющий информации о том, что происходило на самом деле в кластерах, давал волю фантазии без всякого зазрения совести. Сюда же добавилась порядком извращённая досужими сплетнями сцена на автостоянке, обросшая жестокостью и беспощадностью свершившейся там расправы. К тому же Лис с парнями смогли вернуться целыми, ну почти, не только после встречи с кодлой Хеннесси, но и с самим скреббером. От этого тумана в байки «знающих» напускалось всё больше и больше, а степень замеса в нём мутных домыслов становилась всё гуще и гуще. Но Злоба Лиса по поводу букмекера особо не пытал. Главному безопаснику и так было понятно, будь Глобус жив или хотя бы чуть-чуть здоров, у Лиса оставалась бы надежда хоть что-то вернуть. Глобус же в виде тушки с рассечённым горлом обрывал этой надежде даже её тень. Как абсолютно случайно оказалось, все дела букмекерской конторы были завязаны только на него одного. Никаких соучредителей, пайщиков или иных форм, намекающих на совладение. Никаких страховок или поручителей. Охрана и та наёмная и, как любая уважающая себя охрана, абсолютно ничего не знающая. Все журналы конторы были на месте, но в таком непотребном виде, что восстановить хотя бы самую скромную из незакрытых ставок было просто невозможно. На ноутбук тоже можно было не рассчитывать. Из клавиатуры торчал здоровенный тесак, судя по кровавым подтёкам тот самый, которым расправились с букмекером. И конечно же по чистой случайности его лезвие насквозь пробило жесткий диск вместе с массивной столешницей. В общем то, что от Глобуса избавились, дабы оборвать все ниточки, связанные с выплатами, было фактом непреложным. А вот в то, что это месть Лиса или кого-то из его команды, если кто и поверил, то совсем немногие.
– Не слишком ли много чести для нас? – саркастично усмехнувшись, Лис повернулся в сторону сокомандников, вяло ковырявшихся в своих тарелках. Ну надо же. Не так давно о такой еде даже мечтать не могли, в лучшем случае давились зачастую холодной кашей с тушёнкой, а сейчас местные деликатесы по тарелкам размазывают. Конечно, с выигрышем, который даже по здешним грабительским расценкам гарантировал бы продолжительное безбедное существование, пришлось распрощаться. И это совсем не поднимало настроения, но и киснуть особых причин не было. После того, как отдали Юле её жемчуг и внесли администрации стаба оговорённую виру, которую Злоба, кстати, обещал вернуть через полгода, у них ещё оставалось по жемчужине на брата, плюс пара на всё про всё. Это, не считая добытого гороха и полутора сотен споранов на каждого. Так что, если и был повод для печали, то он вполне компенсировался текущими реалиями. – Думаю, тут больше свои какие-то неведомые нам тёрки. Ну а мы так, до кучи подвернулись.
– Твои слова да богу в уши, – как-то совсем не радостно усмехнулся пулемётчик, нервно передёрнув плечами. – Не по себе как-то от всего этого. Вроде должны быть радости полные загашники, а что-то не радуется.
Мураши отчего-то с пулемётчиком были солидарны. Лис прислушался к ощущениям, но кипиша, свойственного непосредственной угрозе, не ощутил. Скорее тянуще-ноющий зуд, напоминающий тот самый первый день в этом волшебном и не скучном мире. Такое чувство, что где-то далеко, почти на границе восприятия крадётся нечто класса полнейшего Армагеддона, но ты ещё не понимаешь, что именно и с какой стороны.
– Ага, такая же фигня, – согласился с ними бывший старлей. Конечно, согласился он с Проспом, но тем не менее согласие получилось общим. Даже Лаки молча кивнул. – Как бы в этой «куче» не прилетело по…
– Могу попросить несколько минут вашего времени? – два массивных кулака упёрлись в столешницу, прерывая Каза на полуслове.
Над столом нависла широкоплечая фигура в камуфляже. Едва ощутимой струной, входя в резонанс с настроением мурашей, завибрировала тревожность. Тоскливой ноткой меж лопаток отозвалось ощущение, называемое дежавю. Совсем недавно нечто похожее уже было, и для всей собравшейся за этим столом группы вылилось оно в череду весьма нервных происшествий. А для других и вовсе обернулось последней тропинкой. Разве что в этот раз от визитёра не разило перегаром, и ухоженный и аккуратно подогнанный камуфляж сидел на нём как влитой. Обычно так уважительно относятся к форме понимая, что это не просто одежда. В общем, не чета местному контингенту, что сразу и выделяло обладателя пудовых кулаков из этого контингента. Но, чтобы засуетившиеся мураши угомонились, этого было недостаточно.
– Друг, тут люди сидят, разговаривают… – начал было Каз, но, получив под столешницей ощутимый тычок от командира, прищемил зубами кончик своего языка и уже молча продолжил пялиться на незваного гостя из-под сошедшихся к переносице бровей.
От такого начала пулемётчика тоже пробрало, и он несколько нервно сжимал одну ладонь в другой. Похоже, странный зверь по имени дежавю посетил не одного Лиса, всколыхнув в памяти недавние события. До Лиса дошло, что Просп таким нехитрым образом старается обеспечить контроль за своим умением, если вдруг, не приведи бог, оно соизволит активироваться. Вот и старается держать себя в руках в буквальном смысле.
Лаки же наоборот, мгновенно оценив изменения в поведении товарищей, тут же подобрался и наверняка уже был готов для острастки в какой-то, возможно ограниченной, мере пройтись по прибывшему своим умением, если бы только не остановивший его жестом командир.
– Так мне можно присесть? – широкоплечий мужчина лет сорока отроду с тёмным аккуратным ёжиком на голове, нависавший до этого над столом, воспользовавшись воцарившимся молчанием, приземлился на свободное место непосредственно за ним.
Жёсткий цепкий взгляд визитёра изучающе скользил по молча ожидавшей пояснений четвёрке. Лиса не покидало ощущение, что чего-то в этой картине не хватает. На помощь пришёл дежурный таракан, ухвативший ускользающую мысль за самый хвост. Между пришельцем и командой Лиса не хватало оптического прицела с прикрученной к нему снайперкой. Именно так можно было охарактеризовать взгляд, изучающий потенциальных жертв, без эмоциональный, оценивающий и в то же время слегка осторожный. Где-то Лис уже встречал подобную уверенность в манере поведения, эдакую хозяйскую. Причём совсем недавно и совсем не в стабе.
Местная разношёрстная братия, местами существенно потёртая здешними реалиями, была очень далека от определения «белой и пушистой», но от неё исходил дух, свойственный ковбоям дикого запада времён ирокезов и гуронов. Какой-то залихватский шарм. От пришлого же веяло совсем другими флюидами. Такая уверенность, словно персонаж находился в собственном доме, как лесник в лесу, в котором только от него зависит, будет белка сегодня в дупле орешки грызть или с дыркой вместо глаза болтаться на кукане.
Лис далеко не всех знал в стабе и даже далеко не всех его обитателей видел, но у него было стойкое ощущение, что этот персонаж не из этого стаба. Лис осторожно обшарил взглядом окрестности, но ничего выпадающего из обычной картины культурного отдыха рейдеров не заметил. У многих память тоже оказалась не короткой, и такой своеобразный подкат к столику, за которым обреталась группа Лиса, всколыхнул ёмкость с воспоминаниями. А вместе с ними проснулся интерес на пару с любопытством. Гомон голосов понизился до шёпота, а где-то и вовсе прекратился, уступив место многозначительным переглядам. Но увидев, что боевой эквилибристики с соответствующими матерными кличами не случилось, народ постепенно вернулся к своим интересам. Лису так и не удалось вычислить, откуда к ним пожаловал этот товарищ, и есть ли у него группа чирлидеров в камуфляжных нарядах.
– Я вас надолго не задержу, – изогнув лишь краешки губ в подобии усмешки, выдохнул короткостриженый. – Вы недавно на кластерах взяли то, что вам не принадлежит. Я предлагаю вам это вернуть по-хорошему, можно сказать – в качестве жеста доброй воли.
– Вот как? – после некоторого молчания тихо произнёс Лис, стараясь контролировать параметры своего голоса, который от такой беспрецедентной наглости испытывал острое желание перейти на повышенные обороты. Но начала новой войны ещё и неведомо с кем совсем не хотелось. – Мы, дружище, тебя первый раз в жизни видим, даже, как звать, не знаем, а ты утверждаешь, что мы тебя обокрали? Приятно познакомиться.
– Меня зовут Штормом, – ничуть не смутившись, представился черноволосый, – и я не говорил, что вы что-то украли. Я сказал: «взяли». Контекст может быть любым от «нашли» и «подобрали» до «само к подошве прилипло».
– Но раз криминала нет, какие могут быть претензии? – удивленно вскинул брови пулемётчик.
– Нет никаких претензий, – пожал плечами короткостриженый, – есть предложение вернуть то, что вам не принадлежит. Если кто-то нашёл что-то чужое, это же нормально, если он вернёт это хозяину? И нормально, если хозяин за это отблагодарит?
На середину стола под сопровождением удивлённо-непонимающих взглядов четырёх пар глаз выкатились две красных жемчужины. Цена была обозначена не малая, и говорила она о том, что в руках слегка растерянного квартета находилось нечто ценное. Каз с Просперо поочерёдно изучали Лаки и Лиса, в глазах их играли мелкие искорки алчности. Лиса же насторожил ценник. Заманчивое слово «халява» только в рекламе и в мышеловках бывает, что, по сути, одно и тоже. Чтобы туда не угодить, нужно понять, что именно из трофеев, приобретённых на кластерах, было оценено так щедро. Об этом Лис, не мудрствуя лукаво, у пришлого и спросил. Тот тоже вокруг да около ходить не стал, и на столешницу легла небольшая пластина жёсткого диска от какого-то компактного устройства.