Егор Русаков – УЛЬТРАМАРИН (страница 5)

Позади неё был только стул, типичный, офисный, самый обычный. Тот самый стул, на который вряд ли сел бы твой начальник, потому что он достался тебе.

Девушка вдруг схватилась за стул. Она решительно и быстро начала подходить к Пете, держа в левой руке офисную принадлежность.

Сил у неё полно, – подумал Петя, и только потом испытал страх перед её яростью.

Она подошла вплотную, держа стул позади себя, схватила Петю за шею свободной рукой и приблизилась к его лицу максимально близко.

Из-за маски и освещения Петя не видел даже её глаз. Он только едва уловил аромат парфюма и идущий в его лицо тёплый воздух изо рта с запахом какой-то приторной жвачки.

Петя ожидал любых действий от неё. Совершенно любых.

– Садись, – прошептала она.

Девушка явно играла на его ожидании.

Она с грохотом поставила стул на пол и ждала, когда Петя подчинится ей. А он и не думал возражать.

– И что мне делать? – спросил Петя, присаживаясь на стул.

Она прислонила палец к его губам, давая понять, что ничего говорить не стоит. Петя тут же умолк.

И тут, собственно, началось шоу.

Девушка начала танцевать. Периодически ласкала Петю. Нежно и аккуратно.

Его мгновенно стали посещать посторонние мысли.

Он стали думать, что обычно перфоманс на данной вечеринке был несколько иным.

Во-первых, чаще они были массовыми. Это было большое количество людей в одном большом едином пространстве. Это и создавало представление. Чаще зрительное, чуть реже тактильное.

Во-вторых, обычно было достаточно много предметов. Порой даже чересчур. Их целью было дополнить шоу атрибутикой для антуража. Например, если вечеринка была накануне Хеллоуина, то и украшения были соответствующими.

Петя знал об этом не понаслышке. Сам содействовал пару раз художественно. Один раз даже весьма нестандартно.

Была история. К нему пришла одна девушка. Принесла скатерть из очень хорошей ткани. Сказала, нужно оформить как спиритическую доску. На первый взгляд Пете работа показалась простой. Но на деле ему пришлось очень много провозиться с одобрением макета и нанесением его на ткань.

Он тогда запросил заоблачную сумму. В том числе и потому что не хотел браться. Хотел такой суммой отмахнуться. Но девушка согласилась. Похоже, деньги для неё не были проблемой.

А на ближайшей вечеринке, как раз по случаю Хеллоуина, он обнаружил эту самую скатерть в самом центре пространства. И эту самую девушку поверх неё. Абсолютно обнажённую, в одной лишь балаклаве.

Эх…

Ультрамарин…

Какие только истории с этим местом не происходили. Неудивительно, что ему было дано именно такое название.

– Ультрамарин, – сказал Петя вслух.

Девушка была точно кошечка. Дёрнула ухом, услышав, что сказал её хозяин, но не подавала виду.

– Удивительно же, ты не находишь?

Она пожала плечами.

Петя стал говорить, медленно и монотонно, словно находился в трансе, но не был способен отречься от замедлившихся мыслей:

– Ультрамарин. Это такой цвет. Это не просто интересное название для тусовки. Раньше, в эпоху Ренессанса, когда художники были на том уровне, что сейчас стыдно даже браться за кисти и краску после них, знаешь какой цвет был самым дорогим?

Петя рассматривал её татуировки, пока она как змея крутилась, вертелась и извивалась то перед ним, то позади него, то на нём.

У неё на спине за левым плечом была интересная татуировка с драконом. Что-то очень похожее он где-то уже определённо видел. Это было настолько чертовски похожи, что ему стало даже немного не по себе.

– Ультрамарин, – прошептал он.

Он вспомнил фильм «Девушка с татуировкой дракона». Ни в коем случае ни книгу, ни какую-нибудь инди постановку, а тот самый известный фильм, снятый матадором среди голливудских режиссёров.

В его фильме была девушка. С точно такой же татуировкой. Единственное, она была совершенно иного качества. Если такое слово вообще может быть применимо по отношению к женскому телу.

– Это всегда был цвет почёта. Цвет элиты. Цвет богатства. Что могли себе позволить далеко не все. И так как в то время именно церковь была сосредоточением всех сил, средств и внимания, то именно по ним судили то, насколько богат или беден город и его покровитель.

Тут она приложила губы к уху и шепнула Пете:

– Так уже говорил Бродский.

– Что? Откуда ты знаешь?

Девушка начала водить пальцами по лицу. А Петя был словно заворожённый и не сопротивлялся. Он подумал, что она делала это нарочно, чтобы хотя бы как-то заткнуть его.

– Да ладно тебе, – сказал он. – Разве это не забавно? Мы с тобой словно находимся в современной версии того, чем в средние века была церковь.

Девушка начала уже засовывать ему пальцы в рот. И он вновь подумал, что это всё из-за его болтовни. Поэтому не стал сопротивляться.

Тем более что он уже испытывал ту степень экстаза, когда девушка могла делать с ним всё что угодно и он не был способен сопротивляться или хотя бы помыслить об отказе ей в чём-либо.

Петя почувствовал, как скользящие по его рту пальцы сквозь губы пронесли внутрь что-то маленькое, гладкое и сладкое. И оно начало быстро растворяться на языке. Девушка резко вынула пальцы и заткнула рот Пете так, что тому не оставалось ничего иного, кроме как дожидаться когда содержимое его рта растворится полностью.

Когда хватка ослабла и девушка спустила руки на шею, он спросил:

– Ты что наделала?

В его голосе не было истерики или возмущения. Он спросил это настолько спокойно, что кажется, будто ему вообще было наплевать на последствия.

А она лишь прошептала:

– Так говорил Бродский.

И слегка толкнула его.

Петя начал запрокидываться и падать назад.

Тут время будто бы замедлилось. Сколько бы он не падал, всё не мог коснуться пола. Время будто бы тянулось и растягивалось.

И словно сонный паралич – невозможно было двинуться. Невозможно пошевелить пальцем, губой или хотя бы веком. Пространство вокруг расплывалось. Оно обволакивало его.

Петя почувствовал брызг воды позади себя. Он так и не упал на пол. Он провалился под воду.

ТАК ГОВОРИЛ БРОДСКИЙ

У Пети в школе был бассейн.

Его посещение было обязательным. Это было частью учебной программы по физкультуре. Слава Богу, по мнению Пети, только до четвёртого класса.

Он боялся воды. Не панически, а примерно так, как многие боятся насекомых. Это будто бы была брезгливость. Страх, который можно преодолеть, но он будет вызывать у тебя непрекращающееся чувство дискомфорта.

Школьником Петя был одним из лучших по физкультуре. Ему очень нравились командные игры. Любил проявить себя в состязаниях. С удовольствием сдавал нормативы. И особенно любил бегать.

Но вот один раз в неделю их отводили в бассейн. И это была настоящая мука.

Сперва вы идёте в раздевалки. Там вы обнажаетесь полностью. А не все ребята раскрепощённые. Не каждый испытывает удовольствие видеть своего одноклассника голым.

Бывали случаи, когда изгоев полностью раздетых силой выталкивали в коридор и закрывали за собой дверь. Будь то мальчик или девочка, неважно, оказавшись в такой ситуации каждый испытывал стыд и ужас.

Глядя даже тайком на то, как девочки могут издеваться над другими, внушало опасение. Ведь все в начальной школе только то и делают, что всё гендерно определяют. Мальчики – рыцари, девочки – принцессы. А если уж принцессы способны на гадости, то на что способны рыцари?

После раздевалки все шли также нагишом в душ. (Уж лучше в разбитом корыте помыться.) Выглядел он идеально для фильмов ужасов. Белая скользкая плитка покрывала всё, кроме пола. Он был покрыт жёлтой, которая не скользила, но была выложена настолько неровно, что её углы врезать в обнажённые ноги, создавая травмы.

А включение душа было отдельной темой. Кажется, им пользовались меньше половины парней. Сначала включаешь ледяную, потом аккуратно добавляешь горячую. А ты же маленький, а всё было как для взрослых по размерам. И не дай Бог, если ты когда-то в первом классе случайно включил сначала горячую. После первого ожога ты больше никогда не будешь мыться перед выходом в бассейн.