Егор Попов – Этерниум-1. Серый Коридор (страница 3)
Это был мой шанс. Работая на них, я получу доступ к их внутренней базе данных, к графикам поставок и, что самое важное, к навигационным ключам. Они думают, что купили себе дешевого осведомителя. Я же получил бесплатный доступ к «учебнику» по захвату рынка.
Мне нужно было поднять Ловкость до 10 и Скрытность до 5 как можно быстрее, чтобы активировать бонус плаща Ночной Тени. Как только я стану по-настоящему невидимым и соберу достаточно данных о маршрутах к другим материкам — я исчезну.
В 2474-м году предательство — это не личное, это просто оптимизация издержек.
Я развернул карту, полученную от старика. Хребет Скорби. Неприступные пики, где, по слухам, скрываются те, кто не желает поклоняться ни одному из трех Пантеонов. Идеальное место для моего будущего клана.
— Ну что ж, поиграем в лояльность, — прошептал я и направился к выходу из таверны. Ночь в Порт-Ройале только начиналась, и у меня было много работы.
Глава 4. Архитектура уязвимостей
Ночной Порт-Ройал в «Этерниуме» — это не просто отсутствие света. Это тяжелая, осязаемая субстанция, в которой звуки становятся резче, а тени приобретают глубину. Я стоял на крыше полуразрушенной лачуги, глядя вниз на портовую зону. Прямо передо мной, метрах в трехстах, возвышался пакгауз номер три — цель моего завтрашнего задания.
Огромное здание из серого камня и усиленного железом дерева выглядело неприступно. Светлые Пантеона не жалели маны на защиту своих активов: по периметру склада мерцала бледно-голубая сеть магической сигнализации. Каждые пятнадцать минут мимо проходил патруль — четверо NPC в тяжелых кирасах, чей шаг выбивал искры из булыжника.
— Система, — мысленно позвал я. — Полный мониторинг сектора. Включить режим записи паттернов.
[Режим мониторинга активен. Потребление энергии: 0.8 ед/мин][Внимание: Текущий уровень «Восприятия» позволяет фиксировать только 12% скрытых объектов]
Этого мало. Катастрофически мало для того, кто собрался обмануть систему. Чтобы выжить в «Черном Рынке», а потом красиво от него избавиться, мне нужны были цифры. Сухие, беспощадные цифры.
Я перепрыгнул на соседнюю крышу.
[Внимание! Навык «Атлетика» прогрессирует: 1.05 -> 1.08][Ловкость прогрессирует: 5.02 -> 5.03]
Каждое движение стоило усилий. В 2474-м году нейроинтерфейс «Стриж-4» транслировал усталость мышц с пугающей точностью. Я чувствовал, как забиваются икры, как капли пота катятся по спине под тяжелым матовым полотном [Плаща Ночной Тени]. Плащ всё еще был для меня просто куском дорогой ткани — без нужных характеристик его пассивные бонусы не работали. Это было похоже на попытку управлять истребителем, имея права на вождение велосипеда.
Я затаился за дымоходом, сливаясь с темнотой. Мой взгляд был прикован к вентиляционной шахте на крыше склада.
— Пятнадцать минут на круг патруля, — шептал я, фиксируя тайминги в интерфейсе. — Плюс задержка на проверку магической печати у ворот — тридцать две секунды. Если я смогу добраться до шахты в момент их нахождения в «мертвой зоне» у северной стены...
[Восприятие прогрессирует: 5.08 -> 5.15][Навык «Наблюдение» повышен: 1.12 -> 1.25]
Но шахта была защищена решеткой. Сталь, толщиной в палец. Моих текущих показателей «Силы» не хватило бы, даже чтобы погнуть её, не то что вырвать. Значит, нужен другой путь. Не силовой, а системный.
Я спустился с крыши, используя сточную трубу как импровизированный лифт.
[Ловкость прогрессирует: 5.03 -> 5.05]
Оказавшись внизу, в узком переулке, я двинулся вдоль стены склада, касаясь кончиками пальцев холодного камня. Я искал то, что архитекторы игры называют «техническими швами». Места, где скрипты окружения соприкасаются друг с другом. В 2474-м году ни одна симуляция, даже столь грандиозная как «Этерниум», не была идеальной.
У самого основания фундамента я заметил небольшой сток для дождевой воды. Он был слишком узким для игрока, но... я вызвал интерфейс плаща.
— Если я не могу его активировать, я могу использовать его физику, — осенило меня.
Ткань плаща была невероятно скользкой и прочной. Я снял его и начал сворачивать в тугой жгут. В 2474 году игроки часто забывали, что вирт — это не только скиллы, но и физика твердых тел.
Я просунул край плаща в решетку стока и использовал его как рычаг, упершись ногами в стену.
[Сила прогрессирует: 5.00 -> 5.01][Выносливость прогрессирует: 5.04 -> 5.07]
Мышцы виртуального тела задрожали от перенапряжения. Перед глазами замигала красная полоска энергии. 90%... 70%... 40%...
— Ну же... — прорычал я сквозь зубы.
Хруст. Решетка не вылетела, но один из штырей поддался, увеличив зазор ровно настолько, чтобы туда мог пролезть человек моего телосложения.
[Внимание! Открыто скрытое достижение: «Против системы» (Ранг 1)][Награда: Интеллект +0.05, Сила +0.02]
Я замер, прислушиваясь. Сердце колотилось о ребра, как пойманная птица.
[Интеллект: 5.18 -> 5.25][Сила: 5.01 -> 5.03]
Теперь самое главное — анализ внутреннего пространства. Я просунул голову в образовавшееся отверстие. Внутри склада пахло озоном. «Нестабильные кристаллы», о которых говорил Змей, уже были там. Они лежали в специальных свинцовых контейнерах, испуская слабое фиолетовое свечение.
Но я смотрел не на кристаллы. Я смотрел на пол. Весь пол пакгауза был исчерчен магическими линиями — ловушками. Стоит наступить не туда, и сработает заклинание «Оцепенение», а стража Светлых прибежит через пять секунд.
— Так вот какая у вас защита, — усмехнулся я. — Сетка давления.
Я вызвал навигационную карту, полученную от старика. Если наложить её на сетку пола...
[Внимание! Запущен процесс наложения данных...][Навык «Картография» прогрессирует: 1.05 -> 1.20][Навык «Системный анализ» повышен: 1.15 -> 1.30]
Цифры в голове замелькали, выстраивая безопасный маршрут между магическими контурами. Это было похоже на танец по минному полю. Если я смогу запомнить эту схему, завтра я проведу груз «Черного Рынка» так, что Светлые даже не поймут, что произошло.
Но в этот момент мой «Стриж-4» выдал критическую ошибку. Картинка перед глазами дернулась и поплыла.
[Внимание! Внешнее вмешательство! Обнаружено сканирование вашего нейропрофиля из реальности!]
Холод пробежал по коже. В 2474-м году это могло значить только одно — коллекторы из имперской службы взыскания или кто-то еще более неприятный решил проверить, почему мой аккаунт начал проявлять подозрительную активность. 12 рублей 40 копеек на счету не давали права на приватность.
Я быстро вылез из стока, отряхнул плащ и скрылся в темноте переулка. До полудня оставалось восемь часов. За это время мне нужно было не только подготовиться к миссии, но и убедиться, что мое тело в реале всё еще находится в безопасности.
— Игра становится всё интереснее, — пробормотал я, направляясь к точке выхода из системы. — Но я не позволю им прервать партию до того, как я соберу все козыри.
Впереди был Хребет Скорби, а позади — долги, которые я собирался оплатить за счет тех, кто считает себя Богами этого мира.
Глава 5. Тени реальности
Выход из системы — это всегда маленькая смерть. В 2474 году технология полного погружения достигла таких высот, что мозг охотнее верил в запахи виртуального порта и тяжесть цифрового плаща, чем в скрип собственных суставов и затхлый воздух жилой ячейки.
Звуки «Этерниума» смолкли мгновенно. Вместо шума прибоя — низкочастотный гул системы вентиляции, который не менялся десятилетиями. Вместо сияющих лазурных небес — серый пластиковый потолок модуля размером три на два метра.
Я со стоном сорвал с головы нейрошлем «Стриж-4». Датчики были горячими, на лбу остались глубокие красные вмятины от электродов. Тело казалось чужим, ватным и неповоротливым. В реальности мне было двадцать шесть, но после долгой сессии я чувствовал себя на все восемьдесят.
— Статус системы, — прохрипел я. Голос был сухим, как наждачная бумага, и едва слушался.
На стене мигнула голограмма терминала, заливая каморку болезненным синим светом.
[Внимание! Попытка несанкционированного удаленного доступа к банковскому чипу предотвращена][Источник: Имперская Служба Взыскания (ИСВ)][Субъект: Городенский Антон Валерьевич][Текущая задолженность: 342 000 имперских рублей][Статус: Критический. До принудительного изъятия биоматериалов — 48 часов]
— Твари, — я сплюнул на грязный пол.
В Российской Империи образца 2474 года долг перестал быть просто цифрой в банковской выписке. Это был срок годности твоего тела. Если ты не мог платить по кредитам, государство имело полное право «оптимизировать» тебя: изъять органы для нужд высших сословий или отправить на переработку в биореакторы Нижнего Питера. Фамилия «Городенский» когда-то что-то значила в инженерных кругах, но теперь она лишь возглавляла список на утилизацию. 12 рублей 40 копеек на моем счету выглядели не просто издевкой, а смертным приговором, вынесенным в электронном виде.
В дверь забарабанили. Тяжело, ритмично, с тем самым лязгом металла о пластик, который ни с чем не перепутаешь. Так стучат только те, кто знает, что им по закону не могут отказать.
Я медленно поднялся с кресла-капсулы, пошатываясь от приступа тошноты — побочный эффект резкого разрыва нейросвязи. В узком зеркале на меня смотрел бледный парень с впалыми щеками и лихорадочным блеском в глазах. В «Этерниуме» Лар выглядел опасным и расчетливым игроком, здесь же, в реальности, я был просто биологическим сырьем.