Егор Капралов – Эксперименты (страница 27)

Капитан грозно возвышался над столом, опершись на него обеими руками. Торчащий в самом центре грудной клетки нож добавлял этой картине ужаса. Тело хрипящее под столом, перевернулось на спину.

– Не умру. Это все просто иллюзия.

– Умрешь, как только я ее развею. – с улыбкой сказал капитан, глядя на него. Затем он обратился ко мне. –Да, Вась, это всего лишь иллюзия, хоть и правдоподобная. Мы сейчас в переговорной, хоть и переговоров, как видишь, не получилось.

– Мог бы и предупредить.

– Мог, но мне нужно было, чтобы ты поверил в то, что я умер.

– У тебя получилось, потрясающий спектакль.

– Да не злись ты, действительно здорово получилось ведь.

– Я и не злюсь, получилось действительно здорово и правдоподобно. А с какого момента все это стало иллюзией?

– С того момента, когда я вышел в проход и в меня полетел нож. Он сейчас в метре от меня застыл в воздухе. И дальше не полетит. А сильно ты его бросил. Когда ты понял, что все это иллюзия? – спросил капитан, обращаясь уже явно не ко мне.

– Когда перевернулся на спину. Но ты уже и не скрывал к этому моменту.

Я и не заметил, как комната окрасилась в уже знакомые серебристо-голубые оттенки. За моей спиной было огромное окно, через которое светила огромная луна. Окно в бункере на глубине тридцати метров.

– Ты ведь знаешь, что будет дальше, правда? Догадался уже?

– Да, не так уж трудно додуматься. Но знаешь, ты в целом прав. Я заслужил это наказание. Умирая, пусть и не по-настоящему, я это понял.

– Раскаяние это хорошо. Но тебя это не спасет.

– Я знаю. Давай закончим это все.

Пространство начало расплываться и исчезать, и даже исчезло и потускнело бы полностью, если бы я не обнаружил себя там, где стоял пару минут назад, а именно рядом с дверным проемом. В проеме стоял капитан, уже без ножа в груди. Как будто нас откатило назад во времени. Он сделал два шага вперед, и в следующее мгновение что-то в комнате упало. Наверное, это было бездыханное тело того, кого я минуту назад убил понарошку. Но теперь все по-настоящему.

– Пойдем отсюда. Здесь мы закончили. Нам не обязательно уходить так же, как мы пришли, но я бы сделал именно так. Уйдем с молчаливым победным парадом, пусть все знают, что победа за нами. Без единого выстрела и с одним единственным убитым.

– Складывается ощущение, что нам вообще не обязательно убивать. Разве что только тех, кого надо, – сказал я, неопределенно кивнув головой в сторону дверного проема.

– Не забывай, что не я разнес в щепки вражеский крейсер, и не я отдал приказ это сделать.

– Так ведь…

– Я тебя ни в чем не обвиняю, сами виноваты, что напали на тех, кто был сильнее. К тому же, хоть никто из них решения не принимал, они тоже шли сеять смерть. Получили по заслугам. Этого можно было избежать, но какая теперь разница, сделанного не отменить.

Лифт неохотно потащил нас вверх, словно сопротивляясь. Вполне возможно, что сразу же после того, как мы спустились, все механизмы были выведены из строя, а тросы обрезаны. Есть ли вообще у этого лифта тросы? Вдруг он работает по тому же принципу, что и лифты на наших крейсерах, стоят два мотора сверху и снизу кабины, перемещая его по рельсам? И почему я вообще думаю об этом сейчас? Странноватые мысли, не совсем подходящие под момент, когда два человека, хоть один из нас и не совсем человек, меняют эпоху и разрушают одну из самых значимых сил вселенной. Хотя, кто знает, может, где-то очень далеко, так далеко, что никто из людей не захочет туда добираться, уже существуют другие межпланетные цивилизации. И, вполне возможно, что у них там тоже есть свои союзы и войны, свои уничтоженные и созданные разумные виды, да и, кто знает, даже свой дуэт, который восстанавливает справедливость. Но у нас есть свои дела, которые нам еще предстоит сделать.

Под ногами звенели детали рассыпавшегося повсюду оружия. Хотелось бы заполучить себе хоть одну винтовку в коллекцию, больше из интереса, чем для использования. Посмотреть, как они работают и устроены, может даже взять что-то интересное на заметку. Наше оружие на протяжении многих веков менялось слабо. Менялись формы и принципы работы, а суть оставалась прежней: запустить маленький кусочек металла как можно сильнее и точнее. Не так давно порох сменился на электрический разряд, до сих пор много существует огнестрельных образцов. Но они с каждым годом все больше становятся лишь частью истории, экспонатами для музеев и предметом гордости для коллекционеров. Только в электроразрядном оружии суть все та же, кусочек металла, разгоняемый до огромных скоростей.

Огромных по человеческим меркам, конечно же. В масштабах вселенной даже самые быстрые корабли, способные преодолевать целые световые года иногда быстрее, чем междугородняя электричка преодолеет свой недолгий маршрут, все еще остаются всего лишь черепахой, пересекающей пустыню. Медленно, неуместно и бесполезно. Так же и мы. Не сиделось нам на нашем камешке, мы решили посмотреть другие. И куда-то поползли. До сих пор ползаем, и я все еще не уверен, что мы тут делаем, а главное, зачем. Может, ради того, чтобы смотреть на то, как где-то высоко в небе, в чужом небе чужой планеты, звенят звезды, вторя рассыпанным по земле деталям оружия, которые порой попадались нам под ноги.

Капитан не проронил ни слова с тех пор, как мы вышли из лифта. Лишь молча смотрел по сторонам, и от его взгляда прятались все, кто ловил его на себе. А смотрели на нас все, у кого была такая возможность. И это неудивительно, мы свергли одного из тех, кого они, должно быть, почитают как богов, которые умнее, сильнее, которые знают, что нужно делать и почему. Жестокие у вас боги, ребята, очень жестокие.

Выйдя за ворота крепости, мы оказались в чистом поле. Холодный ночной ветер завывал, путаясь в ветках редких кустарников и пытаясь залезть за воротник. Легкий холод слегка бодрил, хотя бодрости и так хватает, спать не хочется совсем, хоть и есть ощущение, что организму это нужно. Интересно, как долго продлятся наши похождения, как мы будем есть и отдыхать. Капитан не просто так сказал, что времени у нас будет мало, что же мы будем делать дальше? Он все еще молчит, вглядываясь куда-то вдаль. И там, вдалеке, виднеется свет. Где-то очень далеко, почти на горизонте. Наверняка на планете есть и мирные поселения, которые просто живут своей жизнью, есть те, кто добывает ресурсы, строит дома, ведь не вся же раса целиком воины. Вполне возможно, что все они воины, но не все занимаются войной.

– Здесь, на планете, есть еще парочка людей, которых нам нужно навестить. И есть один, который пытается сбежать на корабле. В нулевое пространство уходить боится, и не зря. Я бы наведался к нему на корабль, пока он не слишком далеко, а то переход для тебя тяжеловато пройдет.

Капитан наконец заговорил. И, судя по его словам, цели своей он добился, узнал, где искать следующих приговоренных.

– Интересная задумка, звучит так, как будто ты хочешь вселить им ужас и страх. Не спрятаться, не сбежать. Отказаться я не могу, ты сам говорил. Значит действуем. Решение за тобой, выбирай, куда отправимся.

– Значит, решено. На корабль. Готов? Закрой глаза.

Две секунды темноты, и холод ночи пропал. Во рту появился металлический привкус и на пару секунд закружилась голова, то ли от перехода, то ли от резкой смены положения в пространстве, как будто искусственная гравитация подействовала не сразу или неправильно, но отпустило раньше, чем я смог точно понять. Следующие же несколько секунд ощущались как вечность. Когда капитан говорил, что хочет наведаться, я не думал, что этому слову придавалось такое значение: мы оказались прямо посреди помещения, которое, судя по всему, являлось капитанским мостиком. Едва заметного хлопка, который был вызван нашим появлением, было вполне достаточно, чтобы оповестить всех о нашем внезапном прибытии. Мостик был не особо большой, и было здесь человек шесть, если не считать, а судить по беглому взгляду. Вернее, человек здесь был всего лишь один. И время почти замерло в моих глазах в ожидании схватки… и ее не случилось. Мы стояли прямо за спинкой капитанского кресла, и все, кто находится здесь, было подорвались и схватились за оружие, но капитан одернул их. Спокойно и даже тихо сказанное слово, одно единственное слово “сидеть” словно звучало отовсюду, прямо в ушах, даже нет, прямо в голове. И все, как послушные дрессированные псы, вернулись на свои места, видимо, потеряв желание даже думать о том, чтобы выкинуть что-то такое, что может сделать хуже. Но никто не смел отвернуться и отвести взгляд. Не знаю, намеренно это или нет, но ужас капитан начинает внушать. Даже у меня чуть было ноги не подкосились, хотя он вряд ли хотел меня зацепить, наверняка это вышло случайно.

Капитан тем временем подошел к капитанскому креслу, облокотился на спинку и начал говорить.

– Ну что ж, здравствуй. Нет-нет, не поворачивайся, смотри ровно перед собой. Как же сильно ты испугался, что решил потеряться в открытом космосе, надеясь, что я тебя тут не достану. Но ты же прекрасно знал, что это не сработает. Почему же тогда бежал?

В ответ была только тишина.

– Отвечай, когда тебя спрашивают. Или у нас тут монолог, а?

В его голосе явно слышалась издевка. Это снова походит на спектакль. Может, мы снова в иллюзии? Проверять не хочу, да и не знаю как.