Егор Капралов – Эксперименты (страница 26)

– Не очень-то гостеприимно. Пригласили спуститься, а двери открыть не хотят. Ладно, пойдем, Вась, поболтаем с ним.

– Наверняка выйти отсюда нам уже не дадут. Поставят кучу солдат на выходе, или вообще шахту взорвут.

– Я не особо хочу выходить через лифт.

Ну конечно, нам это и не обязательно. Все еще привыкаю к тому, что расстояния для нас больше не существует. А может, я до сих пор сплю? Может, я все еще там, в пещере на камнях, или нас всех поймали сразу после нашей жесткой посадки и накачивают мозг иллюзиями? Или, может, мы до сих пор не сели, а болтаемся где-то в Небытие, и все это плод моего свихнувшегося воображения? Как же тяжело жить, не зная, насколько реально то, что в твоей жизни происходит. А все то, что происходит сейчас, реальным мне не кажется.

– Не переживай, Вась, все это абсолютно реально. В этом я могу тебя заверить.

– А ты и мысли читать умеешь?

– Не то чтобы прямо мысли и прямо читать, просто у тебя очень сильный эмоциональный фон, вот это легко читается.

– Но ты же как-то понял, о чем я думаю.

– Да, это странно, честно говоря. Возможно, побочный эффект того, что мы оба провели ночь в переговорной.

– Ладно, неважно, проехали. Ну так что там насчет приглашения в гости?

Мы уже стояли около единственного светящегося экрана, но ничего интересного на нем не было. Какие-то неизвестные символы, некий интерфейс, неясно для чего предназначенный. Пока что было ясно лишь то, что внутрь нас пускать не хотят. И, судя по такому приему, лифт действительно был ловушкой.

– Он хотел похоронить нас в лифте. Как только мы зашли, тросы должны были отстегнуться,       экстренные тормоза отключиться, и мы бы полетели вниз на тридцать метров. А как запасной план, он налепил на дно шахты взрывчатки, да побольше. Как видишь, ничего не сработало.

– Вот оно что… если бы ты не сказал, я бы и не узнал об этом.

– Пожалуй, я просто вырву дверь. Опять. Тогда и поговорим. Отойди подальше.

Я сделал несколько шагов назад. В следующую секунду многотонная металлическая дверь, сорвавшись с крепежей и механизмов, со свистом влетела в стену напротив, обрушив часть потолка над ней и подняв облако пыли. Из глубины помещения на нас посыпались выстрелы. Три или четыре стрелка решетили облако пыли, стены, все подряд, надеясь достать нас. Но вскоре все затихло, даже и минуты не прошло. Когда пыль немного осела, мы услышали голос:

– Убирайтесь!

Переговоры останутся за капитаном.

– Успокойся, мы пришли поболтать. Пока что живи. Но не советую пытаться убить нас, так ты приблизишь свою участь.

– Ты же все равно меня убьешь! Какие еще переговоры, с дуба рухнул?

Он говорит он со странным акцентом. Не знаю, был ли он у него всегда, или заработал он этот акцент, общаясь с этими существами на их языке.

– Да, это правда. Но есть шанс, что за тобой я приду попозже, если вообще приду. Это зависит от тебя.

– И чего тебе от меня надо?

– Сказал же, поговорить.

– А если я не хочу разговаривать?

–Т вое право. Тогда ты знаешь свою участь.

– И что ты хочешь услышать?

– Объясни мне, зачем вы это делаете? Зачем это все именно тебе? Может, пора уже остановиться и прекратить сеять смерть по всей вселенной?

– Я всего лишь мелкая сошка, начальник малого звена, я вообще ничего не решаю. Но мне и не надо, все решения уже приняты, наша цель проста: мы хотим стать хозяевами вселенной, первой супер-расой, которой будут поклоняться все остальные. Потому что мы сильнее. Мы сильнее всех остальных, понимаешь? Нам было подарено право быть сильными, подарено самой вселенной, разве можем мы от этого отказаться?

– Но ведь необязательно истреблять ни в чем не повинных существ! Кто будет вам повиноваться, если вы истребите всех, кто мог бы это делать?

– Я в этом не участвовал, только…

– Ложь! Ты был там, на Кластере, ты отдавал приказ!

– От тебя ничего не скроешь. Да, я там был, это правда. И я отдавал приказ. Но эта планета была слишком ценна, чтобы делить ее с кем-то.

– А три остальные тоже? Так можно сказать про любую планету, которая попадется вам на пути, этим вы оправдываете геноцид? Тем, что вы сильнее? Что вам это нужнее, чем им? Четыре цивилизации, четыре! Полностью стерты и уничтожены безвозвратно только потому что вы сильнее и так решили? Я появился, потому что дальше так продолжаться не может. Ты сказал все, что я хотел услышать. Отсрочить свое наказание ты не смог, ты умрешь здесь и сейчас. Помолись, если тебе это нужно. Через пять минут я войду в помещение и казню тебя, глядя тебе прямо в глаза. Тебе все ясно?

Ответа не последовало. Последние несколько фраз в голосе капитана был только холод и сталь, никаких эмоций. только холодный расчет. Даже мне стало не по себе, а тот, кто сидит там, сейчас, должно быть, трясется в ужасе перед неминуемой участью. Я услышал все, что хотел услышать.

Из помещения бункера донесся звон падающего на пол металла. Оружие в руках стрелков начало рассыпаться на части. Капитан, стоявший неподвижно, прислонившись к стене с закрытыми глазами, готовится войти. В следующие несколько секунд он не проронил ни слова. Но внутри тоже была тишина.

Когда звон падающих на пол железяк прекратился, резко, неожиданно, капитан открыл глаза и сделал несколько твердых и уверенных шагов. Я все так же стоял и молчал. Но стоило капитану оказаться в проеме, огромный нож, чуть меньше моего, со свистом разрезал воздух и с хрустом разорвал одежду, плоть и кости капитана. Неужели не успел среагировать? Огромной силы удар отбросил его обратно в коридор, повалив на спину. На груди, под рукояткой, начало расплываться красное пятно. Капитан беспечно смотрел в потолок и улыбался, затем посмотрел на меня, подмигнул и выдохнул в последний раз.

Как такое может быть? Я не верю. Вот так просто? Может, это тоже был какой-то особенный нож, и брошен он был явно с огромной, нечеловеческой силой. Я стою и не верю в то, что вот так просто погибает существо, способное практически на все. Как же так? Он действительно был прав во всем, не обманул меня, он пожертвовал жизнью ради того, чтобы доказать мне, что все эти люди, называющие себя Провидением, заслужили смерти. Не смерти, а даже казни.

Во мне закипает злость. Даже не злость, жгучая ярость, которая вот-вот вырвется наружу. Рука машинально легла на пистолет, я даже не заметил, как он оказался у меня в руке. Я переложил его в левую руку, а правой выхватил нож. Пора опробовать его в бою. Я в выигрышной ситуации, внутри несколько стрелков без оружия и один идиот, который думает, что я просто человек, который ему не угроза. Он что-то кричит, злобно смеется, издевается над капитаном, пытается вывести меня из себя, но не знает, что ему это уже удалось.

Я до тебя доберусь. между нами всего несколько метров, и зря ты меня недооцениваешь. Я до тебя доберусь и всажу тебе нож так глубоко, насколько позволит его длина. Осталось лишь добраться… но стоило мне об этом подумать, я оказался у него за спиной. Ну конечно, нож! Я держал его в руке, и он сработал именно так, как должен был. Тот, кто говорил с капитаном, стоял за столом и начал недоуменно оборачиваться на меня. Но мой клинок был беспощаден. В следующую секунду он уже попробовал на вкус плоть и кровь убийцы, требуя еще. Первый удар пришелся куда-то в нижнюю часть спины, вероятно, разорвав ему почку и часть кишечника. Второй – снизу вверх под ребра, и благодаря длинному клинку, достал до сердца. Тело обмякло и начало истекать кровью, падая на пол. Осталось разобраться со стрелками, но в ту секунду, когда я уже навел пистолет на одного из них время замерло. Пару секунд я не мог пошевелиться и не понимал. что происходит. И вдруг капитан встал, как ни в чем не бывало. В его груди все еще торчал нож, а пятно из ярко-красного стало багровым и заметно разрослось, но ему, видимо это не мешало.

Меня вдруг отпустило, и я снова смог пошевелиться. Солдаты замерли, безоружные, беззащитные и неподвижные, они нелепо стояли, пока капитан шел мимо них к столу. Валяющееся под моими ногами тело судорожно захрипело, отхаркивая кровь. Ему больно, и больно по-настоящему, но он не умрет. Пока что.

– Как видишь, моя смерть мало что изменит. У меня уже есть союзники, которые уже подключились к охоте. И они сильны. Возможно, даже сильнее вас. Вы так сильно верили в свою неуязвимость, что в тот единственный раз, когда вам дали равноценный отпор, ваша иллюзия силы и непобедимости рассыпалась как карточный домик на ветру. В тот единственный раз, когда кто-то решил атаковать вашу якобы неприступную крепость, он просто взял и зашел в парадную дверь. И даже если бы меня не было здесь, ничто не помешало бы ему точно так же оказаться у тебя за спиной в любой момент и всадить нож в самое сердце. Ты мог быть где угодно, у себя дома за завтраком или в душе, у себя в кабинете с бумажками и планами, даже этот бункер не был бы безопасным местом. Вы больше не в безопасности, слышишь? Вам не спрятаться и не сбежать. Даже самые дальние и темные уголки вселенной могут лишь отсрочить вашу участь. И ваша участь будет такая же, как у тебя сейчас: валяться на полу с дыркой в сердце и захлебываться в собственной крови. Ты все услышал? Все запомнил? А теперь ты умрешь. Волей Вселенной, волей моей и рукой моей, ты умрешь.