Егор Громов – Непонятная ситуация в отеле «PARADI» (страница 9)

И хоть они и кокетливо ушли наверх, но семья в целом не остановилась на этом и продолжила его раздражать. Было это осознанно или нет, Пьер не знал, но находился в уверенности, что скоро, впервые, занесёт своего первого гостя в «Чёрный список». Есть тетрадь, её предназначение, и ни единой записи.

Дети продолжали звонить и задавать глупые, раздражающие вопросы:

– Слушаю. – «А из какого источника идёт подача воды?»

– Да. Слушаю! – «Можете ли сделать так чтобы не сквозило».

– Дда. – «Что у вас можно заказать в баре на завтрак?»

И так постоянные, одни за другим звонки, что Пьер к середине дня уже боялся подымать трубку, особенно когда видел индикатор, загорающийся цифрой «7». И самое обидное, что он не мог повести себя грубо, ведь изначально презентовал себя очень сдержанным, и заявив себя таким, уже не мог испортить впечатление, уже не говоря о высоком сервисе, представителем которого он себя особенно считает.

Так, со скрипом в душе, он поднимал и клал трубку, и всё из одного и того же номера, стараясь сдержанно отвечать на очередной вопрос, ответ на который никому совершенно не нужен! Дети хоть и надоедливые, как и их мама, но делают всё из-за своего испорченного характера, когда она просто не осознаёт, что творит. А в тех точно засел дьявол: «А может и целых два!» – как-то заключил утром он после очередного звонка.

«Пьер, а до скольки вы работаете? Чтобы мы просто так не звонили в ваше не рабочее время? – ложь проскальзывала со скрипом улыбки через трубку. – И можно вас попросить, чтобы никто не ходил по коридору, поскольку если на этаже есть кто-то столь же толстый, как и мой братец, то мы точно не уснём!» – а ещё они всё время делают это так, словно их звонки носят вполне себе нормальный характер. Но в глазах, «В глаза кроется демон!» – в очередной раз выговаривался он. «Да ладно тебе, Пьер, они просто безобидные дети» – Джо даже посмотрел на него странно, ведь тот ранее не имел привычки разговаривать с самим собой: "Наконец-то он ёбнулся…"

Но худшее не должно было длиться дольше чем это позволила бы его нервная система, они заехали только на четыре ночи, Пьер с облегчением посмотрел на запись в журнале: «Ничего страшного, мир вообще семь дней делался».

Ответив ещё на пару случайных звонков, – номер «Paradi» очень часто набирают ошибочно, – формат номера очень схож с номерами других сервисных бизнесов, от чего желающих заказать столик в ресторане или забронировать место в кинотеатре немало. Но тем не менее каждый звонок он отрабатывает с надеждой: поднимает трубку, немного вздыхает, его рёбра подёргиваются, а плечи отводятся назад, от чего грудь звонко выпячивается, а глаза пронизываются блеском момента; затем выдох, закатанные вверх глаза:

– Нет, мы не ресторан, но вы можете также прийти и перекусить к нам.

– «Вы кафе?» – Нет, мы не кафе, мы…

– «Если вы не кафе и не ресторан, то почему вы предлагаете мне у вас поесть? Вам нечем заняться? Вы одиноки? Может вы маньяк?»

– Вы мне не дали договорить, я администратор отеля месье. Мы так же имеем посадочные места у бара для наших гостей, но и другие посетители…

– «Но я не хочу сидеть. Зачем мне ваше посадочное место, я хочу есть! Ресторан, кафе, на крайний случай столовая!»

– Месье, пожалуйста… – обычно Пьер не успевает договорить, на обратной стороне трубки уже идут отрывистые сигналы. Разочарование. Усталость. Пьер разводит руками и принимающее кладёт трубку: "Люди бывают разные, но почему-то самые идиоты всегда сходятся на мне".

Трубку он всегда кладёт аккуратно, чуть придерживая, чтобы не хлопнуть. Он вообще очень аккуратен и педантичен. И редко можно заметить, чтобы его одежда не была свеже-поглаженной. В отличии от Джо, к которому он обратится через секунду, как закончит с последней записью в журнале учёта продуктов кухни. Они давно не пользовались услугами своего повара, уже давно не было известно где он. Пьер думает, что он его уволил, повар думает, что ушёл сам. И если появляются гости, он немедленно заказывает сборную еду, которую делают на небольшом производстве в двадцати километрах от отеля. Компания занимается производством готовой еды для поездов, самолётов и небольших гостиниц, которые заказывают уже готовую пищу на нужное количество пассажиров/клиентов. Так делает и Пьер, периодически пополняя запасы их скромного меню. Заказывает он только необходимое, и обычно заранее уточняет будут ли посетители обедать или завтракать, также уточняет будут ли они рыбу или мясо. Ужины же он не предлагает – это лишняя работа, когда вечером хочется уже отдохнуть. А то были случаи, когда заказывалось на ужин много еды, а посетители либо не заказывают, либо с неохотой, лишь немного (из вежливости) делают заказ «так, чего-нибудь», а в итоге берут лишь половину. В итоге Пьеру приходилось всё списывать и затем съедать самому, чему Джо, кстати, всегда был рад. С ним, Пьер, хоть и с неохотой, но всегда делится, но конечно же во вторую очередь и обязательно преподнося это так словно вручает ему премию.

Закрыв журнал, Пьер отдал приказ бармену пересчитать порции заказанной еды и запасы алкоголя. Он предчувствует, что гостей будет чуть больше чем обычно, – и их уже было! Видимо от этого, он немного воодушевился происходящим, и на эмоциях, сделал заказ в количестве чуть больше нужного. Алкоголя же хватает всегда, хоть и Джо маленько да подпивает из бара, делает он это конечно профессионально, после, доливая в бутылку воды, всё, чтобы к следующей ревизии объёмы сошлись.

Но в этот раз Пьер особенно отметил, чтобы тот не мешал виски клиентам: «У нас появилось столько гостей…» что Джо следует не быть расточительным на себя, более того показывать «класс», – "Расточительным?" глупо посмотрел Джо. Что означает «класс» он также не понимает.

– Не хлебать виски! Так тебе понятно? – не сдержавшись, повысил голос Пьер, чтобы донести информацию на понятном Джо языке, он включил жаргон «портовых рыбаков», как он шуткой называет его сам, когда кто-то приличный видит то, как он выражается. Джо лишь кивнул: "Ясно, так бы и сказали". Да, Пьер иногда да выходит из себя.

– И да, не забудьте отнести шампанское в номер семьдесят семь к мисс Шеррингтон.

– Бутылку?

– Джо, ну если я говорю шампанское, то это всегда подразумевает под собой бутылку. Если я говорю виски – значит бутылку. Если кто-то хочет стакан, я и скажу стакан, или бокал, чашку и так далее. Будьте внимательны, информации, которую следует запомнить не так много. Худобы начните с относящейся к вашим прямым обязанностям. Я терпеливый, но и вы здесь не первый год работаете… И да, не забудьте отнести в шестьдесят четвёртый номер обед, уважаемый, который там заселился ночью, попросил обед себе в номер, давайте сделаем ему приятно. Люблю таких, он при первом же знакомстве сказал, что ему нужно.

– А что он будет на обед?

– Джо, я иногда не понимаю, вы как-то это специально делаете, или это у вас естественное? Я очень надеюсь на первое. Советую вам быть хоть немного озадаченным работой. Вот книга заказов, вот страница номер пять, вот заказ. Мы уже год работаем с этой книгой, а вы словно сейчас о ней узнали! – Пьер взялся за голову. – Вы какой-то нерасторопный Джо. Заболели?.. Не отвечайте, при любом ответе отгула вам не дам. Всё, приступайте!

Глава 4

Мужчина, который заехал в 64-й номер ночью, прежде чем повлиять на пробуждение Пьера, аккуратно и бесшумно, пару раз постучал в дверь. Никто не открыл. Совсем не удивительно, Пьер всегда закрывает её на ночь, ночного администратора нету, а ему нужен полезный восьмичасовой сон. Да и ночью никто давно не заезжал, но вот случилось неожиданное исключение из повседневности.

Будущий постоялец стоял под дождём, уже промокший, наивно думая, что кто-то откроет, но постепенно разувериваясь что его услышат, и видимо собрав всю свою уверенность в одно решительное действие, аккуратно и немного неловко, постучал, затем нажал на кнопку звонка, – три стука и один звонок, – так он успел повторить четыре раза. С каждым движением его сердце замирало, ему тягостно думать, что он сможет кого-либо побеспокоить.

Смотревшая из окна напротив старуха, посчитала его либо слишком скромным, либо слишком неуверенным, возможно тормозом: «Как минимум здоровый человек не будет так бездейственно стоять под дождём» – усмехнулась женщина сверху. Она стряхнула пепел, немного попав на свою растянутую майку: «Ёбаный ветер». Сигарета её повседневный ночной ритуал: она идёт в душ, одевает сеточку на голову, чтобы её накрашенные в фиолетовый кудри держали форму, затем она открывает окно (даже зимою) и зажигая плотную сигарету, медленно её покуривает, смотря на здание напротив.

– Стучите сильнее! – крикнула она. – Такой дождь, а вы её словно по жопе гладите. Если хотите кого-то погладить по жопе, то можете переночевать у меня! – совершенно серьёзно сказала она, да, у неё действительно давно никого не было – лет пятнадцать. «Ну, студенческие годы быстро пролетели» – часто говорит она себе с позитивным расчётом на пенсионный период, что возможно, в какой-то день, пьяный и дальнозоркий голландец, сможет, критично-ошибочно, припарковаться в её гавани, спутав с дыркой писсуара. Миссис Ханингем обладает своим, необычным, чувством юмора.