Егор Чекрыгин – Свиток 4. Перевернуть мир (страница 39)

…Раньше у меня была мысль сказать перед камланием какую-то речь. Но тут уже было не до речей, их бы никто и не услышал, да и не нужны тут были речи, на фоне этого гипнотизирующего ритма все слова и речи теряли всякий смысл.

Так что, дав сигнал к началу церемонии, я поспешил вниз, туда где Витек с Осакат уже поставили котлы… пока еще пустые, а ирокезы тащили пойманного живьем оленя, слабо пытавшегося отбрыкиваться оставшимися двумя не покалеченными ногами, и с невыразимой тоской глядящего на весь творящийся вокруг бедлам. Другие отряды тоже не отставали от нас, и без того тревожная атмосфера наполнилась жалобным ржанием, блеянием и визгом жертвенных животных.

…Отпустил оленью душу к предкам, полоснув его фест-кийцем по шее, и кровь обильным потоком хлынула в котел. Потом туда же полилась и кровь небольшой лошадки, а в качестве добавки — отвар наркогрибов. …Совсем слабенький.

Первая чаша, Лга’нхи, сразу же, в качестве Главнокомандующего, пошедшего образовывать круг воинского танца. Вскоре к нему присоединились и Леокай, Мокосай, Мсой и прочие предводители отрядов, причастившихся жертвенной крови из своих котлов. А за ними, испив очередную чашу из рук своих шаманов, в круг входили новые воины, превращая его в огромную чудовищную змею, странными толчками двигающуюся под грохот барабанов и бубнов, завывание дудок и удары о землю ног танцоров.

…Какой уж тут к едрене фене накрокомпот? Ритм и подчиняющееся ему размеренное движение сносили крышу и открывали ворота в потусторонний мир почище любого самого забористого пойла.

Сам не знаю в какой момент, Лга’нхи вдруг взвыл и, подскочив к стене, высоко подпрыгнул и поразил копьем фигуру центрального аиотеека-оуоо. За ним тот же маневр начали повторять и другие участники танца, безжалостно поражая нарисованного врага своим оружием.

Удивительно, никто не репетировал и не договаривался об очередности, но никакой свалки или бестолковой толкотни, возле стенки не образовалось. Ритм не только гипнотизировал, но и организовывал движение людей. …По мне так это и было настоящим чудом!

Воины танцевали и дрались с нарисованными аиотееками, пока полностью не стерли изображение со стены. Это была явная победа, и ее стоило отметить у ярко горящих в начавшихся сумерках костров.

Глава 10

Если днем еще продолжалось теплое сухое лето, то по ночам и утром осень уже заявляла свои права на мир. Клочья холодного тумана, приносимого с озера зябким ветерком, покрывали берег и степь рядом с ним, сглаживая шероховатости и делая пейзаж абстрактно-выразительным.

О поле! Кто тебя усеял мертвыми костями!?

Тьфу-тьфу-тьфу, типун мне на язык! …Слава богу пока еще все кости были живы. Пока!

А лежащие вперемешку тел своей малоподвижностью были обязаны лишь вчерашней пьянке и битве с запасами мяса. Однако мне, от вида этих лежащих тел и бродящих меж ними женских фигур, стало как-то не по себе. Да. Знаю, что все живы. И что женщины там ходят не в поисках тел своих убитых мужей, а просто разносят водичку для опохмела. Но все равно — как-то жутко.

Гульнули мы вчера от всей души. — Пиршество, начавшееся после ритуальной битвы, превзошло все мои ожидания. — Вот даже и не знаю, — в мозгах у местных что-то такое особенное, или дело в пиве, — однако тут по-пьяни обычно не бычатся и в драку не лезут. — Ну да, — ведь пьянка все еще занятие ритуальное. Ты не для собственного удовольствия бухаешь, а с целью побеседовать с предками, а с предками лучше соблюдать вежливость. — Тут эту науку с детства вбивают пинками и подзатыльниками…

Но так или иначе, но на пиру все были настроены очень благодушно. Сначала вроде как бухали у своих костров. Потом, следуя примеру Царей и Вождей, начали ходить в гости соседям…

И короче понеслось! Благо все достойные воины уже были знакомы между собой и неоднократно встречались как на маневрах, так и на совместных пиршествах, так что стесняться и жеманничать повода не было.

Уж не знаю какого, в результате вчерашнего ритуала, получила пинка вражеская Мана, но вот сплоченность в рядах Союзников явно возросла. (С похмелья даже рожи у всех стали на одно лицо). И пусть сегодня за это придется расплачиваться больными головами, тошнотой и прочими «радостями» похмелья, можно надеяться, что и в бою теперь наши вояки будут действовать так же дружно, как и на пирушке.

…Вот только у меня на душе как-то неспокойно и мандраж нервический во всем теле от чего-то присутствует. …Пойти что ли попинать командный состав, чтобы скорее приводили своих вояк в чувство. Оно конечно, дикари — ребята крепкие, они и с жутким похмельем будут драться так же яростно и свирепо. Вот только битва нам предстоит очень серьезная, и разбазаривать свои силы по пустякам не хочется…

Однако, вопреки моим опасениям, уже к полудню все войско не только поднялось на ноги, но и презрев похмелье, вчерашний пережор и прочие телесные слабости, сумело переместиться на десяток километров, к месту предстоящего боя.

Разведка, малость обиженная тем, что ее исключили из вчерашнего праздника, уже донесла, что аиотееки не стали делать крюк, обходя озеро стороной, и не пошли путаться между холмами, а двигаются в нашу сторону и будут тут буквально через сутки. Так что пора было начинать действовать.

Для начала я порекомендовал Лга’нхи вызвать на совет всех Вождей и провести этот совет прямо на поле боя, чтобы можно было, тыкая пальцем, указать каждому конкретное место, где будет биться его отряд, и оговорить то, что им предстоит сделать. А пока они собираются и идут, кратко поведал братцу о придуманном мной плане.

…Блин. Увы, но те времена, когда Лга’нхи заглядывал мне в рот и верил, что моими устами говорят Духи, уже канули в лету.

Нет, он продолжает верить что Духи общаются со мной и подсказывают умные мысли (а иначе откуда им взяться-то у дебила?). Вот только я ведь сам в последнее время требовал он него думать своей головой, так что все мои идеи он отныне принимал достаточно критично.

Потому-то, постепенно подходящие Цари и Вожди вместо благообразной беседы двух Великих заставали нас за жарким спором, …и немедленно в него включались.

И таким вот незатейливым образом, собственно говоря, и была составлена диспозиция предстоящей битвы.

К моему большому изумлению, проще всего оказалось с песиголовцами. Я почему-то думал, что они начнут брыкаться и кочевряжиться, поскольку не имели ни малейшего представления о дисциплине. А они преспокойненько согласились спрятаться в холмах и сидеть там до тех пор, пока им не подадут сигнал звуками кол’окола и густым сигнальным дымом из расположения наших войск.

— …А что ты удивляешься, Дебил. — Разрешил после окончания Совета мои сомнения Царь Царей Леокай. — Мы же один раз послали их к вражескому войску и рассказали способы, как взять там богатую добычу. Они ее и взяли. Так что теперь будут верить нам, пока мы их не разочаруем… — И при этом строго так посмотрел на меня, словно бы из всей нашей банды Мудрецов я был единственным слабым звеном, от которого можно ждать лишь нелепых ошибок и грубых ляпов.

…Да уж, куда сложнее было убедить «благородных» горских Царей занять предписанные им позиции и строго следовать Плану. Причем самые большие разборки, естественно, шли за право сразиться в самом пекле боя. Не потому что все так радели за дело Союза и погибель аиотеекских захватчиков. …А потому как Мана!!!!

Не так уж эти аиотееки и богаты, чтобы продвинутые горцы рассчитывали взять с них реально большую добычу. Думаю, тот же Леокай уже давно подсчитал баланс вероятных потерь и прибылей, и лишь горько вздохнул да развел руками.

Так что, если уж драться с такими опасными врагами, как аиотееки, то лишь ради приобретения Великой Маны! А отсиживаясь в кустах или шпыняя на поле боя всяких там слабаков и убогих, Великой Маны не получишь.

Так что вытребовать для ирокезов права сдерживать главный удар верблюжачьей кавалерии, стоило мне множества усилий.

Не то чтобы я особо рвался схватиться в бою с самым сильным и опасным противником. Просто тренировки и экзерциции на маневрах это одно. А вот выдержать вид несущегося на тебя стада огромных зверюг, не говоря уж о копьях сидящих на зверюгах всадников, и не побежать в панике назад или не сдриснуть в сторону — это вот уже совсем-совсем другое. Тут нужна даже не столько смелость, сколько привычка и выдержка. У ирокезов она была. А вот за остальных я так уверен не был. Так что ринулся в бой за ради Славы и Репутации как последний спортсмен.

Увы. Рациональные доводы, вроде того, что мы уже неоднократно дрались с аиотееками-оуоо и знаем как их побеждать, тут не котировались. Так что, пока я не привел аргумент, что собираюсь задействовать против верблюжатников свою Магию, высокую честь помереть под верблюжьими копытами нам никто уступать не хотел. Худо-бедно уговорил.

Потом начались очередные проблемы, но уже с обратным знаком. Подготовка позиций для битвы заранее тут также проходила по разряду магии. Так что копать ямы и вбивать колья было предложено шаманам, которые что-то в такой магии смыслят. Что, в переводе с нагло-местного наречия, означало — сам Дебил и вкалывай.

Но тут уж впрягся Леокай, которому я суть этой «магии» объяснял еще два года назад, и как-то так повлиял на зарвавшихся Вождей-Царей. …Причем сделал это столь блестяще, подчас умудряясь сочетать в одной фразе и угрозу, и лесть, и обещания, что я чуть слюной не истек от зависти. Силен был дедушка Леокай! Ох, силен!