Егор Аянский – Пробуждение (страница 34)
— Вполне, — в его голосе появилось заметное облегчение. — Давай, беги за помощью, Костя. Не бойся — теперь умру нескоро.
Ну хоть по имени назвал!
— А призрак — это кто? — осторожно поинтересовался я, поднимаясь с корточек.
— Тень забытого прошлого, — натянуто улыбнулся старик. — Беги, потом поговорим.
Далеко бежать не пришлось. Старшина с пятеркой автоматчиков подловил меня прямо у выхода со двора. Хорошо я вовремя среагировал и догадался нырнуть за одну из кирпичных построек, иначе бы, не ровен час, сам словил пулю.
— Я тебя видел, студент! Выходи на свет с поднятыми руками!
— Выхожу! Не стреляйте…
Медленно выбрался на освещенный луной участок, держа ладони на виду, и взглядом указал на дом:
— Там это… деда Паша ранен в живот. Огнестрел. Я сделал уколы. Маленьким шприцом из зеленой упаковки.
— Стас — за Семенычем! Коля и Киря — вы за носилками! — Виганд быстро раздал приказы людям, после чего снова покосился на меня: — Так а я не понял, студент… Если ты ему помогал, то кто тогда стрелял?
— Азиаты, трое. Кажется тувинцы. Деда Паша двоих в доме убил, а последнего… Последнего я завалил. Он на меня с ножом кинулся — пришлось защищаться.
Ну а смысл что-то придумывать? Самооборона в чистом виде.
— Ты? — губы старшины подернула недоверчивая ухмылка. — И чем же ты его «завалил»?
— Топором. Труп у крыльца лежит — можете сходить посмотреть. Я по нужде в туалет пошел, а они через крышу забрались к нам и…
— Все, завязывай! — Виганд отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи. — Дуй в свою избу. До утра на улицу не выходить; о том, что произошло — никому не говорить. Усек?
Просьба выглядела так себе, но я согласился без лишних вопросов:
— Усек.
— Дима, проводи. Он в двадцать шестой живет.
Один из двух оставшихся автоматчиков повернулся ко мне:
— Пойдем?
— Ну пошли, — вздохнул я.
По уверенному поведению Мишкиного отца, мне стало ясно, что подобное событие для них не впервой, а потому я не удержался от вопроса навязанному спутнику:
— И часто у вас здесь стариков по ночам убивают?
— Бывает, — улыбнулся он. — Ты главное никому не болтай о своих подвигах, тогда Виганд все оформит как надо. Он мужик золотой; глядишь — вообще скроет твое участие в этой истории.
— Зачем скрывать?
— А ты перед здешними уголовниками хвастаться собрался?
— Нет, но…
— Ну вот и забудь. Рановато тебе заводить врагов среди местных.
— Врагов? — опешил я. — Типа они за мной тоже могут прийти?
— Ты чем-то от остальных людей отличаешься? — рассмеялся провожатый. — Тувинцы — ребята принципиальные и смерть своих не прощают. Даже если это была самооборона.
— Понял, — кивнул я. — Буду держать рот на замке.
— Вот и правильно. Вроде твоя хата?
— Ага, пришли. Спасибо за подсказку, — я протянул ладонь. — Меня, кстати, Костя зовут.
— Бывай, Костя, — он пожал руку и поспешил обратно к своим.
Что происходило дальше мне неизвестно. Еще с полчаса я слышал за дверью обрывки разговоров и суетливую беготню, а затем все стихло. И впору бы попытаться воспользоваться тишиной, да выспаться, но бесконечный поток мыслей не дал сомкнуть глаз до самого рассвета.
Зачем русские люди делают себе таиуировки с восточными именами?
Кто такой Призрак?
Почему мое второе убийство было настолько…
Пресным?
Пожалуй самое подходящее слово. Куда делось то невероятное ощущение, заставившее каждую клеточку тела трепетать от восторга?
И кого еще надо убить, чтобы снова его испытать?
Интерлюдия III
Наталья Викторовна Клейменова открыла веки и ошеломленно уставилась на круглолицего мужчину, нависшего прямо над ней. Мысль о том, что в ее квартире находится посторонний побудила немедленно вскочить с кровати, но затекшее тело оказалось повиноваться. Единственное, что у нее получилось хорошо сделать — истошно заорать:
— А-а-а!!!
— Тише, тише, милочка! Вам еще рано вставать.
Взгляд женщины лихорадочно заскользил по сторонам, изучая обстановку: стойка с капельницей, прикроватный столик, включенный монитор состояния здоровья. Поначалу все указывало на больничную палату. Однако затем она заметила четырехметровый потолок с барельефом и огромные панорамные окна, выходящие на просторный цветущий сад.
— Где я? — ошеломленно выдохнула она.
— В безопасности, — тон незнакомца звучал максимально благожелательно.
— А вы кто?
— Ваш лечащий врач. Зовите меня Сергей Витальевич.
Она с подозрением уставилась на его лицо. Слишком лощеное и ухоженное для мужика. Гладко зализанные назад волосы, тщательно выщипанные брови — от него прямо-таки веяло искусственной приторностью. Разве что голос оказался необычайно хорош. Такой мягкий, успокаивающий.
Может и впрямь доктор?
Наталья Викторовна зажмурилась, пытаясь восстановить пробелы памяти, но мозг словно затянуло дымкой. Последнее, что она смогла вспомнить был клубничный коктейль, приготовленный сыну перед школой.
А дальше — пустота.
— Может все-таки объясните, как я сюда попала?
— Мне это не известно, — пожал плечами незнакомец. — Я был приглашен уже после переливания крови, так что…
— Крови? — перебила она его. — То есть я была сильно ранена?
На лице врача отобразилось удивление. Несколько секунд он задумчиво молчал, после чего выдал напрочь ее огорошившую фразу:
— Простите я не уполномочен отвечать на ваши вопросы.
— А кто уполномочен?
— Ее сиятельство.
— Сиятельство? — вспылила женщина. — Какое еще, нахрен, «сиятельство»?
— Э-э-э… Невестка ваша будущая — Алена Дмитриевна.
— Невестка⁈