Егор Аянский – Кай 5 (страница 18)

Для последнего мероприятия мне пришлось выпросить у Аурры пару сильных медведей, которые ожидали меня на границе в лесу, пока я перетаскаю с нанятого грузового паровика мешки с камнями. Еще неизвестно, сколько мне их потребуется, но я предпочитаю быть готовым ко всему. Так что, к вечеру я был полностью снабжен всем необходимым и мог приступать к реализации своего плана. Мне бы еще достать что-нибудь усыпляющее или парализующее, но здесь я уже рассчитываю на Михаила и его лавку. Тревожить занятого продолжением своего рода Рики мне не хотелось, а бегать искать другого эльмура для сцеживания у него яда представляется делом долгим и не очень приятным.

Вроде бы все готово. Я повернулся к телепорту и произнес заклинание переноса к первому из отмеченных монастырей:

— Томаль Камален таре.

Глава 8

Этот монастырь мной был выбран не случайно. Ближайший лесной массив находился прямо над ним, а соответственно я избежал необходимости подниматься к нему снизу и маячить перед возможной охраной. Уже рассветало, а потому я замаскировался на вершине неприметной скалы и уставился вдаль, накинув на глаза контур.

Отсюда открывался прекрасный вид на внутреннюю территорию. Место для постройки сооружения было идеальное. Задняя и боковые части монастыря примыкала к отвесной скале, исключая возможность зайти на территорию с этой стороны. Так что для того, чтобы отгородится от мира, было достаточно выстроить только переднюю стену. Сложена она была целиком из крупных массивных камней и выглядела неприступной, а единственный деревянный элемент — огромные ворота, состоял из цельных бревен и приводился в действие специальным механизмом.

Вопреки предупреждению торговца, большого количества дозорных я не заметил. Пара стрелков на вышках, вооруженных луками — вот и вся охрана. С другой стороны, кому может прийти в голову грабить монастырь, в котором ничего драгоценного нет? Наверное только мне.

Кроме вышек здесь располагалось несколько хозпостроек; что-то наподобие маленькой запруды, источником для которой был по всей видимости горный родник; ряды поленниц и, конечно же, основное здание, построенное из крупных каменных блоков и имевшее три этажа. Задачей моей разведки было выяснить распорядок дня, а также возможность проникновения внутрь, если потребуется.

Едва первые лучи солнца проникли на территорию, как наружу высыпали голые по пояс люди, которые совершили омовение лица и тела прямо во дворе, а затем построились в колонну перед выходом. Они были абсолютно неотличимы друг от друга, за исключением одного, который был одет в подобие пестрого балахона. Скорее всего это жрец, что живет здесь постоянно. Он присоединился к основной группе через пять минут и возглавил ее. После этого ворота открылись и собравшиеся легкой трусцой побежали в одном направлении, не сбивая строя, и, спустя пару минут, исчезли за крупным уступом скалы. Мне пришлось аккуратно отползти назад, а затем я вскочил на ноги и припустил с огромной скоростью в их сторону.

Сменив позицию, я снова обнаружил их. Путь колонны закончился возле огромной статуи Куурум, высеченной из камня. Будущие паломники перешли на шаг и сделали три полных круга вокруг холма, а затем уселись на землю, подогнув колени и склонив головы. Кроме одного, того самого что возглавлял строй. Он поднялся непосредственно к статуе, осмотрел ее внимательно, после чего опустился на землю у ее подножья. Я напряг слух.

Главный что-то бормотал, но ветер и шум деревьев не давали мне разобрать большую часть слов. Тем не менее, из того, что я услышал, можно было заключить, что это какая-то молитва. Остальные участники изредка подхватывали окончания некоторых фраз и громко повторяли их.

А вот дальше синхронность действий начинала пропадать. Одни люди вставали и бежали обратно, другие сидели чуть дольше, а третьи вообще уходили по одному. Бежали они, судя по всему, обратно в монастырь. Нужно будет уточнить этот момент у Михаила подробнее. Вскоре их осталось не больше десятка, и через десять минут служба закончилась. Оставшиеся одновременно поднялись и легким бегом направились за своими товарищами. Жрец, оставшись один, возложил руки на статую, постоял около нее с минуту, а затем двинулся следом.

Вот он мой шанс! Но все же стоит провести здесь дополнительные сутки, возможно я смогу дождаться еще каких-то вариантов и окончательно сформировать план.

К сожалению, за весь день ворота больше так и не открылись. Территория монастыря пустовала до полудня. Затем в обед на ней появились люди и до вечера работали во дворе под наблюдением жреца. Кто-то носил воду внутрь главного здания, кто-то рубил дрова, а кто-то подметал территорию. Ближе к вечеру из недр каменной постройки донеслись заунывные пения, а следующим утром все повторилось. Так что я твердо решил действовать снаружи и не подвергаться лишнему риску, проникая за стену. Посмотрев повторно утреннюю церемонию и определившись с примерным планом действий, я отправился к месту телепортации, откуда переместился в район столицы.

— У меня нет парализующего яда, — Михаил крутился в своей мастерской и полировал какой-то камень, — Я лечу людей, а не отравляю.

— Ну ты же можешь его изготовить! Представь, что я обычный хаттайский воин и делаю тебе заказ.

— Да будет тебе известно — хаттайские воины не используют подлые методы, а всегда сражаются с противником лицом к лицу! Выполнение этой просьбы будет считаться помощью тебе и неоднозначно воспримется Хаосом. Лимит мы исчерпали. Достигни повышения уровня.

— Хорошо, а что ты можешь тогда предложить?

— Зелье для крепкого сна, зелье для лечения кишечного расстройства, зелье…

Он перечислял свои лекарства, а я рассеяно слушал его, пытаясь придумать еще какие-то варианты. По большому счету, я мог бы изготовить что-нибудь из того, чему меня учили в школе Длани, но придется поискать ингредиенты. Наши травы здесь не растут, а потому меня ждет прыжок до Дикого леса.

— …зелье от насморка, зелье… Ты меня слушаешь, Кай?

— Да! Зелье от насморка. Мне все это не подходит.

— Ну тогда мне нечем тебе помочь, — пожал он плечами.

— Я провел больше суток у одного из монастырей и дважды наблюдал за каким-то утренним ритуалом. Почему одни люди молятся дольше других? — решил я сменить тему.

— Каждый молится столько, сколько считает нужным. Зависит от степени загрязненности кумаши…, — он вдруг осекся и посмотрел на меня странно, — Только не говори, что ты собрался напасть на монастырь?

— Пока нет. Но такую возможность не исключаю.

— Это плохая затея! — занервничал Михаил, — Оскорбить мать-змею — оскорбить всех ее потомков. На твои поиски подключат видящих, астральщиков и других одаренных.

— Кажется, мы договорились, что я должен действовать сам? Вот я и буду действовать так, как считаю правильным. Не думаю, что после похищения камня из Главного храма, меня ждет иная участь.

— После обретения тобой магии, я могу взять тебя в ученики и скрыть от всех. Нет ничего плохого в том, что учитель заботиться о безопасности своего ученика.

— А как же волнения Хаоса? — не удержался и съязвил я.

— Позволь, я сам определю, что я могу делать, а что нет.

Мне не захотелось с ним спорить, а потому я просто попрощался и отправился на холм, откуда перенесся в свое логово.

Для нахождения ингредиентов я подключил Аурру, которая с удовольствием перепоручила это молодежи своей деревни. Так что еще до наступления сумерек, все необходимые травы были найдены. Я долго думал какой яд сварить, и в итоге остановился на усыпляющей мази, что действовала через кожу. Если я хочу сделать все аккуратно — нельзя допустить того, чтобы дырявить свою жертву клинком или стрелой. Мне не составляет труда залечить ранение без следа, но вот заштопать одеяние жреца будет куда более проблемным. К тому же у меня не получиться прятаться слишком близко к месту молитвы из-за особенностей рельефа, да и крик боли может привлечь внимание.

Сварилась мазь достаточно быстро. Я упаковал бесцветную жижу в небольшой пузырек, которых в логове некроманта было более, чем достаточно, и задумался, куда потратить остатки времени. Я бы предпочел хорошенько выспаться перед будущей охотой, так как не отдыхал почти двое суток. Но нужно было сделать еще кое-что, чтобы окончательно развеять не дающие мне покоя догадки. Закончив с подготовкой, я взял моток глеверита, подошел к телепорту и произнес:

— Битаниэль Гвин таре.

И снова я внутри загадочного дома без выхода. Здесь ничего не поменялось и было также чисто, как и в прошлый раз, из чего я сделал вывод, что кто-то приходил. Две пары дверей все также были окутаны голубым сиянием, и я даже попытался нейтрализовать его захваченным с собой металлом, но у меня ничего не вышло. Либо это заклинание накладывал очень сильный маг, либо источник, питающий чары, находится где-то внутри.

— Эй! Кто-нибудь! Я хочу поговорить!

Тишина. Я мазнул взглядом по дальней двери. Она как и прежде выделялась на фоне своих соседок отсутствием сияния. Не особо питая надежд, подошел к ней и толкнул, ожидая сопротивления. Но в этот раз она просто открылась без усилий, а внутри…

От неожиданности я громко выдохнул и замер. Стул и стол были сдвинуты в сторону, на его крышке лежали нетронутые алмазы, а посредине комнаты стоял мольберт, на котором, все еще пахнущей краской, была изображена эта чертова спиралевидная гора из Черной пустыни! Только на этот раз художник изобразил ее иначе. Им был выбран ракурс у ее подножья, а сам творец словно стоял снизу и смотрел вверх на бесконечно уходящий в небо пик. Каждая деталь была прорисована великолепно и правдоподобно, такое можно создать только глядя на образец.