Ефим Курганов – Кагуляры (страница 20)
Эме-Жозеф Дарнан, журналист из «Аксьон Франсез», а впоследствии кагуляр, при немцах занимал важнейшие посты, поскольку сумел снова собрать под фашистское знамя тех молодчиков, которых когда-то тренировал под Ниццей. Помимо того что уже упоминалось в записках Бразильяка ранее, следует отметить, что Дарнан при немцах получил звание штурмбаннфюрера и был государственным секретарем по безопасности правительства в Виши, но в первую очередь считал себя не просто фашистом, а именно кагуляром. Перед расстрелом в октябре 1945-го он произнес такие слова: «Я клялся в верности нашей организации, целовал трехцветное знамя. Секреты Кагула я унесу с собой в могилу».
Подготовка всех арестов и ликвидаций была поручена персонально Филиолю, поскольку целый ряд лиц, включенных в списки, было решено в тюрьму не сажать, а прикончить на месте. В частности, такой расправе подлежал Леон Блюм, на которого кагуляры уже однажды покушались.
В ночь с 15 на 16 ноября основные силы кагуляров, стянутые в столицу для предстоящей операции, должны были собраться в Венсенском лесу в полной боевой готовности, однако в установленное время на место сбора не явились десятки бойцов, причём никто не мог назвать точную причину их отсутствия.
Дарнан, проверявший готовность личного состава, пришёл в ярость и обещал после разобраться с «трусами и предателями». Тем не менее о ситуации следовало доложить, и он, оставив вооружённые отряды ждать дальнейших приказов, на мотоциклетке рванул в сторону Люксембургского дворца, ведь в туннелях под дворцом в те дни располагалось что-то вроде Генерального штаба армии кагуляров.
Прибыв на место, Дарнан обнаружил там Шуллера, Делонкля и многих других видных участников Секретного комитета, которые тщетно пытались призвать к порядку Филиоля. Главный кагулярский убийца потерял всякое самообладание – он кричал, размахивал руками, то и дело повторял, обращаясь к Делонклю:
– Хочешь, чтоб тебе глотку перерезали?! Выступаем сейчас или никогда!
Из этой речи, довольно бессвязной, Дарнан всё же понял, что нынешней ночью операция не состоится. Оказалось, что маршалы и генералы, разрабатывавшие её, не планировали проводить государственный переворот с 15 на 16 ноября, а устроили генеральную репетицию, причём результатами этой репетиции остались недовольны.
Что касается Дарнана, то ему высказали претензии ещё до того, как он не успел доложить, что не досчитался нескольких десятков человек. Выяснилось, что Шуллер с Делонклем уже обо всём знали.
Очевидно, давнишнее предательство Франсуа де ля Рока, сорвавшего фашистское выступление 6 февраля 1934 года, кое-чему научило нынешних кагуляров, ведь многие в руководстве Секретного комитета ранее являлись членами «Аксьон Франсез» – в частности, маршал Франше д‘Эспере и герцог Поццо ди Борго. Они прекрасно помнили, что предатели могут появиться повсюду, и построили свою новую организацию совсем по другому принципу. У кагуляров в отличие от «Аксьон Франсез» везде и всюду был двойной контроль. Возле каждой более-менее значительной фигуры ордена находился неприметный человек, который докладывал о деятельности своего подопечного, куда надо. Получалось, что такой неприметный человек присматривал и за Дарнаном.
Тот факт, что некоторые бойцы не явились в Венсенский лес, очень встревожил кагулярское руководство. Отсутствующие могли оказаться доносчиками левых. Об этом Делонкль говорил даже Филиолю:
– Ты требуешь выступать немедленно… А что, если на нас донесли? Что если в Елисейском и Матиньонском дворцах нас уже ждут? Мы не можем позволить себе ещё одного провала.
К тому же выяснилось, что не все точно знают свою роль в предстоящей операции – некоторые, и даже Филиоль, отвечая Шуллеру и Делонклю, путали хронологию и последовательность действий, что могло привести к сумятице и неразберихе. А если отряды кагуляров, встретившиеся не в том месте и не в то время, начали бы по ошибке стрелять друг в друга?
В общем, приказ о начале операции так и не был отдан в ту ночь. Шуллер, несмотря на уговоры со стороны Филиоля и Дарнана, твёрдо стоял на своём. Действовать в обход остальных руководителей Секретного комитета он не хотел, как и Делонкль.
Впоследствии сам Дарнан рассказал мне об этом. Рассказал и о том, что Филиоль рыдал в неподдельном горе, а ведь тогда, в ночь с 15 на 16 ноября ещё никто не знал о скором конце ордена кагуляров – не знал, что тщательно подготовленная операция, если и могла состояться, то именно в ту ночь и никак не позже. Прав был Филиоль, когда кричал: «Выступаем сейчас или никогда!» – однако он не сознавал, насколько прав.
Отряды кагуляров, находившиеся в полной боевой готовности в Венсенском лесу, разошлись по домам, чтобы никогда уже снова не собраться – по крайней мере в том месте и в том составе, который предполагался для проведения операции, задуманной Секретным комитетом.
Увы, скрыть от полиции возросшую активность кагуляров не удалось. Несмотря на распоряжение руководителей Секретного комитета о том, что бойцы из Ниццы, прибывая в Париж, должны стараться не привлекать к себе внимание, многие из «рыцарей» Дарнана, вышколенные на манер итальянских «Гладио», разгуливали по Парижу в чёрных кожанках, перепоясанных голубыми ремнями. Даже тупые флики поняли, что дело не чисто, а кагулярские манёвры, проведённые в ночь с 15 на 16 ноября, окончательно прояснили для левых всю опасность создавшегося положения – стало очевидно, что кагуляры готовы к выступлению.
Наше республиканское правительство, которое вечно запаздывает с действиями, в этот раз сработало на удивление быстро, просто молниеносно. Оно не стало дожидаться момента, когда Секретный комитет всё же отдаст приказ выступать.
Министр внутренних дел в правительстве «Народного фронта», социалист Макс Дормуа (проклятый бородач!) начал последовательный разгром ордена кагуляров. Всю ночь с 17-го на 18-е в кабинете Макса Дормуа кипела работа. Ранним утром 18 ноября были подписаны первые приказы об арестах, а утром 19 ноября уже начались первые аресты.
К счастью, у Секретного комитета революционного национального действия были свои агенты даже в Министерстве внутренних дел, поэтому многие кагуляры успели своевременно скрыться.
Во всяком случае, команда сподручных Филиоля разлетелась в разные стороны – в основном, в Италию и Испанию, где им было безопасно и спокойно. Как видно, всю эту группку берегли на будущее. Миттеран сбежал одним из первых – просто растворился. Позднее исчез и бравый Дарнан, а вот Филиоль оставался в Париже до последнего. Лишь 4 декабря (аресты шли вовсю уже 2 недели) он уехал в Сан-Ремо вместе с начальником разведки кагуляров Анри Мартеном, ускользнув буквально из-под носа у фликов, которые как раз направлялись на квартиру Мартена. Перед побегом эти двое высокопоставленных кагуляров сожгли архив разведки Секретного комитета, и в результате никто так никогда и не узнал, от кого комитет получал сведения о действиях своих противников. Возможно, Филиоль и Мартен так долго оставались в Париже, потому что надеялись предать огню зашифрованную картотеку всех членов Секретного комитета, но добраться до неё, увы, не удалось. Она попала в руки полиции, была расшифрована и в итоге способствовала аресту очень многих лиц. Газеты сообщали о 120 арестованных, но я просо уверен, что было намного больше.
Схватили даже и некоторых руководителей Секретного комитета. Например, генерала Дюзеньера, арестованного 24 ноября. А ещё – самого Поццо ди Борго, не посмотрев на его герцогство, однако довольно-таки скоро выпустили и извинились. Думаю, причина в том, что герцог был чистый идеолог, то есть просто болтун, не способный на настоящие дела, и все это знали.
Очевидно, таким же безобидным посчитали и маршала д’Эспере, или не захотели брать на себя ответственность за здоровье ветхого старика. К тому же он был настоящий французский маршал, герой Марны и еще член Французской академии, а причастность д’Эспере ещё требовалось доказать, чего так никогда и не удалось. Такую личность было бы совсем неудобно подвергнуть аресту даже на время, это выглядело бы как позор для всей Франции.
Не тронули и маршала Петена. Не тронули генерала Гуро, занимавшего должность начальника парижского гарнизона. Избежал преследования и генерал Максим Вейган (в недавнем прошлом – начальник Генерального штаба и вице-президент Высшего военного совета Франции).
В общем, выявился целый круг кагуляров, ни в коей мере не подлежащих аресту, потому что улик против них имелось слишком мало, а ведь нетрудно было догадаться, что именно эти высокопоставленные лица вошли бы в новое фашистское правительство, если бы захват власти удался. Эти люди хорошо позаботились о себе – вышли чистенькими из всей этой грязной кагулярской истории. Разумеется! Ведь военные, дослужившиеся до командных постов, просто обязаны уметь просчитывать всё на несколько шагов вперёд, в том числе своё будущее. Лишь одно меня удивляет и ужасно огорчает – с такими руководителями орден кагуляров всё-таки умудрился проиграть сражение. Я до сих пор испытываю невыразимую душевную боль при мысли об этом. Я не в состоянии постигнуть – как же можно было проиграть?! Как же можно было проиграть с таким бравым начальством, столь опытным в военном отношении?!