Ефим Черняк – Судьи и заговорщики: Из истории политических процессов на Западе (страница 60)
В заговор было вовлечено не менее одиннадцати членов конгресса, не менее двенадцати армейских офицеров, три офицера флота и по меньшей мере 24 гражданских лица, из которых один был губернатором лояльного штата[392]. Пятеро были крупными банкирами, трое — журналистами, известными всей стране, и одиннадцать — влиятельными и богатыми промышленниками. Вероятно, были еще и оставшиеся мне неизвестными.
Имена этих известных заговорщиков указаны без комментариев или шифровки в первом томе этой серии. Указанные лица внесли восемьдесят пять тысяч долларов для дела. Только восемь лиц знало детали заговора и имена остальных.
Я опасаюсь за свою жизнь. Л. К. Б.».
Легко понять, что подобная сенсационная находка на первых порах была почти единодушно воспринята всеми как мистификация. Подобное письмо легко мог составить любой шутник, обладающий известными познаниями американской истории. Подозрения падали и на самого Неффа. В ответ Нефф опубликовал в журнале «Civil War Times» к столетию гражданской войны в апреле 1961 г. некоторые результаты своих изысканий. При обработке выцветших страниц различными химикалиями Нефф сумел проявить подпись «Л. К. Бейкер», написанную невидимыми чернилами того состава, которые употреблялись разведчиками в годы гражданской войны. Видный эксперт Стенли Смит в июне 1961 г. официально признал эту подпись, сравнив ее с известными подписями Бейкера, неоспоримо подлинной. Но и это мало кого убедило.
Нефф занялся изучением последних лет жизни Бейкера. Как отмечалось, его уволили в отставку в феврале 1866 г., когда президент Джонсон обнаружил, что слишком усердный и чрезмерно любопытный Бейкер установил тайное наблюдение за Белым домом. Покинув службу, Бейкер переехал в Филадельфию, где и скончался 3 июля 1868 г. Нефф решил начать поиски в огромном городском архиве Филадельфии в надежде найти ключ к загадке. Ему посчастливилось разыскать завещание Л. Бейкера от 30 апреля 1866 г., в котором генерал назначил своими наследниками жену, трех братьев и трех сестер. Далее было обнаружено свидетельство о смерти Бейкера — от менингита, между тем как газеты сообщали, что отставной шеф контрразведки скончался от брюшного тифа (эта разница в диагнозе была уже известна давно). Душеприказчиками Бейкера были назначены лейтенант Лютер Бейкер, отказавшийся от этой роли, и некий Джозеф Стидфол, который сообщил, что не обнаружил никакого имущества, принадлежащего покойнику. Это уже было странным.
Не ограничившись первой находкой, Нефф проверил дела четырех свидетелей, подтвердивших завещание Бейкера. В бумагах одного из них он обнаружил дополнение к завещанию Бейкера, передававшее все его книги, дневники и бумаги нефинансового характера некой Лауре Дювал из Вашингтона. На этом дополнении была отметка, что данная статья завещания была отвергнута 6 января 1879 г. Значит, было формальное заседание суда, принявшего это решение. Начались новые поиски. Оказалось, что первое слушание дела состоялось еще 14 и 15 октября 1872 г. Нашелся и протокол. Во время этого заседания показаниями ряда свидетелей было установлено, что на Бейкера незадолго до его смерти якобы было совершено несколько покушений (в него стреляли, пытались поразить кинжалом), что он находился в здравом рассудке и не был склонен изобретать несуществующие опасности.
Сохранился перечень книг Л, Бейкера, оставшихся после его смерти. В нем фигурируют и переплетенные комплекты «Colburn’s United Services Magazine» с 1860 по 1865 г. Отсутствует лишь том за первую половину 1864 г. — как раз тот, где, если верить шифрованному посланию, Бейкер перечислил имена заговорщиков.
С некоторой долей вероятности можно считать, что зашифрованные послания действительно были написаны Лафайетом Бейкером. Существует возможность того, что в шифрованных записях Бейкера нашли отражение подлинные факты. Но можно допустить и мистификацию, и не только со стороны какого-либо любителя шуток, но и самого Бейкера — все равно, просто ли он забавлялся (на эту мысль как будто наводят рифмы, которыми он явно сознательно соединил отдельные строки своего первого послания) или начинал какую-то интригу с целью запугать Стентона. Наконец, даже если Бейкер был отравлен, то и помимо Стентона у «американского Фуше» не было недостатка во врагах.
Еще одной попыткой раскрыть тайну явилась книга В. Шелтона «Маска измены. Процесс убийц Линкольна» (1965 г.)[393], которую автор посвятил памяти О. Эйзеншимла.
Шелтон справедливо отмечает, что за 100 лет, прошедших со времени убийства Линкольна, были предприняты огромные усилия с целью полностью раскрыть причины и всех участников преступления. Однако эти усилия дали совсем ничтожные результаты, и мы до сих пор столь же мало знаем о его инициаторах и руководителях, как публика в театре Форда в момент, когда Бут нажал на спусковой крючок пистолета. Найдены сотни слабых мест, противоречий, сознательных умолчаний и искажений, подрывающих доверие к официальной версии, но тайна от этого стала еще более непроницаемой; мы оказались еще дальше, чем прежде, от решения загадки.
Суд над участниками заговора, приведшего к убийству Линкольна, продолжает Шелтон, проводился с нарушением традиционных норм правосудия; судьи были заинтересованы не в установлении истины, а в том, чтобы осудить. Они вынесли свой приговор на основе весьма недостаточных данных. Следует поэтому снова просмотреть все имеющиеся документы, строго контролируя всякий раз, что мог знать тот или иной свидетель и какова, следовательно, ценность его показаний.
На самом процессе убийц Линкольна неопровержимо была доказана вина лишь одного из подсудимых — Льюиса Пейна, того самого, как сказано в обвинительном заключении, жаждущего крови, полупомешанного великана, который совершил ряд ужасающих злодеяний в доме государственного секретаря Сьюарда и потом вечером 17 апреля 1865 г. постучался в дом вдовы Саррет, где и был схвачен детективами Бейкера. По теории Шелтона, Пейн — наименее виновный из всех обвиняемых, точнее, вовсе не виновный и лишь в результате неудачного стечения обстоятельств попавший на скамью Подсудимых, а потом на виселицу. Он был случайной жертвой того же заговора, который привел к убийству Линкольна и который пытались скрыть власти, подменяя его совсем иным, вымышленным, заговором.
По мнению Шелтона, Эйзеншимл совершенно правильно нащупал факт существования другого заговора — совсем не того, о котором говорилось на суде, — и установил, что в этом заговоре участвовал Стентон. Однако Эйзеншимл не распутал всех нитей этого сложного преступного предприятия, не выявил его пружин и главных действующих лиц. Все это Шелтон считает возможным сделать, анализируя роль Пейна, которая казалась всем наиболее ясной и поэтому не привлекала особого внимания. Уверенность судей в том, что настоящее имя Пейна — Пауэлл, была совершенно ошибочной. Это два разных человека. Шелтон пытается доказать, что существовали похожие друг на друга двоюродные братья Льюис Пейн и Льюис Пауэлл, солдат южной армии из Флориды, что первый был посажен на скамью подсудимых за действия, совершенные вторым.
Шелтон считает Пауэлла главным агентом высокопоставленных заговорщиков, решивших убить Линкольна. Именно Пауэлл подтолкнул тщеславного актера Бута (между прочим, в конце 1864 г. и самом начале 1865 г. не обнаруживавшего симпатий к Югу) совершить покушение на президента. Не ему ли принадлежит и демонстративный визит в отель «Кирквуд» с письмом Бута к Джонсону? Ведь то, что туда явился самолично Бут, лишь недоказанное предположение. По мнению Шелтона, аптекарский ученик Геролд получил от Пауэлла указание отравить Бута сразу после убийства Линкольна, чтобы «убрать» опасного свидетеля. Геролд, воспользовавшись страстью актера к виски, подсыпал в спиртное яд. Он выполнил поручение, но не очень удачно, недаром по дороге актер почувствовал себя больным. В него стрелял сержант Корбетт, вероятно не получивший тайных указаний. Но если бы он не сделал этого, выстрел все равно раздался бы из другого ружья. Секретность похорон убийцы президента Шелтон объясняет по-своему. Просто на теле убитого были ясно видны следы отравления, отсюда и изумление присутствовавших при опознании по поводу «сильного изменения» трупа.
Почему же, однако, Геролд умолчал о своей роли даже после оглашения смертного приговора? Почему молчала миссис Саррет, по мнению Шелтона, соучастница Геролда? Возможно, они не хотели признаваться на суде в убийстве Бута, предпочитая строить из себя невинные жертвы? Л. Бейкер мог до последней минуты успока-т ивать их обещаниями помилования, угрожать расправой с близкими, даже использовать наркотики — это было в его манере. Геролд и миссис Саррет поняли, что их обманули, только тогда, когда, окруженные плотным кольцом сыщиков, полицейских и солдат, подошли к эшафоту. Но было уже поздно… Шелтон считает организатором заговора наряду со Стентоном, спровоцировавшим Линкольна на посещение театра Форда, также майора Экерта. Участником заговора, вероятно, был и вице-президент Джонсон.
Такова теория Шелтона, в основном декларированная, а не доказанная в его книге. Это побудило некоторых критиков считать «Маску измены» не историческим исследованием, а скорее детективным романом[394].