Эдвин Хилл – Пропавшие (страница 22)
– Я запаниковала почти сразу, – ответила Френки. – Я уложила Итана в кровать на дневной сон, а когда вернулась в комнату, его уже не было.
– Это было после обеда?
– Да, после обеда.
– А ели вы…
– Арахисовое масло! Я же говорила.
Барб просмотрела заметки.
– Ага, точно, арахисовое масло. Ведь у вас нет холодильника. А твой брат, или кто он там тебе?.. Где был он все это время?
– Не знаю.
– Оставался в доме?
– Дом большой. Комнат много. Он где угодно мог засесть.
– Так ведь Итан тоже мог уйти в любую комнату? Ему четыре годика. Он может шалить. Он запросто мог спрятаться в одной из комнат особняка. Ты его там не искала и сразу помчалась искать помощника шерифа Данбара?
– Не знаю. Я не могла найти его.
– Кого – его?
– Итана!
– Видишь ли… у меня тоже дети, – сказала Барб, доставая сотовый и выводя на экран фото девочки и мальчика на пляже. – Погодки, им три и четыре. С ними просто сладу нет, я постоянно боюсь. Как, например, в этот день, на пляже, когда я сфоткала их. Раньше я любила на пляж выбраться, зато теперь целый день надеюсь, нет, молюсь, чтобы их волной не смыло в море, акула там не съела или чайки насмерть не заклевали. Последнее, конечно, совсем нерационально, но мне все равно страшно. А еще мы живем в Портленде, это крупный город. Там сейчас, в принципе, безопасно, но иногда закон все же нарушают. Моя дочка, Хлоя, – ровесница Итана, и вот в чем штука: когда она пропадает, я первым делом раздражаюсь, злюсь, изумляюсь, потому что она обычно лезет к соседям во двор или в кладовку и таскает оттуда печенье. Или спускается ко мне в кабинет и лупит там по клавишам рабочего компа. Пугаюсь я только, когда понимаю, что ее нет ни там, ни там. Чтобы запаниковать, мне надо чего-то не знать. Или надо знать кое-что. Ну, так что же знала ты? Или что ты знаешь?
Френки молча уставилась на Барб.
– Давай я спрошу иначе, – сказала та. – Что ты скрываешь?
– Я хочу найти сына.
– Уж это, я надеюсь, не секрет. Мы тоже хотим найти его. Только этого мы и хотим.
Рори снова подался к Френки:
– Помнишь, как встретила меня сегодня? Когда я остановился на дорожке у особняка? Ты сказала, что Итан пропал. А что я ответил?
– Не помню уже, – ответила Френки.
– А мне кажется, помнишь.
– Ладно. Вы сказали, что детей на острове отпускают гулять одних. Типа это безопасно. Типа с добрыми людьми плохое не случается. И вы сказали мне, что тревожиться не стоит.
– А потом ты повторила то же самое Энни, мол, Итан, поди, гуляет и заплутал. Мол, это не впервой. Ты еще назвала его засранцем.
– Ты так и сказала? – спросила Барб.
Френки ссутулилась, и тогда Барб призналась:
– Мои детки тоже засранцы.
Френки принялась всхлипывать. Началось с одной слезинки, и вот ее уже всю трясло. Наконец, успокоившись, Френки выпрямилась. Выглядела она истощенной.
– У тебя чай остыл, – заметила Барб. – Хочешь заново налью?
Френки кивнула.
– Добавим сахар. И молоко. Как говорится, чай, чай, выручай. С чаем все нипочем, верно? – Улыбка Барб сделалась какой-то хищной, и Френки отстранилась.
– Ты посиди пока, мы сейчас. – Барб отвела Рори в другой конец комнаты и велела ему: – Езжайте в особняк и привезите сюда этого Сета.
– А с ней что?
– Предоставьте ее мне.
Выбежав на улицу, Рори помчал назад, в особняк. После освещаемого генератором общественного центра тьма в лесу казалась такой беспросветной, что дальше своего носа он не видел. Оказавшись в доме, он включил налобный фонарь и увидел, как во тьме мелькнула пара глаз. Тут точно кто-то был. Снаружи бушевал ветер, давя на стены, а сквозь крышу в дом затекала вода. Рори не заглядывал в особняк несколько месяцев, и вонь за это время сделалась только хуже. Это место надо было давным-давно снести. А после сегодняшнего, наверное, иного выбора не останется.
– Есть кто дома? – позвал Рори.
В кухне на большом деревянном столе валялись остатки ужина на скорую руку. Поднявшись на второй этаж, Рори двинулся по коридору, поочередно открывая каждую из спален. В одной из комнат на полу лежал чемодан, из которого вывалились женские и детские вещи. В последней были свалены шкафы и комоды. Рори заглянул за стену из мебели на спящую Энни. Ткнул в нее ручкой фонарика, и та испуганно проснулась, отползла к стене.
– Это я, – сказал Рори.
– Иди на хер, – ответила Энни, убирая со лба сальные пряди. – А как же перемирие?
– Ты почему про Сета не сказала? – спросил Рори, погасив фонарик. – Это брат Френки. Сегодня приехал, в день, когда Итан пропал. То есть это Френки нам так сказала. Полезная была бы информация.
– Так я сама его только встретила.
– А кроме брата к Френки еще кто-нибудь наведывался? Из города. Незнакомцы там… – Рори помолчал. – Мужчины…
– Типа бойфренд?
– Кто угодно.
– Думаешь, Френки – проститутка?
– Я ничего не думаю, – ответил Рори. – Просто в этом доме творится разная херня, вот и задаю вопросы.
– А что бы ты подумал, если бы ко мне мужик заглянул?
– Мне было бы плевать, если бы он зашел не вчера вечером и не сегодня. Это не у тебя ребенок пропал. – Рори сделал небольшую паузу. – А что, к тебе мужики заглядывали?
– Нет. И к Френки тоже не приходили. Мы тут с самого Дня труда одни.
– Ладно, так и где же Сет? Тут я его не нашел, а поговорить с ним надо. Сейчас.
– Не знаю я, где он. Был тут, когда я спать пошла.
– Если объявится, пусть найдет меня.
Вернувшись в машину, Рори позвонил Барб:
– В доме его нет. Я про Сета. Из мамаши еще что-нибудь вытянули?
– Немного, – ответила Барб. – Прежде она распространяла дурь, хотя это и неудивительно.
– Здесь тоже продавала?
– Говорит, что нет.
– Верите ей?
– Я ей вообще не верю. Возвращайтесь. Мне снова нужен плохой коп.
На лице Рори расцвела широкая улыбка, и он только порадовался, что Барб его не видит.
– Я еще раз объеду остров.
– Постарайтесь заодно отыскать и Трея. Он уже час не выходит на связь.
– Может, у него не ловит?
– На этот случай у нас есть любительские радиопередатчики. Звоните, если найдете кого-то. Нельзя в такую бурю на улице оставаться, это и вас касается. Так что возвращайтесь.