Эдвин Хилл – На Диком Западе. Том 3 (страница 86)

Мэри в припадке восторга схватила Дэви за руки. Ей в этот момент так хотелось обвить его шею руками и крепко прижать его к своей груди. Щеки ее вспыхнули ярким румянцем. Внезапно, подобно рычанию зверя над добычею, раздался голос Деру:

— Там нет и не может быть прохода! Я прекрасно знаю эти места.

Дэви напрягся, как тетива лука; он весь вытянулся в сторону Деру.

— Мистер Деру, — сказал он тихо, с потемневшим лицом, и в его тоне прозвучало что-то угрожающее, — я не намерен вступать с вами в спор, но повторяю: проход есть и там именно, где я сказал!

Мэри вздрогнула при этих словах, исполненных железной решимости. Она заметила, что лицо Деру сразу изменилось. Бешенство и коварство засветились в его дерзких глазах; все, что было приятного в его наружности, оказалось как бы вырванным с корнем. Деру заговорил с большим, чем обыкновенно, ударением на словах:

— Ах, мой пылкий молодой друг, я не сомневаюсь в вашей уверенности… Но я думаю, что вы просто ошибаетесь. Как говорит мистер Марш, вы были тогда еще совсем ребенком. Там невероятно сложный рельеф, вид этих изломанных гор совершенно искажает представление о них, представляет его в мираже. Я сам часто охотился там, очень часто. Но я никогда не слыхал о проходе, о котором вы говорите.

Дэви молчал. Губы его были крепко сжаты, а глаза устремлены на Деру с каким-то странным выражением, как будто он хотел что-то мучительно припомнить, и ускользающие воспоминания тревожили его.

— Во всяком случае, — заговорил Марш, — есть смысл заняться обследованием. Как бы то ни было, Джесон отправится туда, и проводником его будет Брендон. Мы должны сделать все, чтобы одержать победу! При всем том что мы теряем? Ничего! Итак, завтра утром вам подадут лошадей, и мы пожелаем вам счастливого пути!

Мэри улыбнулась и кивком головы выразила одобрение решению отца.

— Как вам угодно, — мягко согласился Деру.

Остальное время пути Марш, Джесон и Дэви занимались в вагоне подробным ознакомлением с картой намеченного к исследованию района. Марш приблизительно наметил ту линию дороги, которая была бы желательна, а Дэви приблизительно отыскал то место, где отцом его был найден проход. Деру в это время развлекал Мэри. Он снова надел на себя маску чрезвычайной любезности: весело шутил, смеялся, рассказывал забавные случаи и вообще вел себя так непринужденно и смеялся так громко, как никогда раньше.

Когда они приехали в Норз Платт, и вагон был отцеплен, Мэри пожелала всем спокойной ночи и ушла в свое купе, хотя обычный час ее сна еще не наступил.

Рой беспокойных мыслей закружился в ее голове: сердечная теплота, так внезапно наполнившая ей сердце, ее помолвка с Джесоном и налагаемые ею обязательства, которые казались трудно выполнимыми; нескрываемый антагонизм между Дэви и Деру, доходящий у последнего едва ли не до патологической ненависти, — все это выбило девушку из колеи. Особенно смущало и в то же время интересовало ее чрезвычайно напряженное выражение лица Дэви, когда, казалось, он безнадежно старался что-то припомнить. Но что?

— Спать собираетесь? — спросил Деру Джесона, готовый уже пожелать ему спокойной ночи.

— Нет, — сказал Джесон, — еще рановато. В Ню-Йорке я привык в это время прогуливаться; поэтому утром я чувствую себя слегка сонным.

— Тогда пойдемте в город, — предложил Деру. — Заглянем в зал Холлера и сыграем в рулетку. Я чувствую, что сегодня выиграю!

— Только не заходите далеко, — пошутил Марш. — Рулетка Холлера для меня, что больная мозоль!

Джесон и Деру медленно вышли на тускло освещенную улицу и направились в «Арабские ночи», в это время, как всегда, наполненные народом. Не менее сотни людей стояло у длинной стойки перед глазами судьи и его стражей.

За игорными столами шла азартная игра, танцевальный зал был битком набит танцующими, лица которых раскраснелись от вина и движения. Руби сейчас же увидала вновь прибывших и оставила высокого техасца, который был с ней. Это был скотопромышленник из Панхелла, ведший крупные дела с железной дорогой. Здесь он ожидал большую партию скота, которую гнали его служащие за восемьсот миль от Норз Платта.

Руби шла через толпу не спеша, с волнующей грацией и приветствовала Деру развязно, а Джесона очень скромно. Джесон поймал ее выразительный взгляд и улыбнулся.

Втроем они сели за отдельный столик, и Деру по своему обыкновению заказал шампанского.

— Вы зря тратите деньги, Джо, — начала Руби. — Эти закупоренные в бутылки солнечные лучи сегодня не для Руби… Мне все надоело! Еще одна какая-нибудь выходка, и я брошу это проклятое место!

Она пододвинула стул к Джесону и наклонилась к нему. Деру смотрел на них и улыбался.

— Какая прелестная пара! — сказал Деру. — Вы, милая Руби, и вы, мой друг Джесон. Я пью за ваше здоровье и счастье!

Он откинул голову и выпил бокал до дна.

Скотопромышленник из Панхелла подошел к Руби и положил руку на ее обнаженное плечо. Она пробовала увернуться и почти упала в объятия Джесона.

— Вы что, смеетесь надо мной, обманываете? — говорил пьяный техасец. — Весь вечер опутывали меня и вдруг бросили ради этих тонконожек!

Джесон в волнении вскочил со стула, но в это время раздался резкий, как звук бича, голос Деру:

— Отойдите! Я сейчас разберусь с джентльменом.

Техасец подался вперед, вынимая из кобуры большой револьвер. Все кругом вскочили из-за столов: некоторые отступили к стенам, другие бросились к двери. Раздался угрожающий голос Холлера. Деру, быстрый, как кошка, наклонился вперед, расставил ноги и в мгновение ока сделал какое-то движение, быстрое, как молния. Зал огласился громкими револьверными выстрелами. Громадный техасец зашатался, побледнел, несколько секунд потоптался на месте, потом рухнул, как срубленное дерево. Деру постоял немного, наклонившись к упавшему, и затем спокойно вложил свой револьвер в кобуру. В зале стоял гам, слышались крики женщин. Старый Холлер с громкими проклятиями подошел к столу в сопровождении своих вооруженных янычар. Деру улыбался и, наклонившись к Руби, гладил ее по плечу.

— Они все грубияны и невежи, — говорил он, наливая стакан шампанского. — Не пугайтесь, человек не убит — я стрелял в него вовсе не для того, чтобы уложить на месте!

Холлер, протискавшись сквозь толпу к Деру, закричал:

— Деру, мне совсем не нравятся эти револьверные игры!

— Мистер Деру, Холлер… Что за тон!? — надменно спросил Деру.

Он не двинулся с места и пристально посмотрел на судью, который, несмотря на свой гнев, похолодел от этого взгляда и сдержал себя.

— Хорошо. Мистер Деру. Так-то вы относитесь к вашему старому другу?! Своей стрельбой вы превращаете этот зал в ад. Ведь вас двое; вы могли бы схватить этого дурака и вытолкать его в шею!

— Джед, — сказал Деру, — ступайте-ка направо кругом к своему насиженному стулу и наливайте свое скверное виски этим простофилям. Это мое личное дело! Понимаете? Мое дело! У этого человека скверные манеры. Я мог убить его, но решил только наказать и ранил в плечо. Уберите его отсюда!

Судья позабыл свою обычную фразу «Закон и порядок» и, подняв на ноги раненого, при помощи своих помощников вывел его из бара.

— А теперь, — начал Деру, обращаясь к Джесону, — у нас есть с вами более важное дело. Этот молодой Брендон сует нос в мое дело, в дело Деру, в ваше дело, наконец. Слушайте внимательно: если он найдет проход, — а я вам по секрету скажу: этот проход существует — мы проиграем. Вы, Джесон, теряете 30 тысяч долларов, свою Руби и нечто такое, на что она рассчитывает. Делайте выбор: или жизнь в бедности для вас обоих или приличное состояние… Какой проклятый случай так неожиданно подсунул нам Брендона! Вы, Джесон, будете иметь с ним дело. Все пустяки… Несчастный случай в тех местах — дело самое обыкновенное. Брендон поедет с вами, но вернетесь вы один…

Джесон, бледный, сидел молча и сжимал свои руки.

Вдруг Руби наклонилась к нему.

— Питер, послушайте меня, — сказала она. — Вы должны поступить так, как советует Джо. Я не позволю, чтобы кто-нибудь стал на дороге к нашему счастью. Не хочу, не хочу и не хочу! Я всю жизнь боролась, чтобы добиться чего-нибудь. Я боролась честно! Но теперь перед нами случай, наш случай, даже если бы это было сопряжено с гибелью человека! Чего стоит жизнь в этих местах! Я видела здесь, по крайней мере, двадцать человек убитых. Брендон не должен возвратиться. Слышите, Питер?!

Глава XIX

Возвращение Джесона

На следующее утро, едва взошло солнце, Дэви привел лошадей к вагону Марша. Он встал до рассвета, упаковал все необходимое для двухнедельной поездки, все подсчитал и убедился, что запасов для путешествия вполне достаточно.

Он подъехал к вагону Марша и весело крикнул, что лошади готовы. Он был верхом, держа поводья лошади Джесона в левой руке. Вьючная лошадь дремала сзади. Мэри отворила дверь и выбежала с веселой и приветливой улыбкой. Дэви соскочил с лошади и взял ее за руку.

— Я не пробуду долго в отсутствии, Мэри, — сказал он. — Мы свободно доедем до чейенов в четыре дня. Оттуда в два дня доберемся до прохода. Я полечу как птица. И тогда — назад!

— Прекрасно, Дэви! — воскликнула Мэри. — Я верю в ваш успех. Проход нужен и для отца и для дороги!

— Понимаю! — сказал Дэви. — И для меня это счастливый случай. Я даже и не мечтал, что смогу быть так полезен!