Эдвард Т – Терра Беата. Путь домой (страница 8)

Я понял, что отмолчаться не получится.

- О чем вы хотите знать? Я не понимаю. Он воспитывал меня. Он любил меня. Как вы думаете, что я должен чувствовать? Его больше нет. А меня как будто в чем-то подозревают.

Президент сделал знак моим конвоирам и те убрали руки с моих плеч.

- Сонни, мальчик мой, давай попробуем начать с начала. - сказал Президент почти как отец, и меня словно жаром обдало. – Ни у кого из нас нет причин не доверять тебе. Мы все скорбим о нем вместе с тобой. Для нас всех, для всего Сопротивления это невосполнимая потеря. Он был настоящий боец и верный товарищ…

Так. Что дальше? У них нет причин!... Зачем вызвали? Для совместной скорби? Продолжайте, мистер Президент.

- … он погиб при выполнении особо важной миссии. Прошу всех почтить его память.

Актив в полном составе встал навытяжку за игральным столом. Место отца занял мужчина с военной выправкой, проседью в коротко остриженных волосах и грубо вытесанными чертами лица. Его холодные серо-голубые глаза смотрели на меня, как будто измеряя и взвешивая.

- Благодарю вас, друзья. Прошу садиться. – обратился к Активу Президент.

- Сонни, позволь представить тебе нового члена Актива. Он отныне будет твоим куратором, каким был Джеральд. – Президент кивнул на «тесанного». - Передай ему все, что ты получил от отца. Это не подлежит обсуждению. Это приказ.

Как хорошо, что при себе у меня нет носителя из тайника! Иначе я тут же все отдал бы. И откуда он знает? Или просто проверяет на всякий случай?

- Не понимаю, о чем вы говорите. Отец ничего мне не передавал кроме опыта оперативной работы. Мы с ним вообще последний раз общались после акции, перед моим арестом на базе. И это общение нельзя назвать доверительным. Думаю, вы в курсе, как это было.

Глаза Президента сузились, губы его плотно сжались. Весь Актив как бы едва заметно напрягся. Я понял, что сказал лишнего, неосторожно намекнув на прослушку в доме отца. Значит, слушали все-таки наши… Надо было быстро исправлять промах.

- Он ведь должен был доложить Активу. Неужели нет?

Лицо Президента немного расслабилось. Остальные, включая моего нового куратора, тоже едва заметно выдохнули.

- Сонни, я поясню. Гибель Джеральда выглядит как провал и убийство при попытке ареста. И мы подозреваем, что его кто-то сдал. Мы полагали, что он успел тебе передать что-то, что поможет найти предателя.

- Я и сам хотел бы его найти. Если вы сможете это сделать раньше – дайте знать. Я с ним перекинусь парой слов. – сказал я совершенно искренне.

- Сонни, благодарю за преданность делу Сопротивления. Новые инструкции ты получишь от куратора. – новый кивок на «тесанного», затем ответный кивок самого «тесанного» без отрыва от рассматривания моего лица.

- Итак, коллеги, - это уже к Активу, - На сегодня повестка исчерпана. Нас ожидает то, ради чего мы собрались. Приступим к бриджу.

«Тесаный».

После Актива я понял, что теперь от меня не отстанут.

Вечером того же дня я получил сообщение от нового куратора. «Тесаный» назначил мне личную встречу на конспиративной квартире в квартале, где жила умеренно состоятельная техническая обслуживающая прослойка.

После соблюдения обряда конспирации я вошел в квартиру. Следом за мной вошли двое «боевых товарищей», которые, не прячась, вели меня до адреса.

Пасли меня теперь в открытую, не пытаясь соблюдать хоть какие-то правила скрытого наблюдения. Я постоянно видел, как минимум, двух «топтунов», которые сопровождали меня везде, как почетный караул. Не заходили они со мной разве что в туалет.

Значит, открыть флешку я смогу именно в туалете. Больше просто негде. Придется протаскивать сюда коммуникатор с адаптером для флешки. Ну, что уж поделаешь… Главное – информация.

А пока – знакомимся с новым куратором. «Заменителем отца».

Прохожу в комнату, по всему – гостиную. Осматриваюсь. Стены обиты звукоизолирующими панелями. Интересно. Наверное, чтобы не беспокоить секретами непосвященных соседей.

Он стоит у окна и выглядывает из-за жалюзи, видимо – проверяет, нет ли незапланированного сопровождения.

Сразу после моего появления в комнате мгновенно поворачивается ко мне лицом и жестом приглашает сесть.

Садимся за маленький столик по разные стороны. «Почетный караул» испарился на кухню, но, как я понимаю, ждет распоряжений, и отнюдь не от меня. В другой комнате чуть заметно мелькает чья-то тень, и я понимаю, что у «Тесаного» полная страховка, мне вообще некуда деваться в случае чего. Все – по-взрослому. Поэтому будем соблюдать максимальную осторожность.

Первые полминуты идет «позиционная война»: мы молча присматриваемся друг к другу. Надо отдать должное, он производит впечатление. Крепко скроенная жилистая фигура, волевое лицо, спокойный пристальный взгляд. Паузу держит идеально. И, судя по всему, в деле он должен быть весьма хорош.

Кто-то из нас должен начать говорить.

Что ж, беру это на себя, как диктует обстановка.

- Подконвойный ИН 3858746958558 по месту встречи доставлен, - зондирую я его чувство юмора. – какие будут указания?

Его взгляд, устремленный на меня, никак не меняется. Если чувство юмора и имеется, он его полностью контролирует. Плохо. Но – что имеем, то имеем.

Снова молчим около минуты. Затем он снисходит до разговора.

- Сонни, молодец, держишься неплохо. Чувствуется школа Джеральда. Жаль, что его больше нет с нами. – небольшая пауза, чтобы соблюсти приличия. Затем продолжение. – Теперь нам с тобой надо познакомиться поближе, чтобы мы могли нормально взаимодействовать.

И начинается очень грамотный допрос, где каждый вопрос, каждая фраза, буквально каждое слово и интонация имеют значение. Да-а, с этим надо держать уши широко распахнутыми, иначе спалюсь мгновенно.

Интересуется буквально всем. И жизнью в эмбрионарии. И работой в доме отца. И как я отношусь к войне, к правительству, к Активу. А когда я последний раз виделся с мамой? А с кем из ячеек поддерживаю связь?

Но это все – для отвлечения внимания. Ну, и тест на ложь. Ответы он знает не хуже меня самого. Я это понимаю, поэтому отвечаю, как есть. Тут мне скрывать нечего. Но скоро начнутся неудобные вопросы, и тогда я пойму, чего он хочет.

- Сонни, что произошло на последней акции?

Вот оно, начинается. Так, отвечать не задумываясь, все, как говорил отцу.

- Я решил, что имела место ошибка, связанная с дезинформацией. После повтора приказа исполнил его сразу. Цель была ликвидирована, эвакуация проведена по инструкции. Потерь наличного состава ячейки нет.

- Хорошо, Сонни. А какое указание написал тебе отец на бумаге?

Ого! Вот это поворот темы… Записку отца я уничтожил сразу после прочтения, еще до прихода на базу. Они видели, как он писал, но не видели, что он написал. Отвечать быстро, не думая.

- Письменно мне было приказано немедленно проследовать на базу для отбывания дисциплинарного ареста. Что и было исполнено.

- Отлично, Сонни! Молодец! Так всем и говори. – и он вдруг заговорщицки подмигнул мне.

За своего хочет сойти. Нет, второго отца быть не может.

- При всем уважении, больше мне сказать по этому вопросу нечего. – отвечаю, глядя ему прямо в глаза.

Он изучает меня еще примерно секунд пятнадцать. Я спокоен, поза приличествует обстоятельствам – посадка непринужденная, руки лежат на коленях, ладони раскрыты внутрь, пальцы расслаблены. Потоотделение в норме. Плечи спокойно развернуты, не напряжены. Дыхание ровное, поверхностное, через нос. Словом – все под контролем, как учили. Придраться не к чему.

Затем, либо поняв, что я чист, либо, наоборот, что я все равно вывернусь, он улыбается и встав из-за столика, дает понять, что встреча окончена. Я тоже встаю со стула. Кивком головы «Тесаный» отпускает меня восвояси. Я по-уставному киваю в ответ, разворачиваюсь и шагаю к выходу из комнаты.

Уже на пороге вдруг слышу его спокойный, уверенный голос:

- А где флешка, Сонни?

Где флешка, Сонни?

Мне стоило всей моей выучки не вздрогнуть. Я на секунду замер. В голове было пусто, как в магазине незаряженного пистолета. Только эхом многократно отдавался вопрос «Тесаного»: «Где флешка, Сонни?»

Я как мог спокойно развернулся к нему лицом и просто спросил, как и должен был бы спросить человек, который не понимает, о чем речь:

- Какая флешка?

- С информацией, которую передал тебе Джеральд. Где она? – ответил вопросом на вопрос «Тесаный».

- То, что показал мне отец, после чего я пришел в Сопротивление? Это все было у него в компьютере. – не задумываясь, ответил я. А в голове у меня вертелась одна до боли простая мысль: «он знает… откуда он знает?.. это конец…»

- Сонни, лучше скажи сам. Иначе мне придется спросить по-другому. – без всяких эмоций, просо констатируя предстоящее, проговорил он.

Все, что мне пришло на ум, было:

- Так проверьте компьютер отца, все, наверное, еще там.

- Взять его! – чуть повысив голос, сказал он, и тут же сзади двое молодцов, приведших меня сюда, заломили мне руки, да так, что от боли у меня потемнело в глазах. О сопротивлении я даже подумать не успел.

- Приступайте. Только следов не оставлять– раздалась команда «Тесаного», и началось. Меня еще никогда так методично и долго не избивали. То, что бывало на тренировках, не шло с этим ни в какое сравнение.

Двое сзади держали мня практически на весу, а двое спереди очень грамотно и неспешно молотили по мне руками и ногами. На спецподготовке нас, конечно, готовили к чему-то подобному, но беда в том, что эти ребята тоже проходили спецподготовку. Но их, видимо, готовили для другой работы. Поэтому многие их изыски были для меня неожиданным и весьма болезненным сюрпризом.