Эдвард Хукер Дьюи – План питания «Без завтрака» и лечение голоданием (страница 6)

Имея за плечами всю эту физиологию процесса воздержания от приема пищи во время болезни, я более десятка лет входил в палаты больных, чтобы увидеть эволюцию от болезни до здоровья, как я вижу эволюцию от мертвых отходов марта к изобилию июня. С самого начала у меня было огромное преимущество – при воздержании от приема пищи я мог изучать естественную историю болезни, историю, в которой ни один из симптомов болезни не был усугублен нарушениями пищеварения.

Поскольку при этом не тратились жизненные силы на безнадежные попытки спасти организм от истощения, я имел полное право предположить, что мои пациенты выздоравливали быстрее и с меньшими страданиями. Не задумываясь над тем, какие продукты и лекарства давать, я мог полностью посвятить свое внимание изучению симптомов, свидетельствующих о прогрессе на пути к выздоровлению или смерти. В дополнение ко всему этому я испытывал огромное удовлетворение от того, что строго следовал указаниям Природы относительно того, когда и что нужно есть.

Что касается опасности смерти от простого чувства голода, то следующий примечательный случай показывает, насколько далека она от обычной истории острых заболеваний. Покойный преподобный доктор Мерчант из Мидвилла, штат Пенсильвания, за некоторое время до своей смерти, случившейся несколько месяцев назад, сообщил мне, что его брат поступил в армию во время Войны за независимость с весом в семьдесят два килограмма. С война его отправили домой таким истощенным из-за язвы желудка и кишечника, что он фактически мог измерить свое бедро большим и указательным пальцем. Дома он прожил всего десять дней, поражая всех ясностью своего ума даже в последний день своей жизни, когда он мог размышлять над очень умными суждениями, что он никогда не умел делать в здоровом состоянии. После смерти его тело весило всего двадцать семь килограммов.

По мнению доктора Мерчанта, основанному на этой истории болезни, пища не переваривалась в течение последних четырех месяцев жизни, но я считаю, что мозгу потребовалось гораздо больше времени, чем этот срок, чтобы поглотить более сорока килограммов веса тела. То, что жизнь была сокращена за счет более быстрой потери тканей от болезни, должно быть принято во внимание при оценке времени проведения голодания.

Глава IV

Кормить больных! Кто из тех, кто правит на кухне и хорошо кормит, не осознает с усталостью в мозгу требования желудка – что во время каждого приема пищи в счете на оплату должны быть какие-то изменения?

Главным средством, на которое полагаются врачи для поддержания сил во время лечения больных, является молоко. Как пища, молоко предназначалось в основном для теленка, а не для человека и уж точно не после появления коренных зубов. Это не та пища, которая возбуждает выработку слюны в случае появления чувства голода, как запахи со сковороды или от жарящейся птицы. Молоко играет очень важную роль в качестве полноценной пищи в течение нескольких месяцев в жизни теленка, и поскольку его можно потреблять без особого отвращения, в то время как запахи кухонной плиты оскорбляют ноздри. Молоко дается по часам, день за днем, а в некоторых случаях – неделя за неделей. И есть тысячи врачей, которые подкрепляют этот непреклонный рацион самыми сильными алкогольными напитками, обычно выбирая виски.

В связи с этим я скажу об алкогольных напитках, что в них нет ни одного атома, который можно было бы превратить в живые атомы, живые ткани. Они перегружают и раздражают желудок, а значит, снижают его пищеварительную способность и ослабляют все силы и способности мозга и всей нервной системы.

В качестве ежедневного рациона без изменений эта комбинация, если ее строго придерживаться, истощит жизненные силы даже атлета, и он окажется уволенным с действительной службы за меньшее время, чем несчастные больные часто вынуждены терпеть такое питание. Неужели Природа так удобно поворачивается лицом к экстренным ситуациям, что жизненные силы больных могут быть увеличены и поддержаны приемом алкоголя, то есть таким питанием, которое ослабляет даже здоровых людей?

В городе, где я живу, врачи имеют среднее образование, способности, характер и опыт. Среди них есть экстремисты в назначении лекарств больным, те, у кого есть сто лекарственных средств от ста симптомов болезней, с такими дозами, которые могли бы испещрить лицо быка. Есть и такие, кто с необычайной силой владеет собой в палатах больных, кто верит, что виски – это питательное средство, а молоко – это жидкая пища. Что лекарства сначала попадают в желудок человека, а затем проходят круги кровообращения и, наконец, падают в нужное место где оказывают свое полное или неполное действие.

Что бы ни было в лекарствах для лечения болезней, что бы ни было в молоке и самых сильных алкогольных напитках для поддержания сил организма, каждый затянувшийся случай болезни показывает реальное течение болезни при тщательном исследовании. У меня нет причин полагать, что врачи, приписывающие больным такие виды лечения превысили разрешенные методы лечения. У меня нет причин сомневаться, что во всех странах, во всех землях, где есть образованные врачи, широко используются те же самые средства, которые сделают следующий короткий шаг от ланцета (скальпель) и болюса более мрачной эпохи – к более интересному грядущему времени.

Методы лечения больных постоянно меняются, а процесс излечения остается неизменным. Только в случае с переломами костей мы вынуждены позволить Природе заниматься лечением, в то время как мы можем гордиться некоторым прогрессом в разработке механических приспособлений.

Поскольку молоко и стимуляторы типа алкоголя – являются общепринятым, разрешенным средством лечения для поддержания больных, а в желудок их вливают с той же верой, с какой когда-то использовали ланцет (примечание переводчика: скальпель) для кровопускания, то их эффективность во благо или во зло необходимо изучать в сравнении.

Чтобы лечение приносило постоянную пользу, оно должно уменьшать как тяжесть, так и продолжительность болезни. Для сравнительного исследования мне представилась такая возможность. Меня вызвали на прием по поводу брюшного тифа у молодой девушки. В том же районе под наблюдением одного из моих сильных коллег находилась женщина средних лет, чей желудок привычно отторгал все молоко и тот алкоголь, который добавляли в молоко. Лечащий доктор считал, что польза будет, независимо от того, насколько коротким будет время их приема.

Когда я приступил к ее лечению – в течение месяца моя пациентка пила только желаемое количество воды и лекарства, которые не раздражали слизистую оболочку органов пищеварения. Желание поесть у нее появилось в конце месяца. Единственной дневной и ночной сиделкой была измученная мать, которая ложилась в постель с той же болезнью, как только дочь выходила из нее. Прошел еще один месяц тяжелейшей болезни, без еды и без ужаса перед лекарством, как раньше – позыв к еде ознаменовал конец болезни и выздоровление больной. Если бы я вовремя не предложил свои услуги, то через несколько дней гробовщик принял бы дело предыдущего врача.

Девочка в подростковом возрасте, страдавшая легкой формой, так называемой малярийной лихорадкой, попала в похожую историю. В ее жизни было почти семь с половиной литров виски и ежедневное молоко, начиная с одного литра в день и заканчивая неспособностью принять в желудок хоть какую-то пищу. Потом было больше месяца дней, когда жизненная сила поддерживала себя без насилия, и смерть наступила на девятнадцатой неделе.

Хищный мозг поглотил губы до такой степени, что впадины между зубами были отчетливо видны. От первого приема молока с алкоголем в качестве пищи – до последнего вздоха это был случай умирания и самой упорной борьбы за жизнь против огромных шансов, которую я когда-либо встречал в острых случаях. В этом случае желудок был настолько изъеден алкоголем, что пищеварение было невозможно, как это было бы в не больном организме.

Рядом с этим домом жила более нежная девочка примерно того же возраста, больная той же лихорадкой. Но при умеренной дозировке лекарств и отсутствии еды – так распорядилась Природа – истинное чувство голода появилось в конце четвертой недели.

Позже в той же семье был случай гриппа, когда в течение нескольких лет наблюдался хронический язвенный бронхит, не поддававшийся лечению пластырями и ингаляциями, которыми лечил другой энергичный врач, который также был приверженцем использования в лечении большого количества лекарств и полных стаканов молока со спиртом.

Кашель у нее был таким упорным, таким непрерывным, что только подкожные инъекции лекарств уменьшали его. Предотвратить разрыв слизистой поверхности бронхиальных трубок кашлем было так же необходимо, как наложить шины на сломанную кость. В течение шести недель не было никакой еды, и Природа воспользовалась предоставленной ей возможностью, вылечив не только острую фазу, но и хроническую болезнь, которая вот уже почти десять лет беспокоила мою пациентку.

Меня вызвали в Эшвилл, штат Северная Каролина, чтобы осмотреть молодого человека, у которого наблюдалась последняя стадия чахотки. Я нашел его почти скелетом, хотя он питался шесть раз в день в течение нескольких месяцев по предписанию действительно опытного врача. Отрыжка газами была громкой и частой, отхаркивание по факту составляло около ста семидесяти граммов мокроты в течение каждых двадцати четырех часов.