Эдвард Беллами – Очерки из будущего (страница 25)

Я был рад вырваться из этой суматохи в более спокойную атмосферу отдела философских и литературных часов. Для людей, склонных к античному нравоучению, изречения Платона, Эпиктета и Марка Аврелия были здесь, так сказать, приведены в соответствие со временем. Современная мудрость была представлена рядом часов, над которыми возвышались головы знаменитых авторов изречений, от Ларошфуко до Джоша Биллингса. Что касается литературных часов, то их количество и разнообразие было бесконечным. Здесь были представлены все великие авторы. Одних только часов Диккенса было полдюжины, с подборками из его лучших рассказов. Когда я предположил, что, как бы ни были увлекательны такие часы, со временем может надоесть слушать повторение одних и тех же чувств, менеджер указал, что фонографические цилиндры съемные и в любой момент могут быть заменены другими изречениями того же автора или на ту же тему. Если кто-то устал от какого-то автора, он мог открутить головку с верхней части часов и заменить ее головкой какой-нибудь другой знаменитости с совершенно новым репертуаром.

– Я могу себе представить, – сказал я, – что эти говорящие часы должны быть большим подспорьем для болеющих, особенно для тех, кто не может спать по ночам. Но, с другой стороны, как быть, когда люди хотят или должны спать? Не является ли один из них слишком интересным спутником в такое время?

– Тех, кто привык к этому, – ответил управляющий, – говорящие часы беспокоят не больше, чем нас раньше беспокоили бьющие часы. Однако, чтобы избежать всех возможных неудобств для болеющих, предусмотрен этот маленький рычажок, нажатие на который переключает фонограф с передачи на передачу или обратно. Обычно, когда мы устанавливаем говорящие или поющие часы в спальне, мы подключаем их к электричеству, чтобы, нажав кнопку у изголовья кровати, человек, не поднимая головы от подушки, мог запустить или остановить фонографическую передачу, а также узнать время, по принципу репетира, применяемого в часах.

Холедж сказал, что у нас есть время, чтобы успеть на поезд, но наш экскурсовод настоял на том, чтобы мы остались, чтобы посмотреть новинку фонографического изобретения, которая, хотя и не совсем в их русле, была прислана им для выставки изобретателем. Это было устройство для того, чтобы ответить на критику, часто звучащую в адрес церквей за недостаток внимания и радушия при приеме незнакомцев. Оно должно было быть размещено в вестибюле церкви и имело выдвигающуюся руку, похожую на рукоятку насоса. Любой незнакомец, взяв ее и двигая вверх-вниз, мог быть приветствован голосом самого пастора, и его приветствие продолжалось бы до тех пор, пока он продолжал бы это движение. Хотя это приветствие ограничивалось общими словами уважения и почтения, для незнакомцев, желающих получить более подробную информацию, были предусмотрены интересные функции. Несколько маленьких кнопок на передней части устройства содержали, соответственно, слова: "Мужчина", "Женщина", "Замужем", "Не замужем". "Женат", "Не женат", "Вдова", "Дети", "Нет детей" и т.д. и т.п. Нажав на одну из этих кнопок, соответствующую его или ее состоянию, незнакомец получал обращение в терминах, вероятно, столь же точно адаптированных к его или ее состоянию и потребностям, как и любые вопросы озадачивающие священника, на которые он мог бы ответить при подобных обстоятельствах. Я легко понял необходимость такой замены пастора, когда мне сообщили, что каждый видный священнослужитель сейчас имеет привычку обслуживать по крайней мере дюжину или две кафедр одновременно, выступая по очереди на одной из них лично, а на других – по фонографу.

Изобретатель устройства для приветствия незнакомцев, как оказалось, применил ту же идею к машинам для выполнения многих других, более перфектных обязанностей социального общения. Одна из них, сделанная для удобства президента Соединенных Штатов на публичных приемах, была снабжена сорока двумя кнопками для различных штатов, а другая – для главных городов Союза, так что звонящий, при надлежащем управлении, мог, пока тряс ручку, получить информацию о своих личных интересах с точностью, столь же полной, как и от путешествующих государственных деятелей, которые, пока паровоз набирает воду, читают справочник, чтобы поразить жителей Уэйбэк-Кроссинга точными цифрами оценки их города и рождаемости.

К этому времени мы потратили так много времени, что, наконец, отправившись на железнодорожную станцию, и нам пришлось идти довольно бодро. Когда мы спешили по улице, мое внимание привлек музыкальный звук, отчетливый, хотя и не громкий, исходивший, по-видимому, от незаменимой вещицы, которую Холедж, как и все, кого я видел, носил на боку. Резко остановившись, он отошел в сторону от толпы и, быстро поднеся незаменимую вещь к уху, что-то нащупал и с восклицанием "О, да, точно!" опустил инструмент обратно на бок.

Затем он сказал мне:

– Я вспомнил, что обещал жене привезти домой несколько книг со сказками для детей, когда был сегодня в городе. Магазин находится всего в нескольких шагах вниз по улице.

Пока мы шли, он объяснил мне, что никто больше не волнуется о том, что ему нужно помнить о каких-то обязанностях или обязательствах. Все зависели от своих незаменимых помощников, который вовремя напоминали обо всех начинаниях и обязанностях. Эту услугу он мог оказать благодаря достаточно простой настройке фонографического цилиндра с нужным словом или фразой на часовом механизме незаменимого устройства, так что в любое время, определенное при настройке, раздавался сигнал, и, если поднести незаменимое устройство к уху, фонограф передавал свое сообщение, которое в любое последующее время могло быть вызвано и повторено. Для всех людей, на которых возложены серьезные обязанности, зависящие от точности памяти, эта особенность незаменимого устройства делала его, по мнению Холеджа, и в самом деле совершенно очевидным, действительно незаменимым. Для инженера железной дороги он служил не только в качестве хронометра, так как в состав незаменимого устройства входят часы, но и неусыпной сигнализации, которой он мог доверить свои распоряжения, и, пока его разум был полностью сосредоточен на текущих обязанностях, он мог быть уверенным, что ему напомнят в любой момент правильное время движения поездов, которых он должен контролировать, и перевода стрелок, которые он должен делать. Для незаменимого делового человека напоминающее приспособление было не менее необходимым. С ним его заметки никогда не пропадут по неосторожности, и, как бы он ни был поглощен своим делом, ему не грозит опасность забыть о назначенной встрече.

Кроме того, благодаря этим портативным запоминающим устройствам жена теперь могла доверить мужу самые специфичные сообщения портнихе. Все, что ей нужно было сделать, – это прошептать сообщение в незаменимый телефон мужа, пока он завтракал, и поставить будильник на час, когда он будет в городе.

– И таким же образом, я полагаю, – предположил я, – если она хочет, чтобы он вернулся в определенный час из клуба или ресторана, она может рассчитывать на то, что его незаменимый телефон напомнит ему о домашних обязанностях в нужный момент, причем в таких выражениях и тонах, которые сделают полный отказ от супружеской верности единственной альтернативой послушанию. Это очень умное изобретение, и я не удивляюсь, что оно пользуется популярностью у дам, но не приходит ли вам в голову, что изобретатель, если он мужчина, был слегка невнимателен? Требования американской жены до сих пор было деспотизмом, который можно было смягчить плохой памятью. По-видимому, теперь больше нет методов его усмирить.

Холедж рассмеялся, но его смех был немного натужным, и я предположил, что высказанные мною размышления вызвали некоторые воспоминания, и не совсем веселые. Однако, к счастью, обладая переменчивым характером, он вскоре оживился и продолжил свои восхваления искусственной памяти, обеспечиваемой незаменимыми вещами. Несмотря на критику, которую я высказал в их адрес, признаюсь, я был не на шутку тронут описанием их преимуществ для рассеянных людей, главным из которых являюсь я. Подумайте о том, какой выигрыш в спокойствии и силе интеллекта получает человек, который садится за работу, совершенно свободный от этого проклятого облака в голове от вещей, которые он должен держать в памяти, чтобы сделать, и может избежать полного забывания, только тратя в десять раз больше времени, чем требуется для их выполнения, чтобы убедиться путем частых напоминаний, что он их не забыл! Единственный способ, которым одна из этих мелочей когда-либо прилипает к сознанию, – это болячка, которая медленно заживает. Если человек не забывает о чем-то, то лишь по той же причине, по которой он помнит о песчинке в своем глазу. Я сознаю, что мой собственный разум полон звенящих цикад запомнившихся вещей, и еще долго он был бы переполнен ими, как дуршлаг, если бы некоторое время назад, в целях самозащиты, я не отказался нести ответственность за то, что забыл что-либо, не связанное с моими обычными делами.

Твердо веря, что мой поступок в этом вопросе был оправданным и необходимым, я не остался равнодушным к одиозу, который он на меня навлек, и мог только приветствовать средство, которое обещало позволить мне вернуть уважение моей семьи, сохранив при этом возможность использовать свой ум для профессиональных целей.