Эдуард Веркин – Новое Будущее (страница 33)

– Кажется, вполне органичное решение, – одобрил психолог, протестировав то, как рабочая личность Ивана повлияла на остальные субличности: бытовую, дружескую, пациентскую, три личности для соцсети, уличную, флирт-личность. – Влияние, как ни странно, минимальное. Будто вы и не меняли ничего в жизни.

Иван-пациент не спешил радоваться – доля необходимой для лечения ипохондрии не давала полностью махнуть на все рукой:

– Еще неизвестно, как мое «я» на это отреагирует, когда узнает, – сказал Иван.

– А вы его уже сколько из облака не выгружали? – спросил психолог.

– Да как вы мне посоветовали, – отвечал Иван спокойно. – Со времен развода и не выгружал.

– Ни разу? – слегка удивился психолог. – Даже искушения не было?

– Да какое уж тут искушение? – тоже слегка удивился Иван.

– Чем же вы по выходным заняты, как не самим собой?

– По субботам бытом, по воскресеньям интернетом.

– Логично, – как бы одобрительно, однако при этом все же больше неопределенно высказался психолог, и его умиротворенное лицо стало задумчивым.

– Если что, не я один такой, – заступился за себя Иван. – У друзей спрашивал – много кто так делает, даже и без терапии.

– Ну да, ну да, – покивал психолог. – Оно же большей частью для креатива существует и познания, но тут обычно рабочую личность подключают, да и все. Считается, раз уж личность рабочая, то пусть работает. Вам виднее, конечно, но лучше так не делать. Оно вам надо – лишние пятнадцать минут под аппаратом тут лежать?

Иван был согласен, что ему это не очень нужно.

– …И флирт все же стоит включать, не стоит бежать от отношений, какими бы прежние ни были, – пробормотал психолог себе под нос, еще раз перелистывая одну за другой нейрокарты Ивана. – Такое обогащает все личности, в любом случае идет на пользу.

Психолог правильно понял молчание Ивана, заметил возражение в глазах пациента.

– Нет, правда, – слегка оживился психолог. – Не обязательно зацикливаться на классике. Можно немного фетишами разбавить. У вас вот у одной из интернет-личностей есть увлечение семнадцатым веком. Хотите, вмешаем это во флирт? Посмотрим, что получится.

Иван открыл рот, чтобы внести свое предложение, но психолог его опередил:

– Ту личность, что у вас за игровую деятельность в соцсети отвечает, не рекомендую вмешивать. Там сразу образуется перекос в сторону игры, а не в сторону флирта.

И доктор показал руками что-то вроде двух чаш на весах, наглядно демонстрируя, насколько легок флирт по сравнению с тяжестью игровой активности.

– Тролля, так понимаю, тоже лучше с флиртом не смешивать, – догадался Иван.

– Однозначно, – кивнул психолог после секундной паузы, вызванной попыткой угадать – пошутил пациент или нет.

Встречались они раз в месяц. За неделю до следующей встречи пришла новость, что сгорел дата-центр, где хранилось его «я». Эту информацию догнало сообщение с извинениями и соболезнованиями: сервер с резервной копией Иванова «я» погиб среди прочих во время оползня. Утешало только то, что никто не погиб во время двух этих событий. Иван как раз возвращался домой в подземке. Он посмотрел на лица других пассажиров вагона, но по ним невозможно было понять, постигло ли то же кого-нибудь еще. Его уличная субличность не могла смолчать, он наклонился к соседу слева и произнес:

– Вы знаете, какое сообщение я только что получил? Удивительная штука произошла. Я по совету психолога свое «я» загрузил в облачный сервис, чтобы оно отлежалось после развода. Не знаю, как это работает, но специалисту виднее. И что выясняется?

Благодаря тишине состава, скользившему по прямому участку пути, Ивана слушали уже несколько человек.

– Акк хакнули и увели? – предположил сосед.

– Это только в сериалах бывает, – сразу же сказали несколько голосов.

– Артефакты случаются, – вмешался кто-то. – Когда в участке на диске, куда ты записываешь, есть остатки чужих файлов, а у тебя там пустые места. Обратно же в голову выгружается все кучей. Но и это почти невозможно. А красть смысла нет.

– Нет, – вздохнул Иван так, что еще почти сказать ничего не успел, а ощутил участие окружающих. – Все сгорело в облаке.

– Ну так резервная копия, – напомнил ему сосед.

Иван развел руками:

– Ну так резервная копия под оползнем крякнула.

– Бывает же… – посочувствовали пассажиры, в их взглядах и словах был страх за собственные данные.

– Главное, и дома-то ничего не осталось, – признался Иван. – Ни одного бэкапа. Сначала было, но сервер столько энергии жрет, пыль на себя собирает. Бытовая моя личина позвонила в утилизацию, да и вынесли это добро. Еще столько радости было, что место под детскую освободилось. Да и сейчас, как ни странно, все еще хорошо, пусть теперь уже нет жены, детей пока в перспективе никаких не предвидится. То, что в той комнате можно еще что-нибудь ненужное организовать, почему-то радует.

Люди только качали головами в ответ.

Дома он еще раз порадовал свою уличную составляющую, рассказав о потере на общей кухне.

Бывшая жена со свойственным ее уличной личности любопытством тут же спросила:

– А ты пробовал включить ее?

Ее новый муж, еще не привыкший к смелому ходу мыслей супруги, так и замер с кружкой кофе возле рта, затем воскликнул:

– Так там же ничего нет! Чего там включать!

Затем подумал и сказал:

– Ваня, извини…

А бывшая не стала извиняться, блеснула любопытством в глазах:

– Попробовать-то можно…

Иван на всякий случай сел на стул в углу, потому что буквально ворвался на ужин к ответственным квартиросъемщикам, да так и вывалил все, стоя посреди кухни, вертясь, чтобы равномерно распределить повествование среди восьми пар глаз.

– Да, опция никуда не пропала, – сообщил Иван окружающим, покопавшись в настройках.

– Ага! – вставила бывшая.

– Версия «я» не найдена, – пересказал Иван надпись, что появилась у него перед глазами. – Предлагают скачать последнюю версию, загруженную тогда-то, тогда-то.

Не дожидаясь одобрения соседей, Иван подтвердил свое согласие на очередную обработку персональных данных и сунулся по предложенной ссылке. Ответом на все это было полупрозрачное колесико загрузки, с минуту вертевшееся где-то в голове. Иван чувствовал себя раздвоенным. Он и бодрствовал, и видел сон с этим колесиком. Затем снова появилась надпись о технических неполадках сервера, что заслонила от него стол для готовки и часть холодильника, возле которого околачивался новорожденный соседский сын.

– Ничего, – сказал Иван, когда надпись исчезла.

Новый муж бывшей отчасти не смог скрыть радости, что оказался прав:

– Видишь! – обратился он к ней.

– А что «видишь»? – ничуть не смутилась она. – Между прочим, не все потеряно! Все не бесследно исчезло. Помнишь ты по командировкам ездил, и я, чтобы не скучать, копию себе твою загрузила, мы с ней кино смотрели, болтали о всяком. Ты сервер выкинул, а я нет. У меня там все. И свое, и твое, и много чье еще. На всякий случай.

Все на кухне были в принципе в курсе отношений Ивана с его бывшей. Поэтому затаились после ее слов, будто каждый придумал остроумный ответ на ее предложение, но не спешил его высказывать в ожидании, как пошутит Иван. Но Ивану было не до острот. Даже его уличная личность частично помнила, чем являлись их отношения, пока все не пошло наперекосяк, чем все закончилось. Из горла Ивана, помимо его воли, вырвался неопределенный звук – нечто среднее между смешком и вздохом сожаления.

– Не хочу тебя обидеть, но по второму разу переживать все это почему-то не хочется, – сказал Иван. – И так к терапевту хожу. А там «я» с прежними чувствами к тебе, еще не пережившее все этапы разлада и расставания. Сама понимаешь.

– Не понимаю, – ответила жена, и по ее честным глазам можно было определить, что она действительно не понимает, почему бывший муж не хочет снова ее любить.

– А зачем вообще это «я» нужно? – спросил новорожденный сын соседей, отирая спиной дверцу холодильника. – У меня такой опции нет, и ничего. Живу как-то.

– Вырастешь – узнаешь, – сказал отец новорожденного.

– Оно тебе пока и не надо, – добавила мать новорожденного. – Твое «я» – это все мы и все, кто вокруг. Ты с нас пример берешь, от нас узнаешь, как правильно себя вести, а как неправильно.

– Так себе примеры… – отозвался новорожденный.

– Вот перестанешь сны от третьего лица видеть, поймешь, какие мы примеры. А пока опыта набирайся, – сказал ему отец. – А вообще, шел бы ты, погулял, что ли… Это не для твоих ушей разговор.

– Будто я сегодня на работе не нагулялся, – отвечал новорожденный, задрал рукав и показал заживший шрам. – Заказ сегодня доставлял, так меня на окраине чуть волки не сожрали. Ладно, я их первый унюхал.

– Учуял, – машинально поправила его мать.

– Ну, учуял, – не стал спорить новорожденный, и молочные зубы хищно блеснули в улыбке.

– Я не понял, – вмешался отец. – Кто на кого первый напал?

– Поровну.