Эдуард Шифман – Подводный город Протто (страница 10)

Перед храмом мы увидели Кэна и его отца. Они садились на красный патрульный коптер. Еще с десяток хранителей с хмурыми лицами топтались рядом с ними. Судя по всему, получали какие-то указания.

«Штурмовики», – подумал я.

Винты машины зашумели, она поднялась и взяла курс на север. Оставшаяся группа построилась в шеренгу по двое и вместе со своими псами легкой рысцой двинулась к траволатору. Оказалось, что нам по пути. Мы с Зенгом зацепились под лентой недалеко от них. Я попытался послушать, о чем они говорят, но ребята оказались на редкость молчаливыми.

Доехали до конечной. Там группа сошла и повернула по 4-й Окружной налево, в сторону дома Паутинки. Я вспомнил, что было накануне. Происходящее показалось мне подозрительным. Мои опасения подтвердились, когда я увидел, что Кэн с Верховным стоят у входа в дом Лео. Отряд хранителей приблизился к ним и встал у двери. Кэн с отцом и еще двое вошли в дом. Подобраться к ним близко мы не могли. Их псы сканировали детекторами все вокруг. Пришлось наблюдать за происходящим из ближайшего вентиляционного люка.

Вскоре в дверях дома показались Кэн с отцом, за ними – Лео и Рэя. Сзади – два штурмовика. Зэя шла следом. Пыталась подойти к родителям. Но ее не пускали. Лео и Рэю посадили на их зеленый домашний коптер. Один из штурмовиков занял место водителя. Кэн с отцом направились к своей машине. Аппараты поднялись и полетели к центру города. Отряд построился и зашагал обратно.

Зэя постояла у двери, повернулась и вошла в дом. Мы с Зенгом бросились следом. Она не заметила нас. Мы с трудом успели проскочить в закрывающееся отверстие.

Паутинка остановилась посредине комнаты. Я слышал, как она всхлипнула: «Что делать?»

– Зэя, это я, Зор, – подал я голос.

– Зор, что делать? – она не могла больше сдерживаться. Сквозь судорожные всхлипывания я разобрал только: – Они убьют их. Отец не выдержит издевательств.

Она стояла спиной ко мне, как будто не хотела, чтобы я видел ее слезы.

– Паутинка, мы не должны сдаваться. Надо искать выход. Пока твой отец хранит секрет, который им нужен, они не убьют его.

– Что делать, Зор? У Верховного оружие и власть. А у нас даже не осталось друзей, – она повторила слова, которые накануне произнес ее отец.

– Один раз мы уже смогли помешать Верховному. Старый Зорго взялся во всем разобраться. У него есть план. У тебя есть друзья, Паутинка.

Она оглянулась и увидела Зенга. С минуту помолчала, пристально вглядываясь в него.

– Я слышу его сигнал. Немного странный. Как будто речь замедленная. Это он был вчера на траволаторе?

– Да. Это Зенг. Он у нас особенный. Сильный и ловкий. Лучший разведчик. Ты не представляешь, что он вытворяет на турнике. А еще он танцует брейк, – я повернулся к другу: – Ну-ка, дружище, покажи Зэе что-нибудь из своих трюков.

Зенга не надо было долго уговаривать. Он разбежался. Сделал кувырок и приземлился на одну переднюю лапу. Потешно дрыгая хвостом в воздухе, он запрыгал вокруг Зэи. Сделал круг и, пружинисто оттолкнувшись, встал на задние лапы.

Паутинка улыбнулась. Хотя слезы еще блестели в ее глазах.

– Он славный. И действительно очень ловкий.

Зэя протянула к нему ладошку.

– Иди! Ты ведь хочешь стать умнее! – Я потрепал друга по загривку и подтолкнул к Паутинке.

Зенг пошел. Я видел, как он волнуется. Зэя положила ладошку ему на затылок. Он вздрогнул, но не отстранился.

– Что чувствуешь? – Я подошел ближе и посмотрел на друга.

Он прикрыл глаза и произнес, как во сне:

– Я слышу музыку. Никогда не слышал такой. Под нее хочется танцевать.

– Что теперь, Зенг?

– Я слышу голос Зэи. Он как будто в моей голове. Оставь мне музыку. Я всегда хотел сочинять музыку.

– Конечно, мой хороший, – Зэя отняла руку.

– Я слышу тебя, – Зенг открыл глаза и огляделся, как будто не узнавая нас. – Еще я чувствую, как во мне рождаются звуки и ритм. Это не уйдет от меня?

– Нет. Твой мозг закрепит навык, и он станет частью тебя, твоей внутренней силой.

– Не знаю, стал ли я умнее, но мне нравится, это точно!

– Ты не изменился, Зенг. Ты носил в себе дар. Просто теперь он проснулся. Мы все талантливы и многое можем. Нашему мозгу надо иногда дать шанс.

– Я слышу тебя. Это удивительно. Но я еще и вижу тебя. Ты не такая, как я думал.

– Какая же я?

– Раньше ты казалась мне холодной и бесчувственной. Теперь я вижу, что ты добрая. И ты сильная. Хотя иногда льешь слезы. Но сломить тебя невозможно. Когда-нибудь я сочиню песню про девушку эо и про двух ее друзей. И они сделают все, чтобы она не плакала.

– Ты славный, Зенг.

Зэя поцеловала его в макушку. Я нисколько не обиделся.

Стычка

– Дед хочет знать планы Верховного. Мы пришли посоветоваться с тобой.

Я понимал, как трудно сейчас Паутинке. Ее мысли все время возвращались к родителям. Но их судьба, возможно, зависела от того, что решит Старый Зорго. Она поняла меня.

– Если бы вы смогли проникнуть в его дом! Но это трудно.

Мы с Зенгом переглянулись. Попасть в дом хранителя было невозможно. Проще вывернуться наизнанку. Наши много раз пробовали. Каналы перекрыты решетками. Кругом капканы и ловушки. Зэя услышала нас, задумалась.

Мы еще некоторое время пытались что-то придумать. Но ничего особенного в голову не приходило. В это время раздался мелодичный звук. Паутинка повернулась к наружной стене. Радужное пятно на ней стало расширяться. Зэя испуганно отступила. У входа стоял Кэн со своим псом.

– Не открывай ему! – крикнул я.

Но было поздно. Пес навалился лапами на тонкую пленку, закрывающую отверстие. Она выгнулась и лопнула со слабым звоном. Незваные гости шагнули в комнату.

Мы с Зенгом бросились к столу. Паутинка заслонила нас и накрыла колпаком. Повернулась к Кэну. Мы не могли видеть его, но хорошо видели пса. Тот сел справа от Зэи и стал осматриваться. «Выдохни! Соберись! Не показывай страха! Мы рядом», – все, что я мог сказать ей сейчас. Потому что сам не понимал, что происходит. Точнее, смутно догадывался. Мои опасения скоро подтвердились. Кэн не стал тянуть с объяснениями. Выложил карты на стол.

– Я говорил, что позабочусь о тебе, когда твой отец уйдет?

Его «позабочусь» прозвучало так цинично, что я понял, куда он клонит.

«Вот гад», – подумал я. Зэя тоже поняла скрытый смысл этих слов. Я почувствовал, как бьется ее сердце и ярость рвется наружу.

«Не сейчас, Паутинка. Надо узнать, что с родителями».

– Что с моими родителями?

Она действительно была сильной, потому что сказала не то, что хотела, а то, что надо было.

– Они в доме отца. С ними пока разговаривают, – он помолчал и добавил с нажимом: – Пока! У нас много средств заставить Лео говорить. – Кэн был плохим дипломатом. – Ты ведь не хочешь навредить ему? Если будешь паинькой, я освобожу твоих родителей.

Кэн врал. Ничего он не мог. Это была не его игра. Он был просто мальчиком на побегушках. Со своими мелкими грязными желаниями. Хотя, возможно, это он попросил отца не трогать Зэю. Но думал только о себе. Кротос согласился, полагая, что Зэя неважна. Паутинка тоже это поняла.

– Ты не тронешь меня! Закон запрещает хранителям прикасаться к смертным! – Зэя попыталась убедить Кэна, но тот только и ждал, чтобы высказаться в открытую.

– Еще как трону. Никто и не узнает.

Его пес, видимо, получив команду, оскалился и в один прыжок приблизился к Зэе, встал всего в паре шагов от нее.

– Не делай этого, Кэн! Остановись, пока не произошло непоправимое!

Зэя держалась, но я чувствовал, что она на пределе возможностей.

– Нет! Ты высокомерная выскочка. Ты всегда презирала меня. Теперь я докажу тебе, кто главный в городе!

Он двинулся к Зэе. Этот гад был уверен, что за нее некому вступиться.

– Стой, Кэн. Выслушай меня. Я скажу тебе важную вещь! – Зэя отступила чуть влево, отодвигаясь от пса.

Умница. Если пес прыгнет, то у нас будет чуть больше времени.

– Ну, и что же ты можешь сказать мне такого, чего я не знаю?

Кэн ухмыльнулся, но остановился. Еще один шаг, и он сможет коснуться ее. Он не торопился, полагая, что ситуация в его руках.