Эдуард Сероусов – Тишина Праотцов (страница 13)
– Я понимаю, что вы говорите, – сказал Дрейк. Тише. – Я слышу вас. Но есть восемьдесят пять дней и два миллиона человек, которым никто не предложил выбора. И есть мы – здесь, с тем, что у нас есть. Я не могу ждать идеального решения.
– Идеального нет, – сказала Тамара. – Я это знаю. – Она взяла стилус снова. – Я прошу время на попытку найти неидеальное, которое хуже уничтожения меньше, чем уничтожение.
Дрейк смотрел на неё. Тридцать секунд.
– Сколько времени на первичное исследование энергоузла?
– Если войти, взять образцы и выйти – минимум сорок восемь часов. Это не исследование. Это разведка. – Она помолчала. – Чтобы понять, есть ли смысл искать дальше.
– Сорок восемь часов в Зове. В зоне максимального воздействия.
– Скафандры с экранированием. – Она не стала уклоняться. – Частичная защита. Четыре-шесть часов автономной работы экранирования до деградации. Потом – открытая экспозиция.
– Семьдесят два часа до необратимости.
– При условии, что выйдем раньше.
– И сначала – нужно пройти рой. И «Тиресий».
Тамара кивнула. Она не пыталась сделать это звучащим проще, чем было. Это Дрейку понравилось.
– Я слышал вас, – сказал он. – Зафиксировал. Решение – позже.
– Когда?
– Когда у меня будет что решать. Сейчас – нет ресурсов ни на атаку Маяка, ни на исследование Маяка. Сначала мне нужен ретранслятор связи и нейтрализованный «Тиресий».
Тамара кивнула ещё раз. Не согласие – принятие к сведению.
– Каэл, – сказала она, когда он уже поднялся. – Один вопрос.
– Да.
– Если исследование подтвердит, что они живые – по любому разумному определению живые – вы всё равно нажмёте?
Дрейк стоял в дверях.
– Два миллиона человек, – сказал он.
– Я поняла, – сказала Тамара. И больше ничего не добавила.
Совет собрался в зале, который в нормальные времена использовался для еженедельных административных брифингов – большой стол из синтетического дерева, дорогого в колонии, где дерево было роскошью, двенадцать кресел, голографический экран на дальней стене. Сейчас кресел хватало на всех.
Мира Кэсс сидела слева от центра – не потому что ей нравилось это место, а потому что она всегда приходила за двадцать минут до начала и садилась туда, откуда хорошо виден и экран, и лица большинства присутствующих. Инженерная привычка: смотреть на систему целиком, не только на одну часть.
На экране – схема энергосистемы Новой Женевы. Её схема. Она рисовала её три года – добавляла генераторы, пересчитывала нагрузки, оптимизировала распределение по секторам. Знала каждый узел, каждый кабель, каждый коэффициент потерь. Знала лучше, чем кто-либо в этом зале.
Поэтому губернатор Рийо смотрел на неё, когда говорил, а не на схему.
– Инженер Кэсс, – сказал Рийо. – Пожалуйста.
Мира встала.
Ей было сорок четыре года, и она умела говорить перед советами – не потому что ей это нравилось, а потому что это была часть работы, и работу она делала хорошо. Голос ровный. Темп – не медленный, не быстрый. Руки на столе.
– Для полного экранирования колонии от нейроактивного сигнала нам необходимо шестьдесят семь процентов общего энергобюджета, – сказала она. – Это при условии, что мы экранируем все жилые и производственные секторы. Оставшиеся тридцать три процента обеспечивают жизнеобеспечение в базовом режиме.
– Базовый режим, – сказал кто-то из советников.
– Базовый режим означает: температура в жилых секторах – от пяти до восьми градусов выше нуля. Кислород – шестнадцать процентов атмосферного состава. Давление – ноль семь пять атмосферы. – Мира говорила без паузы. – Для здорового взрослого человека – условия тяжёлые, но совместимые с жизнью. Для пожилых и детей, для людей с хроническими заболеваниями дыхательной и сердечно-сосудистой системы – группа повышенного риска. Оценочно, при таких условиях в течение месяца ожидается от ста двадцати до двухсот дополнительных смертей по медицинским причинам. Данные – приблизительные.
Тишина.
– Однако, – продолжала Мира, – при полном экранировании это условие распространяется на всю колонию равномерно. Альтернатива – снизить экранирование до части колонии, оставив остальные сектора без защиты. Но при этом незащищённые сектора окажутся под воздействием нейроактивного сигнала, интенсивность которого нарастает. Что это означает в долгосрочной перспективе – неизвестно. По данным с «Кассини», воздействие необратимо после семидесяти двух часов.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.