Эдуард Сероусов – Орфанский протокол (страница 7)

– Внутренний источник энергии? – Ли Чжань впервые подал голос. – Какого типа?

– Неопределённого. Температура объекта на ноль целых четыре десятых градуса выше, чем должна быть при пассивном равновесии со средой. Это немного, но достаточно, чтобы указывать на внутреннюю активность. Что-то там работает. Что-то… функционирует.

– Но не отвечает.

– Не отвечает.

Тишина. Ирэн видела на лицах экипажа смесь эмоций – разочарование, тревогу, любопытство. Они пролетели шестьдесят миллиардов километров, потратили восемь лет жизни, чтобы встретиться с этим объектом. И объект их игнорировал.

– Может, он сломан? – предположил Кай. – Ты сама говорила – он старый. Древний. Четыре миллиарда лет – это дохрена времени для любой машины. Может, коммуникационные системы просто вышли из строя.

– Возможно.

– Или он молчит намеренно, – добавила Амара. – Ждёт чего-то. Проверяет нас.

– Проверяет на что?

– Не знаю. На разумность? На терпение? На способность не паниковать? – Она пожала плечами. – Если бы я была древним ИИ, который пережил миллиарды лет, я бы тоже не торопилась отвечать первому встречному. Сначала понаблюдала бы.

– Он наблюдает? – Мишель нервно оглянулся на экран, словно ожидая увидеть там направленный на него объектив.

– У нас нет данных, которые бы это подтверждали, – ответила Ирэн. – Но и данных, которые бы это опровергали, тоже нет. Мы не знаем, какие сенсоры у него могут быть. Мы не знаем, как он воспринимает окружающий мир. Мы… – она замолчала, внезапно осознавая, как много раз за последние дни произносила эти слова, – …мы ничего не знаем.

Накамура постучал пальцами по столу – редкий для него признак нетерпения.

– Протокол, – сказал он. – Третья фаза. Зонды-разведчики.

Ирэн кивнула. Она ждала этого.

– Да. Я рекомендую перейти к третьей фазе. – Она вывела на экран схему. – У нас есть три автономных зонда класса «Следопыт». Они предназначены для близкого осмотра астероидов, но их можно перепрограммировать для нашей задачи. План следующий: первый зонд совершает облёт на расстоянии ста метров, собирая детальные данные о поверхности. Если не будет реакции – второй зонд приближается до десяти метров и пытается взять образцы. Третий держим в резерве.

– Риски? – спросил Накамура.

– Мы можем потерять зонды. Если объект воспримет их как угрозу, если у него есть системы защиты… – Ирэн развела руками. – Мы не знаем.

– Снова «не знаем».

– Да.

– А если он… активируется? – Сара сглотнула. – От присутствия зондов?

– Это одна из целей. – Ирэн посмотрела на неё прямо. – Сара, мы прилетели сюда не для того, чтобы смотреть издалека. Если объект способен реагировать – мы хотим это увидеть. Контролируемо. На безопасной дистанции.

– Безопасной для нас. Не для зондов.

– Зонды – машины. Мы – люди. Приоритеты очевидны.

Сара кивнула, но её лицо не выражало уверенности.

Накамура обвёл взглядом собравшихся.

– Голосование, – объявил он. – Кто за переход к третьей фазе?

Руки поднялись. Ирэн насчитала восемь – больше двух третей.

– Кто против?

Две руки. Сара и Мишель. Их можно было понять.

– Воздержались?

Ли Чжань. Он смотрел на экран с нечитаемым выражением и, казалось, не слышал вопроса.

– Решение принято, – подытожил Накамура. – Доктор Волкова-Чен, готовьте зонды. Запуск – через двенадцать часов. Всем – отдыхать. Это приказ.

Совещание закончилось, и люди начали расходиться. Ирэн осталась у проектора, глядя на вращающуюся модель Орфана. На лицо, которое смотрело из пустоты.

Амара подошла к ней.

– Ты в порядке?

– Не знаю. – Ирэн не стала притворяться. – Я думала… я всю жизнь думала, что первый контакт будет… другим. Сигнал, который мы расшифруем. Послание, адресованное нам. Диалог. А это… – она указала на модель. – Это монолит. Молчащий монолит, которому нет до нас дела.

– Может, ещё заговорит.

– Может.

Они стояли рядом, глядя на голограмму. Орфан вращался медленно, и его лицо то появлялось в поле зрения, то исчезало, уступая место израненной поверхности.

– Знаешь, что меня больше всего… – Амара замолчала, подбирая слово. – Не пугает. Не пугает, но… тревожит?

– Что?

– Он пережил четыре миллиарда лет. Четыре миллиарда. Это больше, чем возраст жизни на Земле. И он всё ещё здесь. Всё ещё функционирует – пусть минимально, пусть едва-едва, но функционирует. Какая технология способна на такое? Какой материал? Какая… – она запнулась, – …какая воля?

Ирэн не ответила. Она думала о другом.

Воля.

Зонд фон Неймана – самореплицирующаяся машина. Программа, записанная в материи. Цель, воплощённая в структуре. Если эта программа работала четыре миллиарда лет, если она пережила космические катаклизмы, столкновения, излучение, энтропию – значит, она была не просто прочной.

Она была упорной.

Она хотела продолжаться.

И теперь, когда они – люди, возможные потомки этой программы – наконец нашли её, наконец пришли…

Что она хотела от них?

Двенадцать часов спустя Ирэн стояла в ангарном отсеке, наблюдая за последними приготовлениями.

Зонд «Следопыт-1» был невелик – цилиндр полутора метров в длину, ощетинившийся антеннами и сенсорами. Не красивый, не элегантный – утилитарный инструмент, созданный для работы, а не для восхищения. Кай проверял его системы, бормоча что-то под нос.

– Топливо – сто процентов, – отчитался он. – Связь – стабильна. Автопилот – активен. Научный пакет… – он провёл пальцем по планшету, – …в норме. Камеры, спектрометры, радар, детектор частиц – всё работает.

– Манипулятор для забора образцов?

– Сложен и готов. – Кай похлопал по корпусу зонда. – Малыш готов к первому свиданию.

– Это не свидание, Кай.

– Знаю-знаю. Серьёзная научная миссия. Судьба человечества и всё такое. – Он ухмыльнулся, но в его глазах не было веселья. – Просто… нужно же как-то справляться, да?

Ирэн кивнула. Она понимала.

– Запуск через пятнадцать минут, – сообщила ARIA. – Рекомендую освободить ангарный отсек.

Кай отступил назад, бросив последний взгляд на зонд.

– Удачи, малыш, – сказал он тихо. – Не облажайся.

Они вышли из ангара, и тяжёлые двери закрылись за ними. Ирэн направилась в командный центр, где уже собрались остальные. На главном экране – изображение Орфана, застывшего на фоне звёзд. На боковом – телеметрия зонда, готового к запуску.

– Все системы в норме, – доложила ARIA. – Готовность к запуску подтверждена. Жду команды.

Накамура посмотрел на Ирэн. Она кивнула.

– Запуск, – скомандовал он.