Эдуард Сероусов – Машина Правды (страница 6)

Екатерина кивнула.

– Последний вопрос. Ты боишься потерять контроль над своим изобретением?

Этот вопрос застал Алексея врасплох. Он не ожидал такой прямоты.

– Да, – признал он после паузы. – Иногда я этого боюсь.

"Правда: 99,9%".

В комнате повисла тишина. Затем Екатерина мягко улыбнулась.

– Спасибо за честность, Лёша. Это важный шаг.

Остальные члены команды по очереди прошли ту же процедуру. Результаты были разными, но все проявили высокую степень честности в отношении проекта. Последней была Екатерина.

Когда Алексей задал ей тот же вопрос о страхе потери контроля, она посмотрела ему прямо в глаза.

– Да, я боюсь этого. И думаю, что это неизбежно.

"Правда: 99,7%".

Это признание заставило Алексея задуматься. Возможно, она была права. Возможно, идея контролировать такую мощную технологию была наивной с самого начала. Но отказаться от проекта сейчас было невозможно – слишком многое было поставлено на карту.

После эксперимента команда разошлась в задумчивом молчании. Каждый унес с собой новое понимание не только технологии, но и самих себя. А Алексей остался наедине с растущим беспокойством о будущем, которое он помогал создавать.

Глава 3: Первое испытание

Таганский районный суд Москвы выглядел как обычно в этот понедельник: серое здание советской постройки, очереди посетителей у входа, усталые судебные приставы, проверяющие документы. Ничто не указывало на то, что сегодня здесь будет проводиться эксперимент, способный изменить судебную систему навсегда.

Алексей и его команда прибыли за два часа до начала заседания, чтобы установить оборудование и провести финальные проверки. Им выделили небольшой кабинет рядом с залом суда, где разместился основной терминал "Машины Правды". В самом зале суда должны были находиться только портативные сканеры и камеры, передающие данные на анализ.

– Как ощущения? – спросила Екатерина, помогая Алексею настраивать основной модуль.

– Как перед защитой диссертации, только в сто раз хуже, – признался он с нервной улыбкой.

– Все будет хорошо, – она ободряюще сжала его плечо. – Мы провели десятки тестов. Система работает безупречно.

– Дело не в технической стороне, – сказал Алексей. – А в том, что сегодня мы переходим от теории к практике. От лабораторных экспериментов к реальным человеческим судьбам.

В дверь постучали, и в комнату вошла Ирина. Как юрист команды, она отвечала за координацию с судом.

– Предварительный инструктаж судьи и адвокатов завершен, – сообщила она. – У меня есть формы согласия от всех свидетелей. Они нервничают, но готовы участвовать.

– Как реагируют юристы? – спросил Алексей.

– По-разному, – Ирина пожала плечами. – Прокурор в восторге. Адвокаты настроены скептически. Судья сохраняет нейтралитет, но я заметила интерес в её глазах.

– А присяжные?

– Как мы и договаривались, им сообщили только то, что в процессе будет использоваться новая технология для помощи в оценке достоверности показаний. Никаких деталей.

Алексей кивнул и посмотрел на часы.

– Пора заканчивать подготовку. Заседание начнется через сорок минут.

Команда провела последние проверки оборудования, и Алексей еще раз повторил инструкции для каждого. Виктор и Марина должны были следить за техническими аспектами работы системы. Игорь отвечал за биометрический мониторинг. Екатерина должна была наблюдать за психологическим состоянием свидетелей. Ирина – за соблюдением юридических протоколов.

За пятнадцать минут до начала заседания в комнату вошел Крамаров. Он был одет в строгий темный костюм и выглядел абсолютно уверенным.

– Готовы к историческому моменту? – спросил он, обращаясь к Алексею.

– Насколько это возможно, – ответил тот.

– Не волнуйтесь, – Крамаров улыбнулся. – Министерство полностью поддерживает ваш проект. В случае успеха мы готовы выделить значительное финансирование для масштабирования технологии.

– Для нас сейчас важнее убедиться, что система работает корректно в реальных условиях, – сказал Алексей. – И что её применение не нарушает права участников процесса.

– Разумеется, – кивнул Крамаров. – Этические аспекты чрезвычайно важны.

В его голосе Алексею послышалась легкая ирония, но он не был уверен.

– Вы будете присутствовать на заседании? – спросил он.

– Конечно, – ответил Крамаров. – Я не могу пропустить такое знаменательное событие. Но я буду наблюдать из зала, чтобы не создавать дополнительного давления.

После ухода Крамарова Екатерина тихо сказала:

– Он меня нервирует. Такое ощущение, что у него свои планы на нашу технологию.

– У всех есть свои планы, – ответил Алексей. – Но сейчас важно сосредоточиться на том, что в нашей власти.

Первое дело, выбранное для испытания "Машины Правды", касалось бытового убийства. Подсудимый, мужчина средних лет, обвинялся в убийстве соседа во время ссоры. Ключевым свидетелем была жена обвиняемого, утверждавшая, что её муж действовал в целях самообороны, когда сосед напал на него с ножом.

Алексей и Екатерина сидели в маленькой комнате с мониторами, наблюдая за процессом через камеры. Портативный сканер "Машины Правды" был установлен в зале суда, готовый к использованию, когда придет время давать показания.

Заседание началось с обычных процедур. Судья – строгая женщина лет пятидесяти – объявила о начале слушания и представила стороны. Затем она сделала специальное объявление:

– В рамках пилотного проекта Министерства юстиции сегодня в нашем процессе будет использоваться новая технология верификации показаний, разработанная российскими учеными. Все свидетели дали добровольное согласие на её применение. Результаты будут доступны суду, прокурору и защите, но не будут иметь прямой юридической силы, а будут служить лишь вспомогательным инструментом для оценки достоверности показаний.

Присяжные заметно оживились, переглядываясь и шепчась. Судья призвала их к порядку и продолжила заседание.

После вступительных речей сторон начался допрос свидетелей. Первым был вызван сосед, видевший начало ссоры.

– Система готова? – спросил Алексей, глядя на мониторы.

– Все параметры в норме, – ответила Марина, следившая за техническими показателями.

Свидетель – пожилой мужчина с морщинистым лицом – нервно сел в кресло. Судебный пристав помог ему надеть портативный сканер, напоминающий легкий обруч с несколькими датчиками. Камеры высокого разрешения, установленные в зале, автоматически сфокусировались на его лице.

– Свидетель, представьтесь суду, – попросила судья.

– Сергей Петрович Кузнецов, пенсионер, проживаю в том же доме, что и обвиняемый, – ответил мужчина дрожащим голосом.

На мониторе в комнате Алексея высветилось: "Правда: 99,7%".

– Система работает, – тихо сказал Виктор.

Прокурор начал допрос, задавая стандартные вопросы о том, что свидетель видел в день убийства. Алексей напряженно следил за показаниями "Машины Правды". Большинство ответов были правдивыми, с показателем выше 95%. Но когда прокурор спросил, видел ли свидетель нож в руках погибшего, произошло заметное изменение.

– Да, я точно видел нож, – сказал свидетель. – Большой такой, кухонный.

На мониторе появилось: "Ложь: 96,2%".

Алексей и Екатерина переглянулись. Это был ключевой момент – свидетель лгал о важной детали, которая могла повлиять на квалификацию преступления.

Судья, видевшая результаты на своем планшете, слегка нахмурилась, но не подала вида. Она позволила прокурору продолжить допрос.

Затем настала очередь адвоката задавать вопросы. Он явно был проинформирован о результатах проверки и сосредоточился именно на эпизоде с ножом.

– Сергей Петрович, вы абсолютно уверены, что видели нож в руках погибшего? – спросил он настойчиво.

Свидетель занервничал еще сильнее.

– Ну, мне так показалось… Я не могу сказать стопроцентно…

"Неопределенность: 78,3%".

Адвокат продолжил давить, и постепенно свидетель признался, что на самом деле не видел ножа, а предположил его наличие со слов жены обвиняемого.