Эдуард Сероусов – Граница (страница 24)

– Но это было предупреждение.

– От кого?

– От реальности, Лира. – Пауза. Потом – тише: – Всё больше людей хотят её изменить. Я не единственный. Просто – самый методичный.

Она закрыла глаза.

– Откуда вы знаете? Про склад, про парня?

– Я много чего знаю. Это моя работа – знать.

– Вы следите за мной?

– Я наблюдаю. Разница.

– Нет никакой разницы.

– Есть. – Голос изменился – стал жёстче, холоднее. – Следят враги. Наблюдают те, кто хочет понять.

– А вы – хотите понять?

– Я хочу, чтобы ты поняла. – Пауза. – Ты читала его записи? На планшете?

Лира открыла глаза. Посмотрела на планшет, который лежал перед ней.

– Откуда вы…

– Он хотел того же, что и ты когда-то. Спасти кого-то. Вернуть того, кого потерял. – Вектор помолчал. – Только ты – профессионал. Он – любитель. Ты уничтожила брата аккуратно. Он уничтожил себя неаккуратно.

– Хватит.

– Разница только в этом, Лира. В мастерстве. Не в намерениях.

– Я сказала – хватит!

Тишина на линии. Долгая, давящая.

Потом – снова голос, мягче:

– Семьдесят два часа. Минус один день. Тик-так.

– Что вы от меня хотите?

– Чтобы ты думала. Чтобы задавала вопросы. Чтобы искала ответы.

– Я не собираюсь вам помогать.

– Я не прошу помощи. – Пауза. – Пока не прошу.

– А когда попросите – я откажу.

– Может быть. – В его голосе появилось что-то, похожее на улыбку. – А может быть – нет. Время покажет.

Лира хотела ответить – что-то резкое, что-то окончательное. Но он продолжил, не дав ей шанса:

– Ты пойдёшь к Карлу. Завтра или послезавтра. Захочешь узнать больше о слоях, о паттерне. Захочешь проверить, правда ли то, что я говорил.

– Я не…

– Ты предсказуема, Лира. Это не оскорбление – констатация. Ты – учёный. Ты хочешь знать. И ты пойдёшь к единственному человеку, который видел границу глубже всех.

Она молчала. Он был прав – и это злило больше всего.

– Карл расскажет тебе много интересного. Или – расскажет то, что сможешь понять. Он давно уже не говорит обычными словами.

– Вы с ним знакомы?

– Мы… пересекались. Давно. В другой жизни.

– В той, где у вас ещё была семья?

Тишина. Долгая, холодная.

– Осторожнее, Лира. – Голос Вектора стал ледяным. – Есть темы, которые не стоит трогать.

– А есть темы, которые стоит?

– Да. Например – твой брат. Кем он был? Чего хотел? О чём вы говорили в последний раз?

Лира сжала телефон так сильно, что побелели костяшки.

– Я не помню.

– Ты начинаешь вспоминать. Я знаю. Снежки в небо, правда?

Она не ответила.

– Продолжай вспоминать, Лира. Это больно – но это необходимо. Нельзя принять решение, не зная, что теряешь.

– А если я решу вас остановить?

– Тогда попробуй. – Пауза. – Но сначала – узнай всё. Сходи к Карлу. Послушай, что он скажет. И потом – потом решай.

Гудки.

Лира сидела в темноте, прижимая телефон к уху, хотя связь давно оборвалась.

Она не спала и в эту ночь.

Сидела у окна, смотрела на город – на огни, на улицы, на жизнь, которая продолжалась, пока она разваливалась на части.

Вектор её использовал. Это было очевидно. Каждый звонок, каждая встреча, каждое слово – манипуляция. Он знал, какие кнопки нажимать. Знал, как играть на её вине, на её боли, на её отчаянии.

И она – позволяла.

Почему?

Потому что он знает правду, – ответил голос внутри. – Потому что он – единственный, кто говорит о Томаше. Единственный, кто помнит.

Нет. Не единственный. Мама помнит – по-своему, обрывочно, как помнят то, что потеряли, но не знают что.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.