Эдуард Сероусов – Грамматика тишины (страница 13)
– Кто ещё?
«Никто. Только мы трое».
– Пусть останется так.
Она кивнула.
Волков встал, подошёл к окну, постоял, повернулся.
– Идите спать, Вера. Вы не спали – сколько?
«Сейчас спала. Шесть часов, прошлой ночью».
– Шесть часов за пять дней?
Она пожала плечами. Жест был красноречивее текста.
– Идите, – повторил он. – Сегодня вечером – данные. Утром – проверка. Если числа не совпадут, мы забудем этот разговор. Если совпадут… – Он не закончил фразу. Она видела, как его рот открылся для следующего слова и закрылся, не произнеся его, как дверь, которую ветер распахнул и захлопнул.
Вера забрала ноутбук. Вышла. Закрыла дверь.
В коридоре было пусто – обеденное время, все в столовой. Она шла по коридору, и её шаги не производили звука, который она могла бы услышать, но производили вибрацию, которую она чувствовала ступнями: линолеум, бетон, линолеум, бетон, порог, металл. Ритм, заменяющий музыку. Она шла и считала: шесть часов до данных Стаки. Шесть часов до ответа на вопрос, который она задала три года назад, когда исключила семь соотношений из обучающего набора ROSETTA, потому что хотела – когда-нибудь, если повезёт, если алгоритм сработает, если Вселенная окажется тем, чем она подозревала, – хотела иметь возможность проверить.
Три года. Она ждала три года. Шесть часов – ничто.
Она вошла в свою комнату, легла на кровать, закрыла глаза. Не спала. Лежала и видела – на обратной стороне век, в темноте, которая для неё была такой же информативной, как для слышащего человека тишина, – граф. Узлы. Связи. Четыре уровня. Одиннадцать правил. И восьмую строку таблицы, которой ещё не было, – пустую, ожидающую числа, которое пришлёт Даниэль Стаки из Национального института стандартов и технологий, Гейтерсберг, Мэриленд.
Через шесть часов она узнает, права ли она. Или – через шесть часов она узнает, что ошибалась, и это будет больно, но переносимо, потому что ошибка – это не конец, а данные, и данные всегда полезны, даже когда они говорят «нет».
Она лежала и ждала.
Данные пришли в 21:47 по местному времени.
Вера сидела в комнате перед ноутбуком. Волков – в своём кабинете, на связи по видео. Экран был разделён: слева – его лицо, справа – терминал, в котором через пять минут она запустит проверку. Они не разговаривали. Он смотрел на экран. Она – на почтовый ящик.
Письмо от Стаки. Вложение: файл данных, формат CSV, 847 байт. Восемьсот сорок семь байт, в которых содержались результаты прецизионных измерений масс кварков третьего поколения – топ-кварка и боттом-кварка – выполненных на обновлённом LHC в 2034 году и ещё не опубликованных. Стаки писал: «Here's what you asked for. Still under embargo, so keep it quiet. Tell Vera good luck with her model – from the little Dmitri told me, it sounds ambitious. I like ambitious.»
Вера открыла файл. Столбцы чисел – массы, погрешности, ковариационные матрицы. Она скопировала значения, нужные для вычисления безразмерного соотношения, которое предсказала грамматика. Подставила в формулу. Калькулятор – не ROSETTA, обычный Python-скрипт в пять строк, потому что вычисление было элементарным, арифметика, не алгоритм.
Результат появился на экране.
Предсказание грамматики: 0.004817239631.
Экспериментальное значение (из данных Стаки): 0.00481723963087 ± 0.00000000000042.
Совпадение до двенадцатого знака.
Вера смотрела на числа. Два числа, выстроенные столбиком, как строки стихотворения, – одинаковые до двенадцатой значащей цифры. Расхождение начиналось на тринадцатой – в пределах экспериментальной погрешности.
Она перевела взгляд на Волкова. Его лицо на экране было серым – не от освещения, от чего-то внутреннего, как будто кровь отхлынула от кожи. Он смотрел на те же числа на своём экране. Его рот был закрыт. Он не произносил ни слова, и Вера не могла прочитать то, чего не было.
Тридцать секунд. Сорок. Минута.
Потом он сказал – и она прочитала по губам, медленно, по слогу, потому что его губы двигались так, словно каждое слово было тяжёлым:
– Это. Нужно. Повторить.
Не «вы правы». Не «невероятно». Не «мы сделали это». «Это нужно повторить». Четыре слова, в которых была сжата вся его жизнь: тридцать три года, в которых каждый результат нужно было повторить, потому что первый раз – это надежда, а второй раз – это наука.
Вера кивнула. Она не улыбалась, не плакала, не вскакивала со стула. Она сидела и смотрела на числа, и числа смотрели на неё, и между ними – между предсказанием и измерением, между грамматикой и реальностью, между гипотезой и фактом – было расстояние в ноль целых ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль ноль, и это расстояние было либо нулём, либо величайшим совпадением в истории науки.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.