Эдуард Поляков – Сопряжение. Чернильный маг 5 (страница 26)
Металлические плечи разошлись в стороны, зазвенел от натяжения стальной трос, но больше всего меня поразил размер гарпуна. Длиною всего в метр, однако в районе крючковатого навершия и его толщина превышала мою руку!
Не медля ни секунды, Костя направил свой арбалет переросток в поймавшего картечь лицом джараксуса. Вновь загудел трос тетивы, зашелестело оперение болта, и следующий удар сердца я увидел как змееподобный джараксус оказался прибит к стене, точно бабочка.
И даже после этого джараксус был более чем жив. Сплюнув кровью на паркет он ухватился обеими руками за ствол горпуна и рывком протащил его сквозь себя! Ещё секунда две и джараксус вновь освободится. С дырой в брюхе, сквозь которую можно просунуть небольшого шпица, но он вновь будет свободен! Это понимал я. Это же понимал и Костя.
Решив не оставлять противнику даже шанса, погонщик мамонтов вынул из пространственного хранилища полуторный меч и захотел было добить Адама. Однако, я успел ухватить его за плечо.
Вовремя! Костя остановился буквально в метре от джараксуса, и взглянул на меня с немым вопросом. Вместо ответа я кивнул на когтистые лапы раненого вивесектора. Тот только делал вид, что пытается запихнуть обратно потроха. На самом же деле Адам прятал в складках одежды Первый Клинок.
— Спасибо, — внезапно пересохшим горлом произнес Костя и сделал пару шагов назад.
И вместо ответа я подхватил то ли слишком большой стул то ли небольшой деревянный трон, и развернув его спинкой к Адаму, присел закинув обе руки на резную спинку.
— Это всё, Адам, — не громко и Абсолютно без злобы произнес я. — Это конец.
— Думаешь? — окалился он Кровавой улыбкой, но тут же сник. — Хотя, наверное, ты прав. Кажется, это действительно всё. Я сдаюсь.
— Вызывать людей Семецкого⁉ — предположил Костя.
— Что? А, нет. Сегодня мы обойдемся без М-3.
— В смысле? — не понял было Константин.
Причем те же самые эмоции я прочитал и на лице джараксуса. Смесь удивления и непонимания. Правда к ним были примешаны ещё и солидная порция боли. Ну да это и неудивительно, учитывая что в грязно-зелёных потрохах джараксуса торчало бревно.
— А что тут непонятного? — безразличным голосом произнес уже Фобос. — Ну вызовем мы М-3. А они посадят его в «Северный предел». Там он просит неделю или две, а потом сбежит. Вновь вернётся под крыло Каина. Скажи, Костя, оно нам нужно?
Семён говорил правильно. Однако в голове Кости такие слова с словом «Правильно» совсем не вязались. И судя по тому с каким усилием Адам начал пытаться высвободиться, озвученные перспективы его тоже не впечатляли.
— Ты хочешь его убить? Уничтожить? — не скрывая своего неодобрения произнес Костя. — Ты боишься его?
Я тяжело выдохнул. Костя был на семь лет старше, однако даже пройденный путь и смерти верных людей не смогли бросить Тень на его кипельно-белую мораль. И это была проблема.
— Я его не боюсь. Даже в нашем мире я превзошел его по силе. Вот только я хорошо знаком с Адмом и его хозяином. Каин будет мстить. Но не в силах причинить вред мне, как думаешь на ком он попробует отыграться?
Костя молчал, а потому я продолжил.
— На девочках. В попытке сделать больно мне, он попробует отиграться на девчонках. Среди которых, напомню, и твоя сестра тоже! — на последних словах я не сдержался и всё же повысил тон. — Ты понимаешь, что у меня нет выбора?
— Не понимаю, — играя желваками ответил Костя. — Закон — это…
— Заканчивай, — оборвал его я. — Я хорошо отношусь к тебе, Костя, но твой инфантилизм губителен. И если из миллиона существует хотя бы один шанс что Адам вернётся и отомстит, я рисковать не буду. А потому… — С этими словами я достал смарт и нажал быстрый набор заветного номера.
В этот раз оператор будто ждал моего звонка. Прошло всего пара томительных секунд, а когда они закончились между нами раскрылся зев пространственного портала.
— Ступай. Я благодарен тебе за помощь, но дальше мы сами.
Костя ничего не ответил. Лишь бросил тяжёлый взгляд и шагнул в лиловую кляксу портала.
— Ты… Ты…
Поймав мой взгляд. Адам попытался высвободиться с новой силой. Однако теперь это больше походило на агонию попавшейся на крючок рыбы.
— Ты всё делаешь правильно, — не громко приободрил меня Фобос. — Если не хочешь то я могу…
— Нет, — отмахнулся я от предложенной помощи. — Извини, Семён, но есть вещи которые я не могу доверить даже тебе.
С этими словами я достал блокнот на чистой странице и начал творить свою магию.
Глава 14
Потертая и изрядно пожелтевшая от времени костяшка заскакала по лакированной столешнице. Семецкий поднял усталый взгляд и недовольно произнес:
— Вероятно, это один из древнейших артефактов человечества, можно поаккуратнее?
— Юрий Михайлович, первый клинок неуничтожим. По крайней мере, я не нашел способа, так что зря вы это.
Бессменный глава М-3 не ответил, лишь бросил укоризненный взгляд и достал из внутреннего кармана носовой платок. Завернув артефакт в него, он убрал его во внутренний ящик стола.
— А его хозяин? — наконец произнес он.
— Какой именно? Каин или Адам?
— Ева, — неожиданно поправил он. — Тот, кого ты считаешь бывшим однокашником по имени Адам, на самом деле является урожденной девушкой по имени Ева. Это все природа джараксуса. Она берет свое после обращения, и по идее джараксус может обратиться даже в инопланетянина. Ну, если они посетят нашу бренную планету и попадут на клык джараксуса.
— Даже так! — искренне удивился я. — Что ж тогда джараксус предпочитает людей, а не, скажем, голубя или кота. Ведь если ты выглядишь как тот, кто вне подозрения, то и внедряться гораздо проще!
— Вспомнил «Гарри Поттера»? Как звали этого персонажа-предателя? Питер Петтигрю⁉ — понимающе улыбнулся Семецкий. — Слава Богу, в реальности все совсем не так.
Сейчас, когда мы вели отвлеченную от политики беседу, Юрий Михайлович напоминал простого, уставшего от работы мужчину, а не главу тайной службы одной из величайших империй человечества.
Казалось, вот сейчас он потянется к нижнему ящику и достанет оттуда запотевшую бутылку «Столичной», пару рюмок и копченого, завернутого в позавчерашний выпуск «Ведомостей», леща.
Но нет. Даже несмотря на первых вестников седины и морщины на лбу, он продолжал оставаться серым кардиналом империи.
— Именно так, — немного подумав, я все же решил задержаться и опустился на край неудобного стула. — Ведь обратись он, скажем, в кошку, то и бежать было бы проще. Превратился, скажем, в голубя и улетел!
Семецкий еще несколько секунд улыбался, а потом развенчал мою догадку.
— Джараксус может превратиться в животное, но не делает это по одной простой причине: став даже самым умным голубем, он останется голубем. А как известно, внутри головы голубя только курлык и ветер. Понимаешь, к чему я веду?
— Став голубем, джараксус отупеет до его уровня и, вероятно, останется таким навсегда?
— Ты схватываешь на лету, — улыбнулся Семецкий и, поднявшись на ноги, протянул мне руку. — Благодарю за службу во благо империи.
Несмотря на прошлые обиды, я все же ответил на его рукопожатие.
— Служу Советскому… — попытался было пошутить я, но под его взглядом поправился. — Служу империи!
— Зря же шутки шутишь, — без намека на улыбку произнёс Юрий Михайлович. — Ты молод и неопытен, впредь будь более аккуратен…
«И как он это делает?» — промелькнула в моей голове. Вот буквально секунду назад передо мной сидел уставший от серых будней мужчина, которого дома ждёт ещё беззубая внучка и вечно недовольная жена. Но буквально один щелчок пальцев — и личность по имени Юрий Михайлович Семецкий исчез, а его место заняла функция под кодовым обозначением «Глава спецотдела М-3 при ФСБ Российской империи».
— Но опустим это, — повелительным тоном произнес Семецкий. — Империя тебе благодарна, а потому — вот её благодарность.
Он взмахнул рукой и извлёк из пространственного хранилища папку, которая спустя секунду оказалась в моих руках.
— Это оперативная информация нашей разведки. В ней вся информация по Каину. От самой тьмы веков и до сегодняшнего дня. Как понимаю, между вами личнае вражда, и надеюсь, что эта папка тебе поможет.
Я провёл пальцами по тканевой подложке корешка. В толщину — сантиметров восемь, не меньше! Довольно затертая и много раз переклеенная, даже с отпечатками чьи-то грязных лап. Обложка, которую я вначале принял за картон, на деле оказалась тонкими деревянными дощечками лишь оклеенными картоном. Связанная четырьмя тесемками, чтобы не развалиться, папка скорее тянула на древний манускрипт нежели продукт делопроизводства. На титульном листе было выведено:
— Досье⁉
В удивлении я поднял бровь и попытался было заглянуть под картонную обложку, Но сухая морщинистая рука Семецкого легла сверху.
— Ты же понимаешь, что это конфиденциальная информация? — произнес он, посмотрев на меня, как на идиота.