Эдуард Поляков – Молодая кровь (страница 47)
Поняв, что диалог исчерпан, я открыл глаза и с усмешкой посмотрел на Саманту. Та чуть ли не всхлипывала от обиды и даже не тянулась к своему дрону.
— Твои дроны и гант… — произнёс я, обращаясь к девчонке. — Здесь, на Земле-505, таких технологий не существует, и они привлекают лишнее внимание. Так что извини.
— Я всё понимаю! — кивнула она грустно.
— Не вешай нос, Красная, — подмигнул я Саманте, придумав ей на ходу позывной. — Я же Сумрак, я обязательно что-нибудь придумаю!
Хм, а оригинальный Сумрак оказался прав. К востоку, не доходя до метро, обнаружилась та самая «Десяточка», а рядом — заветная парковка. Активно лысеющий мужичок, явно работавший вахтёром, увидев меня с виталиканкой, сначала завёл шарманку про отсутствие маски. Но, приглядевшись, сбавил обороты, оскалившись парой золотых зубов. Протёр лоб невесть откуда взявшимся платочком, затем сбегал в свою будку и вернулся с ключами.
Тут он, видимо, решил, что его миссия выполнена, и дальше я разберусь сам. Вот только чёрт возьми, я даже не знал, от какой машины держу в руках эти ключи!
Охраннику пришлось ненадолго отложить мобильные «Танчики» и порнуху на телефоне, чтобы лично проводить нас с Самантой, что называется, до самого аппарата.
В прошлую нашу встречу Мэлс что-то упоминал про машину, да и на ключах, которые вручил мне сторож, красовался тот самый узнаваемый щит. Но когда, спустившись в тёплый паркинг, мой провожатый сдёрнул чехол с автомобиля…
Признаться, оригинальный Сумрак слегка слукавил, называя это «заботливо приготовленной машиной». Честно? Сложнее всего в этот момент было не выдать своё состояние перед Самантой.
Перед нами стоял не просто Porsche. А красный, как мамин борщ, кабриолет! И не 911-й — я хоть и далёк от автомобилей, но эту модель узнал бы из тысячи. Помнится, ещё в детстве собирал вкладыши от жвачки «Turbo» с его изображением.
— Чего глазами хлопаешь? — с лёгкой усмешкой вывел я Саманту из ступора.
Как и я, девчонка смотрела на огненно-красный кабриолет с видом, будто перед ней приземлилась личная звездолётная капсула. Пришлось подать пример: перемахнув через дверцу, я устроился в кресле водителя.
И — о чудо — сиденье оказалось удивительно удобным, будто Мэлс заранее выставил все настройки под меня. Я мысленно усмехнулся. Мы ведь дубликаты, почти близнецы. Да и мои собственные габариты, включая рост, после чудо-капсулы подогнаны под параметры оригинального Сумрака.
— Сумрак, — нерешительно глядя на пассажирскую дверь, произнесла Саманта. — А он… бензиновый?
Я в это время уже дотянулся до бардачка.
Итак, мои водительские права, новый телефон, бумажник с кредитками, пауэрбанк… А вот и ПТС, в котором значилось «PORSCHE 718 SPYDER»!
— Бензиновый, — прочёл я вслух из документа. — Шесть цилиндров.
Помимо всего прочего, в бардачке нашлась запасная пачка медицинских масок! В условиях майских коронавирусных ограничений 2022-го года — вещь архиважная.
— Но бензин же взрывается! — всё ещё не решаясь тронуть ручку, произнесла Саманта. — Это же опасно!
Вместо ответа я, слегка дрожащими от предвкушения пальцами, вставил ключ в замок зажигания. Шестицилиндровый двигатель заурчал так, что по коже побежали мурашки. Волна детского, щенячьего восторга накатила на меня, и я не смог сдержать ухмылки.
Кто бы что ни говорил, а быть Часовым — лучшая работа в мире!
Скептически окинув взглядом девчонку в её мешковатом сером комбинезоне, я произнёс:
— У нас меньше двух часов, Саманта. И тебя ещё переодеть нужно, чтобы не выделялась.
Мысленно же добавил: вот только на такой тачке у нас это вряд ли получится.
Переодев свою подопечную в ближайшем супермаркете — благо, в Москве они сейчас на каждом углу — я с удивлением обнаружил, что сим-карта в моём родном телефоне заблокирована. Зато мобильник из бардачка работал как часы. Да и на кредитке из того же тайника лежала сумма, совершенно неприличная для неуспевающего писателя.
Пока Саманта, по выражению поколения Альфа, «выбирала лук», я, чтобы скоротать время, зашёл в отдел электроники и прихватил для неё смартфон. Ничего выдающегося — китайский топ за свои деньги. Главное, что теперь она сможет делать фото и видео, не привлекая внимания ни спецслужб, ни санитаров.
Расплачиваясь, я мысленно поставил галочку: обязательно выяснить, откуда столько грошей? Партия меня разбери, я понимаю, он — легендарный Сумрак, но всего за пару месяцев жизни в моей шкуре он умудрился достичь такого финансового благополучия… Говоря языком литРПГ-шников, Мэлс был либо законченным манчкином, либо отъявленным читером.
Саманта, кстати, не подвела. Пока я ходил за телефоном, она отлично справилась и, с видом ребёнка, которого мама оставила в очереди у кассы, лишь нервно поглядывала по сторонам.
Вручив ей новенький девайс, я объяснил, что это местный эрзац нейроинтерфейса с Земли-1, и заодно показал, как включается камера. Услышав, что гаджет теперь её, Саманта с неверящими глазами бережно принялась изучать китайское чудо техники.
— Это же… Сумрак… — захлопала она глазами. — Джейкоб за такую возможность прикоснуться к технологиям другого Т-мира… Жаль, что нельзя будет взять его с собой на Землю-1. Это же будет считаться контрабандой.
Тут же она погрустнела. Я по-отечески взъерошил её соломенные волосы — точно так же, как часто делал это с Ксюхой. Если бы смотреть на Саманту со спины метров с десяти, я бы вполне спутал её со своей дочерью.
— Это мой дружеский тебе подарок, Саманта! — чуть добавив пафоса, улыбнулся я, пока виталиканка поправляла растрёпанные мной волосы. — А по документам — как образец для научного изучения.
— Значит, я могу его оставить⁈ — не веря своему счастью, девчонка прижала смартфон к груди, будто боялась, что его отнимут.
— Именем Первого Часового — разрешаю! — торжественно подтвердил я.
А ещё я оценил её умение не выделяться. Видимо, ориентируясь на посетителей торгового центра, она выбрала широкие мешковатые штаны, водолазку оригинального кроя без рукавов и белую куртку в цветастых принтах, от которой так и веяло киберспортивным мерчем.
— А это — беспроводные наушники, — достал я вторую коробочку. — В телефон я уже забил свой номер. Разберёшься.
Мэлс снова отбился в нейроинтерфейсе новым сообщением.
Я сверился со временем и понял, что, даже не торопясь, мы вполне успеваем и прогуляться по Красной площади.
— Ну что, Красная, разобралась, как работает камера? — подмигнул я уже снимающей панораму торгового центра Саманте.
— Товарищ Сумрак…
— Можно просто Мэлс, Мэлс Игоревич, — улыбнулся я.
— Скажите, а как скоро я смогу получить советское гражданство?
Я аж поперхнулся.
— Ты чего, Красная?
— Сумрак, почему вы всё время называете меня «Красная»? У меня что-то с лицом?
— Саманта, если ты забыла, мы всё ещё на оперативном задании в чужом Т-мире, и у каждого Часового есть личный позывной. Так вот, это, Саманта, твоё первое боевое задание, и я, как твой эээ… — запнулся я, припоминая уже подзабывшийся без практики английский, — «старший». Да, точно, старший. И я, как твой старший, крещу тебя позывным «Красная»! Гордись! Потом ещё будешь хвастать всем, что тебя позывным сам Сумрак крестил!
— И что дальше, товарищ Сумрак? — сияя, как нос Ельцина, обратилась Саманта на ужасном русском.
— Поехали на Красную площадь, точнее, рядом — в парк Зарядье, — улыбаясь остроумному каламбуру, продолжил я. — Покажу тебе, виталиканке, как похорошела Москва при Собянине!
Кое-как нашёл место поближе к центру, расплатился за парковку картой Сумрака. Слегка почувствовал себя содержанкой.
Впрочем, о чём это я? В конце концов, я — Первый Часовой, а оплата парковки — вполне себе рабочая статья расходов.
Саманта не отставала, попутно успев сфотографировать всё и вся. Людей. Архитектуру старой Москвы. Людей на фоне архитектуры старой Москвы. Собак на фоне людей и архитектуры старой Москвы. Но чаще всего — меня. Тоже на фоне старой Москвы.
Вынырнув из переулков, мы выскочили прямиком к Красной площади. Здесь фото-остановка затянулась. Что ж, пусть. Позже велю Чувашу проверить телефон Саманты и вычистить все кривые кадры.
Зато она послужит популяризации. Показать Часовых миру — вот, собственно, моя главная меркантильная причина, по которой я тащу её с собой.
— Сумрак, а это что — зиккурат? Мавзолей Ленина⁈ А можно на него посмотреть? А почему нет? А это что за православный храм? Храм Василия Блаженного? А я знаю! Я знаю! У нас на Земле-1 его разрушили во время Войны с Нейрорейхом!
Пришлось купить ей мороженое — пломбир в вафельном стаканчике, единственно верный вариант, чтобы заставить её помолчать минут на пять.
Вот так, не торопясь, мы наконец и дошли до Зарядья. Шум магистрали остался где-то за спиной. Воздух, прогретый майским солнцем, пах по-другому — свежескошенной таджиком в оранжевой робе травой, влажной землёй с недавно высаженными цветами и прохладным, едва уловимым дыханием Москвы-реки.